Лидер с планеты Земля (СИ)
Вынув из шкатулки чёрную шприц-ампулу, я аккуратно воткнул её в плечо находящемуся в отключке штаб-бригадиру. Как и в случае с Нуной, минуты примерно три ничего не происходило, а потом подопытный неожиданно дёрнулся и затих. Тянущаяся по экрану кардиограмма превратилась в тонкую ровную линию, без подъёмов и спадов.
Пульс восстановился секунд через тридцать, и только тогда я, наконец, облегчённо выдохнул.
Ожидать, что, желая вылечить человека, можешь его случайно убить, было и впрямь нелегко. Даже не думал, что буду так волноваться.
Однако обошлось. Луджер опять задышал, щёки порозовели, мелькающие на приборах циферки одна за другой стали менять свой цвет с красного на зелёный.
Спустя полминуты бывший умирающий приоткрыл глаза и, рассеянно поводив ими туда-сюда, сфокусировал взгляд на мне.
— Эк…селенц… Дом Ансари… знает… свой долг…
Я усмехнулся и покачал головой.
— Ты, граф, уже второй раз пытаешься самоубиться в моём присутствии. Учти, в третий раз я этого не потерплю. Помереть ради славы много ума не надо. И это отнюдь не подвиг. Безбашенность — да, удаль — естественно, отчаянность — безусловно. Но много ли пользы, граф, от такого геройства? Ну, сохранил ты своим поступком несколько тысяч тонн болтающегося на орбите металла. Ну, напишет об этом кто-то в своих мемуарах, и что? Дальше-то кто будет драться с врагами Империи и твоего клана? Кто будет Родину вместо тебя защищать? Я что ли? Да нахрена она мне такая сдалась, если живущие в ней мужики ведут себя, как пацаны-выпендрёжники перед девками?! Кто тебя заставлял так тупо геройствовать у «Секунды»? Молчишь? Правильно делаешь, потому что сказать тебе нечего. Так что давай-ка, граф, полежи тут, подумай, а как подлечишься, жду тебя на поверхности для серьёзного разговора. Приказ понятен?
— Да… экселенц… понятен, — кивнул с усилием Лу́джер.
Всё-таки он был ещё очень слаб, даже несмотря на чудо-инъекцию…
Снова допущенные к больному врачи ошалело пялились на внезапно ожившего пациента, на показания медицинских приборов и, возбуждённо галдя, суетились вокруг раскрытого бокса… Понаблюдав за ними пару минут и удостоверившись, что испортить мои «врачебные достижения» они не сумеют, я покинул палату…
Чуть забегая вперёд, скажу, что эксперимент с инъекцией оправдался только наполовину. Глава малого дома Ансари полностью оправился от ран менее чем за сутки, и, как заявили исследовавшие его эскулапы, человека с таким идеальным здоровьем они ещё никогда не встречали. С другой стороны, личное искажающее поле штаб-бригадир так и не приобрёл (мы с Гасом проверили) и с антиэлектрической пушкой управлялся примерно так же как остальные, то есть, без особых успехов.
И это говорило о том, что вне Флоры, в отсутствие барьерного окружения, инъекция «закрепления» действовала, увы, не в полную силу…
* * *Трём трофейным «Жнецам» я присвоил новые имена: «Рюрик», «Баян» и «Паллада». Просто вспомнил, как когда-то зависал на одном военно-историческом форуме, и подумал: «А почему бы и нет?» В конце концов, в России я жил или где? Вот то-то и оно. И, значит, отечественные названия для меня всяко лучше каких-нибудь «Бисмарков», «Тирпицев» или «Ямато».
Что же касается местных, их лучше пока вообще не использовать. Ведь даже в Империи между правящими домами всё время какая-то свара идёт, про прочих и говорить нечего. Стоит только один раз случайно не угадать и дать кораблю имя, с точки зрения экипажа, неправильное, любая фигня может потом приключиться, вплоть до мятежа и измены. История — тётка коварная. А в этом мире она коварней вдвойне.
Здесь реально подтверждённые исторические события датировались временами не раньше, чем пять столетий назад. Складывалось ощущение, что все обитаемые звёздные системы появились тут одним махом — хлоп и готово. Как будто их из другой Вселенной сюда занесло.
