Лидер с планеты Земля (СИ)
Указанные офицеры поднялись ко мне примерно через минуту. Не так-то просто оказалось протиснуться через образовавшуюся около бокса толпу. Хорошо, сама лестница была крутая и узкая и, самое главное, нижние ступени при желании поворачивались на угол подъёма, превращаясь в горку. Иначе кто-нибудь обязательно полез бы наверх «поперёд батьки». Впрочем, дисциплина в конечном итоге возобладала, место перед лестницей очистилось и нужных товарищей к ней пропустили.
Почему я выбрал именно этих парней? Ну, тут стоит сказать отдельное спасибо тем, кто их охранял. В списке военнопленных возле каждого имени стояли отметки, начиная от «возможен к сотрудничеству» и заканчивая «особо опасен, склонен к побегу». Эти четверо относились ко второй категории. Поэтому мне оставалось лишь уточнить кое-какие формальности типа «где, когда, при каких обстоятельствах попал в плен?» и перейти к следующему пункту программы:
— Вы, капитан Лайерс, десантник?
— Да, экселенц.
— А вы, лейтенант?
— Старший пилотной группы, — отрапортовал 1-й лейтенант Карстен. — Имею допуск на пилотирование универсальных кораблей любых типов…
Лейтенанты Хубар и Бартош оказались, соответственно, специалистами по боевым машинам и по системам связи и ГРЭБ. Чтобы получился полный набор, не хватало лишь особиста, но он на моём корабле уже был. Никого другого помимо Гаса я на этом месте не видел.
— Итак, селы офицеры, задачи определены, цели поставлены, пора приниматься за дело, — подвёл я черту под экспресс-проверкой и тут же добавил. — Но сперва я бы хотел сообщить вам две новости, хорошую и плохую. Начну, пожалуй, с плохой.
Все четверо напряжённо смотрели на меня, положив руки на только что выданные им трофейные бластеры. Нет, вовсе не потому что опасались подвоха с моей стороны, а потому что для всякого попавшего в плен военного возможность опять почувствовать в ладони оружие означало гораздо больше, чем просто освободиться из плена. Ведь, как известно, свобода сама по себе, свобода, которую нельзя защитить — это всего лишь фантом, придуманный для того, чтобы бараны сами шли на заклание, думая, что это их личный выбор, их личное «фе!» мяснику.
— Короче, вы все… все, кто попал пленными на этот корабль, объявлены в Империи преступниками. Ваши личные профили взломаны и скомпрометированы. Именно поэтому вы и оказались здесь, как добровольно перешедшие на сторону вражеской армии.
— То есть, как это перешедшие? — опешил капитан Лайерс.
— А вот так.
Я развернул планшет и показал выжимки из имперских СМИ, приложенные к секретному меморандуму теми, кто готовил сорвавшуюся по моей «вине» провокацию.
Сказать, что три лейтенанта и капитан были ошарашены, значит, ничего не сказать.
«Предателей Родины — к ответу!», «Собакам — собачья смерть!», «Подонков — поймать и повесить!», «Подлецы не уйдут от суда!»… Заголовки статей, блогов и передач головидения не оставляли и камня на камня от репутации якобы отринувших присягу и долг бойцов, виновных лишь в том, что стали статистами во вражеской спецоперации… Хотя, почему только вражеской? Вполне могло быть и так (и даже наверняка было), что кто-то в Империи тоже приложил к этому руку. А вот с какой целью, в этом, конечно, стоило разобраться. Но позже. Когда мы отыщем реальные подтверждения той или иной версии…
— Но есть и хорошая новость, — усмехнулся я, обведя взглядом помрачневших военных. — У нас появился отличный шанс искупить вину и вернуться в Империю победителями. Подробности мы обсудим чуть позже. А сейчас — за работу, селы. Делаем, что договаривались…
* * *Фильтрация завершилась спустя два часа. А ещё через час тренировочный зал заполнился новыми пленными, только на этот раз уже не подданными Империи, а гражданами Федерации. Кое-кого из них, кстати, пришлось выковыривать из отсеков силой. Некоторые забаррикадировавшиеся даже грозились что-то сломать и взорвать, но — тщетно. К подобным упёртым я посылал Гаса. Тот, ничтоже сумняшеся, просто включал свой АЭП, пусть не такой мощный, как у меня, но для корабельных систем хватало, вскрывал вручную замки, проникал внутрь и быстро наводил там порядок.
