Джина Джинджер и утерянные конспекты (СИ)
— Ладно, кажется, я слегка перегнула палку, — покаялась Джинджер. — Ну что, я начинаю?
— Окей, начинай, — засунул руки в карманы Хоггарт.
Тем временем Эйдафедель затеяла профилактику автоматической бластерной винтовке — аккуратно полировала её тряпочкой. При этом она не спускала глаз с пентаграммы и стояла таким образом, чтобы дети не мешали в случае необходимости открыть стрельбу.
Зачитав заклинание, Джина почувствовала привычную волну магии, которую выплеснула на магический рисунок. В тот же миг линии засветились бирюзовым. В следующее мгновение вверх поднялся столб фиолетового сияния.
Вместо суккубы в пентакле появился двухметровый инкуб с гипертрофированной мускулатурой. Сзади у него виднелись четыре маленьких ангельских крыла, а над головой светился нимб. У него в комплекте наличествовали заостренные и немного оттопыренные уши, в каждом из которых по три серёжки-гвоздика с небольшим рубином. Тёмно-каштановые волосы были зачесаны назад, спереди свисала маленькая прядь. На лице выделялись ярко-фиолетовые губы. Больше всего резала глаза его одежда: обтягивающие кожаные тёмно-синие шорты на подтяжках и большой гульфик под ними, а может и не совсем он… На шее широкая тканевая лента тёмно-синего цвета с белой полосой по центру, с виду напоминающая ошейник с подвеской в виде красного сердечка. На руках полоски ткани той же расцветки, будто оторванные от футболки рукава. На ногах у него мощные шнурованные ботинки с высокими берцами. На левом плече татуировка в виде двух красных сердечек и надпись на английском языке «Love and Peace».
— И кто же тут хочет большой и чистой любви? — жеманным голосом начал он.
Джина откровенно перепугалась. После Японии она опасалась извращенцев, а тут такой экземпляр, что сразу в дрожь бросает. Но она ощущала поддержку спокойного Гарри и готовой пустить в дело оружие Эйдафедель. Собрав волю в кулак, она продолжила следовать инструкциям друга.
— Я, Джина Джинджер, призвавшая тебя в этот мир, именем Люцифера приказываю тебе подчиниться мне, инкуб!
— Прямо-таки именем Люцифера? — игриво поморгал инкуб.
— Именно!
— Ладненько, — поиграл он мускулатурой, — как скажешь, Джина Джинджер. Как я могу не подчиниться такой милашке, ещё и именем самого Люцифера? Узнай же моё имя, юная волшебница с прелестным цветом волос — моим любимым. Перед тобой прекрасный и несравненный Хапсиэль!
— Крутяк! — вырвалось у Гарри. — Джина, тебе удалось призвать инкуба прямо в теле.
— О, да, — томным голосом протянул Хапсиэль, погладив свою мускулистую грудь.
— Хапсиэль, ты же потомок кого-то из серафимов или херувимов? — продолжил Хоггарт. — Дай догадаюсь — линия Левитян?
— Оу! — вытаращил на него изумлённые глаза призванный. — Малыш, откуда ты знаешь о моей бабуле?
— От бати слышал.
— И кто же твой отец, юный волшебник?
— Дункан Хоггарт. А меня зовут Гарри Хоггарт.
На посадочной площадке повисла гробовая тишина. Можно было различить скрип шестерёнок в мозгу Хапсиэля. Через мгновение его фиолетовые губы расплылись в широкой улыбке, и из них вырвался томный стон.
— Какая прелесть… Для меня честь служить таким интересным призывателям. Скорее, госпожа Джина, прикажите мне что-нибудь!
— Эм, да, секундочку… — вышла она из ступора. — Нам нужен клад Древних. Какие-то большие ценности. Можешь показать ближайший?
— Так просто? Больше госпожа ничего не желает? Например, воспользоваться идеальным телом прекрасного Хапсиэля?
— Нет, спасибо, — нервно задёргалось правое веко Джины. — Я ещё маленькая для этого и у меня… Эм… — она обернулась к Гарри. — У меня есть парень, вот!
Уши Гарри порозовели.
— Ох, как быстро растут дети, — приторно протянул Хапсиэль. — Мир и любовь вам. Вас проводить к кладу?
— Лучше на карте отметить, — нервно переплела пальцы в замок Джина.
— Как прикажете, госпожа. Может, всё же госпожа Джина желает тело Хапсиэля?
