Рыжая помеха (СИ)
— Хочу тебе кое в чем признаться, Максим…
О как! Интересно! Я киваю с равнодушной мордой.
— Я наводил о тебе справки… Знаю о сроке. И о том, что на тебя охотился Росянский…
— Не в курсе, кто это, — отвечаю, опять же, не дрогнув лицом. Ну а чего дрожать-то? Понятное дело, что про мою биографию он знает. И про то, что меня с сестрой искал прокурор Росянский после того, как я с его сыночком, гнидой маньячной, разобрался, тоже. Но вот внутреннюю кухню не должен просечь.
То есть, причинно-следственную связь. Если только не общался близко с Росянским, и тот ему не рассказал прекрасную историю, в которой замешаны я, моя сестренка и дочка генерала ФСБ. Ну и сынок прокурора, само собой.
— Неужели? А почему он тебя искал по всей области этой зимой?
— Кто?
— Росянский.
— Да я в душе не ебу, кто это, господин депутат! — я наглею, грублю, короче, веду себя по-быдляцки. Но вот есть ощущение, что на понт меня берет Красцов, иначе бы все давно выложил.
— Грубый какой мальчик, — смеется депутат, опять откидываясь на спинку кресла и отпивая свою вонючую дрянь. — Далеко пойдешь… Если будешь умнее.
— Пока не жаловался, — скалюсь я довольно. Чувствую, еще один рубеж преодолен. Неплохо.
— Так, хорошо… — Красцов становится серьезным, — по твоей схеме я все понял, неплохо, товар твой тоже хорош, если будет возможность его делать в моей лаборатории…
— Оборудование надо глянуть…
— Да, глянешь.
— И, если все же будут сложности с уходом от Ворона… Я могу помочь. У меня есть для этого все возможности.
— Че, лапа в прокуратуре? — усмехаюсь я.
— Связи, мальчик, в наше время решают все.
Черт… Не смогу раскрутить его на имя человека в прокуратуре… Васильич будет недоволен…
— Жду от тебя информации по возможности выпуска вашего препарата на нашей платформе, и потом уже будем набрасывать по срокам все.
— Понял.
— Поверь, ты не пожалеешь, что решил работать со мной. Мне нужен вот такой… Серьезный мальчик. Мой Витя… Он все-таки еще маленький. А в тебе прямо чувствуется правильный подход к делу… В тюрьме сложно пришлось?
Перемена темы немного напрягает. Это с чего бы интерес?
— Как и всем, — коротко отвечаю.
— Ну… У тебя есть кое-что, что могло смягчить срок пребывания… Сделать его проще…
— Это вы о чем?
Черт… Неужели узнал про мои драки на зоне? Так я, наоборот, от звонка до звонка, потому что в карцере половину срока…
— Ты — красивый парень… Это во многих ситуациях плюс…
А-а-а, бля!
Все же не просто так он на меня пялится все это время! Шары подкатывает, сука!
— Не плюс, господин депутат, — усмехаюсь злобно, смотрю тоже злобно. Ну не могу ничего с собой поделать. Противный толстый урод, который думает, что он — пуп Земли. Ненавижу таких!
— Ну, по всякому может быть… Ладно, дела завершили… В баньку?
Ага, разбежался, бля.
— Нет, у меня еще дела.
— Ну ладно, будь осторожен на дороге, мальчик…
Торопливо сбегаю с крыльца, прыгаю на дукати, газую.
Противно так все, словно говна нажрался. Нет, не хочу я с такими тварями пересекаться, вообще не хочу. Потом хер отмоешься.
Выворачиваю в город, торможу у какой-то придорожной забегаловки, где обычно дальнобои тусят.
Щелкаю наушником.
— Первый-первый, я второй!
— Наглый ты все-таки щенок, — скрипит Васильич, — сколько раз говорил тебе, не ерничай.
— Все норм? Записалось?
— Да. Теперь только в лабораторию скатаешься, на всякий случай. И будем брать всех сразу.
— Ага.
— Пока свободен.
— Понял.
— Про разговор наш помни.
— Помню.
Беру себе пива, сажусь в угол замызганной кафешки, блаженно выпиваю сразу половину. Ка-а-айф какой!
Надо еще пойти руки помыть, а то ощущение пакости на пальцах после того, как за руку с этим толстым уродом попрощался.
Ничего. Скоро финал. Скоро.
Светочка, моя сладкая конфеточка… Добраться бы до нее.