Стопланетников-офицеров я распорядился отделить от рядового состава и разместить в другом помещении, а то ведь не ровён час, начнут воду мутить, замучаешься потом крамолу выискивать и непричастных наказывать. Коммодор Брискин и гранд-майор Мерфи получили отдельные камеры, и с ними я собирался «работать» лично…
Среди бывших пленных нашлись и пилоты, и штурманы, и техники-энергетики, и специалисты по электронике, и даже врачи. При желании, из них можно было набрать не один, а как минимум три экипажа, но поскольку корабль имелся у нас в единственном экземпляре, на должности поставили самых лучших, а остальных сделали типа дублёрами, пообещав, что «вот ещё парочку таких УБК захватим, и уж тогда место найдётся всем…»
Десантная группа подобралась тоже с избытком.
Капитан Лайерс сформировал аж четыре роты: десантную, две штурмовые и бронемобильную. Жаль, с оснащением последней имелись проблемы. Машин огневой поддержки в арсенале обнаружилось только шесть единиц, но опять же — штаты комплектовались с перспективой на будущее. И разговор о нём состоялся уже через пять часов после освобождения.
К этому времени, усилиями лейтенанта Карстена и его команды, УБК перешёл с синхронной орбиты на гелиоцентрику с радиусом три местных а.е. На всякий пожарный. Пусть окрестности Флоры пилотируемые корабли редко когда посещали (звездолёты Торговой Лиги не в счёт), но вот шпионских спутников, я полагаю, здесь дофига и больше. Всё же планета не из простых, и оставлять её без внимания — этого себе ни одна космическая держава позволить не может. Да и за конкурентами тоже надо следить. Вдруг кто-то чего-то добьётся, а остальные прошляпят? Обидно получится…
На совещании по поводу ближайшего будущего, помимо меня и Гаса, присутствовали те четверо, которых я освободил самыми первыми — Карстен, Хубар, Лайерс и Бартош. Только уже не в качестве проверяемых, а как новоиспечённые командиры боевых частей корабля: БЧ-1 (лётно-штурманская), БЧ-2 (ударная), БЧ-3 (абордажно-десантная) и БЧ-4 (связи и ГРЭБ).
В импровизированный штаб кроме них вошли ещё двое: командир БЧ-5 (энергодвигательная) уоррент Фрерик и БЧ-6 (пилотная группа) 2-й лейтенант Тарквуд. Медицинскую службу представлял военврач 3-го ранга Демикис, но приглашать его на первое совещание я посчитал излишним. Работы у медиков было сейчас выше крыши. Здоровья недавний плен никому не прибавил, да и с противником приходилось ещё возиться: раненые у них, включая тяжёлых, имелись в изрядном количестве…
— Итак, плохую новость вы уже слышали. Но я ещё обещал озвучить хорошую, — сразу, без каких-либо предисловий, перешёл я к самому главному. — Знаете, что это?
В воздухе появилась голографическая 3д-карта, подсвеченная красным и синим.
Собравшиеся на КП молча рассматривали голограмму, видимо, пытаясь понять, что это за участок Галактики и чем он для нас так важен.
— Это планета Тарс и окрестности, — пояснил я, слегка увеличив масштаб и включив медленное вращение.
Пусть времени было в обрез, но час перед совещанием я потратил на вдумчивый и интенсивный допрос коммодора Брискина. После него многое, очень многое, стало понятнее.
— Нас там держали неделю, — глухо заметил лейтенант Карстен. — Я помню этот фрагмент. В качестве цели его никогда не рассматривали.
Старший пилот был прав. Целью эта система в Империи действительно не считалась. Во-первых, потому что располагалась она на отшибе и стратегического значения в противостоянии с ФСП, Лану, Осционом и прочими не имела. Во-вторых, затраты на её захват и дальнейшее освоение предполагались довольно высокие. И наконец, в-третьих, единственная обитаемая планета системы входила в Содружество Независимых, а с ним имперцы поддерживали нейтралитет, и любые конфликты, даже случайные, рассматривались как нежелательные.