— Нет-нет! — излишне резко замотала она головой. — Спасибо, не надо. Мне хватит отметки о кладе на карте.
Голограмму карты галактики поспешно вывел перед инкубом Гарри. Тот ткнул пальцем в одну из звёздных систем.
— Где-то туточки на третьей планете от звезды большая захоронка. Точнее сказать не могу. Милашки мои, дядя Хапсиэль может ещё вам чем-то помочь? Я аж воспылал — давно меня никто не призывал. Как сейчас помню свой первый призыв прямо в теле — такие милашки из академии магии, они так призывно кричали и приветствовали меня. М-м…
— Нет-нет, спасибо, — замотала головой Джина, словно пропеллером.
— Точно? — инкуб завораживающим образом напрягал мускулатуру подобно финалисту чемпионата по бодибилдингу. — Госпожа Джина выглядит взволнованной. Если я могу подарить кому-то любовь и причинить мир — только скажите.
Джина желала поскорее избавиться от инкуба. Внезапно она осознала, что не знает, как его отправить назад, а спрашивать сейчас у Гарри опасалась. Вдруг это развяжет инкубу руки. На мгновение её охватила паника, но девочка быстро взяла себя в руки. У неё зародился план по избавлению от призванного существа.
— А ты сильный?
— Как вы можете в этом сомневаться? Вот, смотрите! — Хапсиэль стал с утроенной силой напрягать поистине могучую мускулатуру.
— Хапсиэль, меня недавно похитили и сделали рабыней, — в голосе Джины просочились нотки искренней ненависти и негодования. — Я хотела бы, чтобы в Нубиру больше не было рабства! Люди не должны страдать и превращаться в то, что я там видела. Это ужасно. Ты сможешь мне помочь?
— Ох, малышка… — смахнул слезу умиления инкуб. — Конечно же, дядюшка Хапсиэль поможет тебе подарить мир и любовь этим людям. Какая непорочная доброта…
К облегчению всех присутствующих Хапсиэль исчез в фиолетовой вспышке. Только сейчас Эйдафедель дала волю чувствам и обнаружила, что у неё дрожат руки. Никогда за свои триста лет она не испытывала того ужаса, как перед этим могущественным существом, давление страшной силы от которого она ощущала всеми фибрами души.
***
Нубиру, столичная система, планета Нуб.
Чернокожий крупный мужчина в ужасе пучил глаза. Он находился в окружении личной гвардии, вернее, её остатков. Облачённый в боевой скафандр последнего поколения, он совершенно не чувствовал привычной защищённости.
Командир королевской гвардии в закопчённом скафандре-семёрке прорвался к королю.
— Ваше величество, его не берут бластеры… И турболазеры… И ракеты… И плазменные гранаты…
— Почему мы до сих пор не сбежали?
— Это существо, — нервно покосился за спину командир гвардейцев, — каким-то образом испортило все рабские нейросети. Все рабы вышли из-под контроля. Они вооружились и захватили столичные космопорты, в том числе и дворцовый порт. Повсюду в столице идут бои. Рабы убивают своих хозяев, объединяются и вступают в бой с полицией и солдатами, попутно убивая всех встречных нубирунцев… Дворец осажден.
— У меня личный звездолёт, Шейдер! Личный, в зад твою чёрную мамашу, королевский звездолёт! Зачем я кормлю вас, дармоедов, если вы даже не можете вывезти меня из дворца?
— Простите, ваше величество, все силы брошены на сдерживание Существа. Я могу вам выделить десяток лучших бойцов. Вы можете с ними попробовать прорваться к транспортному флаеру, на котором во дворец привезли продукты.
— Вот! Вот можешь, Шейдер, когда захочешь. Давай своих солдат. Я больше не намерен находиться во дворце ни мгновения.
Усталые и настороженные солдаты вскоре прибыли к королю. Четверо из них взяли монарха в коробочку. Трое в авангарде, столько же в тылу. Чернокожие бойцы в боевых скафандрах крепко стискивали бластерные винтовки.
— Это ты? Ку-ку, мой мальчик. Ку-ку!
Появление впереди Существа стало неожиданным для всех. Во взглядах солдат сквозило отчаяние. ОНО шло вихляющей походкой, почти обнажённое в извращенских вещичках, словно беглый раб хозяина-садиста с нетрадиционными пристрастиями. С виду Существо очень похоже на сильного человеческого мужчину, если не обращать внимания на две пары крыльев за спиной.