Но нельзя. Еще пару дней нельзя.
Мы с ней позавчера попрощались в универе после самого вкусного куни в моей жизни. Прикольно, делал Светику, а кайфанул сам нехило.
Не уверен, что мне удалось ее убедить хоть в чем-то, но по крайней мере, она согласилась подождать. До конца недели. И потом я должен ей рассказать все. Все, что имею право рассказывать.
Пью пиво, прикидываю, как бы технично все же подрулить сегодня к моей конфетке под бочок…
Ну… Какой-то предлог же можно придумать?
А то у меня, как вспомню про нее, член встает и не падает, зараза…
Нервничаю… А у меня и так работа не самая спокойная.
— Макс? Привет, брат!
Поднимаю голову, прикидывая, что у меня еще за родственничек нарисовался внезапно.
Надо мной стоит смутно знакомый высокий чувак, грязноватый и не особо трезвый.
— Я — Сеня! Помнишь? Мы в КПЗ вместе сидели!
Черт… Точно. Тот разговорчивый дурачок.
— А, да, привет.
— Слушай, круто, что тебя встретил, — непонятно чему радуется придурок, садясь напротив и заказывая еще по пиву. Мне и себе.
Я смотрю на него, гадая, чего еще от меня надо. Мы, в принципе, не цапались в КПЗ, я ему даже помог чуть-чуть, поговорил про законы в камере. Немного, просто жалко стало дурака… Да и скукота была смертная. А парень, как уже тогда стало понятно, не засланный казачок, потому говорить с ним можно было. Не сильно откровенничать, так… По верхам. А Сеня, похоже, проникся, вспоминал меня…
Мы сидим, болтаем о всякой херне, у Сени все больше и больше заплетается язык.
А я никак не могу решить, как мне поступить, сразу поехать к Светочке, потому что плевать я хотел на остережения Васильича, или все же подождать. Дать ей возможность выдохнуть чуть-чуть.
— Ну вот, понимаешь, такая тема! Все быстро, главное, можно делать, и в разных точках. Менты вообще не просекают… Неповоротливые…
В какой момент Сеня начинает нести этот бред, я даже не осознаю, просто на автомате уточняю:
— И чего, хорошо по бабкам?
— Да вообще норма! У меня чувак есть, он золото принимает прям по хорошей цене! И технику, но технику мы особо не берем, сотовые только, планшеты там, всякие…
Сто-о-оп… Это он мне про ограбления ювелирок и ломбардов толкует?
— И много вы уже взяли?
— Да нормально! А тут, прикинь, Васек, сучара, ногу сломал! И мы с Шепелявым вдвоем! А это мало, можно напороться… Время уходит, горячее время! Сейчас сработать и свалить на юг отдыхать! Самая тема, скажи?
— Ага…
— Разговор поддерживай, щенок, — раздаётся у меня в ухе голос Васильича, да настолько неожиданно, что я подпрыгиваю даже.
Бляха-муха!
Я же отрубил его!
Или нет?
— Не молчи, сопляк, — командует скрипучее начальство, а я злюсь и тоскливо дую пиво.
Ну вот какого хера? Я же к Светочке…
Ограбление по-русски. Продолжение пролога
— Держи, рыжая, держи… — хриплю я на ухо Светочке, обливаясь холодным потом от ужаса.
Ситуация настолько хуевая, насколько это вообще возможно.
Мы можем в любой момент словить пулю, потому что я вижу подъехавший фургончик ОМОНа, да и полицейские тоже все при стволах и настроении.
Шутка ли, поймать банду, на протяжении месяца громившую ювелирки и ломбарды по городу и области! Это же всем участникам звездопад на погоны будет!
Светик может не удержать ргдшку, и тогда у меня останется секунда, чтоб отшвырнуть ее в сторону. Сам не успею.
А еще Сеня, сучара, может понять, что рыжая меня знает… И просто положить нас обоих.
Это так, запасные варианты.
А основной — пуля снайпера.
Потому как не дойти нам до неприметной «Калины», моего личного плана «Б».
Светик мелко дрожит в моих руках, но пальчики гранату сжимают крепко. Молодец, дочь генерала!
Держи. Прорвемся.
Впереди Сеня с Шепелявым под мышкой, тот уже достаточно очухивается, чтоб переставлять ноги. Но мозги еще на полную не врубились, хотя, там врубаться-то нечему, по сути…