В земной истории, насколько я помню, подобного не было. Самые древние события, если переводить на стандартное время, старше местных раза в четыре. В том смысле, что какой-нибудь древнеегипетский фараон, в отличие от здешних правителей, вполне достоверно существовал и даже оставил после себя пирамиду своего имени.
Словом, чем дольше я изучал и сравнивал имперские хроники с хрониками стопланетников и других, тем больше убеждался в том, что код, которым по мнению Пао можно управлять барьером на Флоре, надо искать в прошлом этого мира, когда он только-только возник и самим фактом своего появления разделил время на до и после…
Введением в строй трофейных УБК и довооружением «Тарс-секунды» наша группировка усилилась до уровня «хрен возьмёшь». Если исключить прямое предательство, две полноценные боевые станции на орбите, пять крейсеров, пять корветов, четыре крыла истребителей и два звена перехватчиков не давали противнику ни единого шанса вернуть планету обратно. Ведь не будут же федераты или Лану бросать в это захолустье все свои космические эскадры, чтобы ради парочки верфей и доков потерять в бою минимум половину состава.
Иных вариантов, по всем военным стратегиям, здесь не просматривалось.
Собственно, поэтому я и получил время, чтобы прикинуть, что делать дальше, куда и какими силами двигаться.
Окончательное подтверждение, что нового штурма не будет, было получено через четыре дня после отражения предыдущего. В систему вошёл звездолёт Торговой Лиги.
Предводителей «хоббитов» я принял в штабе военной базы.
— Командор Жлобень. Командор Брамень, — представились двое «мохнатых».
— Барон Румий, — кивнул я в ответ и указал на небольшой столик в углу помещения.
Сервированный для лёгкого перекуса, в окружении трёх мягких кресел, он явным образом намекал на неформальный характер предстоящих переговоров.
Торгаши возражать не стали. Вероятней всего, этот вариант их, как и меня, устраивал больше, чем чопорная протокольная встреча.
— Итак, господа, какими судьбами в наших краях? Хорошо ли торгуется? Какие настроения в Лиге? — начал я по праву хозяина.
— Настроения ровные, торгуется хорошо, а здесь мы по делу, — сразу взял быка за рога командор Жлобень, старший из «хоббитов». — Наш интерес простой, экселенц. Поскольку Федерация Ста Планет, по факту, перестала контролировать Тарс, мы бы хотели договориться с его новым хозяином.
— Договориться? О чём? — изобразил я непонимание.
— О торговле и инвестициях, разумеется, — пожал плечами командор Брамень.
Я сделал вид, что задумался. Потом как бы в рассеянности достал из винного шкафчика бутылку «Алтинского». Судя по расширившимся глазам обоих «мохнатых», удар достиг цели.
Следующие тридцать минут мы неспешно потягивали дорогое вино (полсуток по моему приказу этот флорианский напиток разыскивали по всему Тарсу и таки нашли, заплатив владельцу пять тысяч койнов) и столь же неспешно обсуждали проблемы намечающейся межпланетной торговли.
Собеседники, вуалируя интерес, несколько раз пытались на что-то туманно намекнуть, но я их намёки «упорно» не замечал. Наконец, «хоббитам» надоело ходить вокруг да около и они всё же решились спросить напрямую.
— Знаете, экселенц… Мне бы не хотелось казаться бестактным, но… — Жлобень виновато развёл руками, — у нас ходят слухи, что вы не совсем тот, за кого себя выдаёте.
— Не тот? — поднял я бровь. — А кто же тогда?
— Ну… в общем, мы никогда не слышали о доме Румий. По крайней мере, в имперском списке великих и малых домов он отсутствует. С другой стороны… — «хоббит» поднял бокал и внимательно посмотрел его на просвет, — мы навели справки и выяснили, что такой дом действительно существует. Только не в Империи или, скажем, в Содружестве Красных и Жёлтых, а на планете Флора. Поверьте, барон, это знание далось нам непросто, очень непросто.
— Охотно верю, господа командоры, — усмехнулся я, откинувшись в кресле. — Инопланетников на Флоре не любят. Поэтому даже представить боюсь, сколько вам пришлось заплатить за то, что, обратившись ко мне, вы могли получить абсолютно бесплатно.