Приключения архивариуса (СИ)

За ужином никто не разговаривал, так что мясо, хлеб и вино исчезли в кратчайшие сроки.
Наконец госпожа Редфилд достала трубку, набила её табаком и осторожно поднесла огонь на кончике пальца. По кухне поплыл запах яблок, орехов, ещё чего-то праздничного.
– Итак… – Она обвела нас всех взглядом и улыбнулась. – Подведём итоги?
Я откашлялся.
– Не помешает вообще-то. А то я так и не понял, кто это был? И кстати, куда вы их всех дели?
– Наёмников – в подвал, там, как и положено, есть местная тюрьма с отличными апартаментами, запирающимися снаружи. Вы помните разницу между погребом и подвалом, Дюпон? – я ухмыльнулся, и госпожа коммандер продолжила. – Ну, а господин Мастертон в орихалковых наручниках отправился в Лютецию, в нашу антимагическую камеру. Завтра вашего противника ожидают встреча с колонелем Брихсдорном, допрос, обыск на вилле и прочие приятности.
– Мастертон? – выудил я имя. – Тот самый Г.М.?
– Ах, Дюпон, вы снова торопитесь и начинаете читать детектив с середины. Я же предлагаю вернуться к началу… Фернан?
– Да, госпожа коммандер?
– Напомни, с чего началась эта история?
– С предательства, когда Морис де В. продал галльских разведчиков противнику.
– А чем продолжилась?
– Смертью графа де Буа-Жибо.
– И к чему мы пришли?
– Э-э-э… Пока достоверно неизвестно, госпожа коммандер! – отрапортовал он.
– Тогда, может быть, это разъясните нам вы… ваше сиятельство, – спросила госпожа Редфилд, поворачиваясь к Пьеру, стоявшему у плиты.
Кажется, затихла даже настырная ворона, каркавшая за окном.
Старый слуга помедлил, потом вздохнул и распрямился. Исчезли куда-то оплывший подбородок и сгорбленная спина, и стало понятно: перед нами стоит немолодой военный, человек, привыкший отвечать за себя и других.
– Вы меня разгадали, – с досадой сказал граф, садясь за стол. – Каким образом?
– Это довольно длинная цепочка, – улыбнулась она. – Давайте меняться? Мы расскажем обо всём, что нам удалось найти, а вы – о причинах вашего преображения.
– Хорошо. Но прежде… вы, молодой человек, – его палец упёрся, к моему удивлению, не в меня, а в Бривана. – Да-да, вы. Спуститесь в винный погреб. В дальнем правом углу сдвиньте бочонок, откроется дверь с кодовым замком. Код – дата коронации первого короля Галлии. Возьмите там три… нет, четыре бутылки с левой полки и принесите сюда. Закрыть не забудьте!
– Дата коронации… – повторил немало озадаченный Бриван. – Чтоб я её помнил…
– Хариберт I, – негромко проговорил Гранкор. – Пятьсот шестьдесят первый год, пятое сентября.
– И всего-то? – воспрянул духом Жером, отворяя дверь погреба.
Вино было принесено и открыто.
Забрав с собой бутылки, стаканы, сыр и ветчину, вся компания переместилась в гостиную. Гранкор разжёг камин, Реверди разлил вино, и госпожа Редфилд предложила хозяину дома:
– Начнёте?
– Да. Итак, как справедливо заметил ваш юный помощник, началось всё это достаточно давно, больше восьмидесяти лет назад. Потом, задним числом, я понял, что признаков грядущих… неприятностей было более, чем достаточно. Скажу больше, бывало, что Морис заговаривал со мной о том, что нас мало ценят, на счёт поступают сущие копейки, а расходы возмещают только после долгих обсуждений, рискуем же мы постоянно. Пару раз я отшучивался, на третий оборвал его со злостью, и он прекратил. Просто в одно непрекрасное утро исчез… прихватив с собой наш общий кошелёк, кстати говоря. Дальше вы, я полагаю, знаете?
– Более или менее.
– Откуда, кстати?
– О, Дюпон нашёл ваши дневники. Вы уж простите, мы их прочитали. Считали, что вам уже всё равно.
– Понятно.
– Так всё-таки, что заставило вас так резко… прервать свой жизненный путь?
– Резко? – удивился граф. – Вовсе нет! Я начал готовиться год назад, когда Этьен, мой помощник, вернулся из Марсилии.
Тут я не удержался и позволил себе задать вопрос:
– ИЗ Марсилии? Не из Венеции? И что, он привёз сведения о том, что у вас есть наследник?
 
– Наследник? Вовсе нет! – поморщился Буа-Жибо. – Я прекрасно знал о том, что родилась дочь, поддерживал её, как мог, когда Франческа вышла замуж, присутствовал на свадьбе. Инкогнито, разумеется. С внуками я прекрасно знаком, и мы давно решили, что старший останется в Медиолануме, а младший переберётся сюда, когда подойдёт время.
– Ой… – только и мог сказать я.
Моя начальница брюзгливо добавила:
– Знаете, было бы неплохо сообщить об этом и в Геральдическую палату. А то мы едва не побеспокоили его величество проблемой наследования домена.
– Непременно сообщу, – чуть склонил голову граф. – До определённого момента мне это было невыгодно, хотя никто не может сказать, что я не намекал.
– Кстати, сразу, пока мы не забыли: я боюсь, что маркиз Лавуа будет очень… – госпожа Редфилд пошевелила в воздухе пальцами. – Очень недоволен, что его контору использовали так вот, в тёмную.
– О, я полагаю, что сумею найти что-нибудь ценное для размена, – и граф ослепительно улыбнулся.
– Так какие же сведения всё-таки привёз ваш помощник? – нетерпеливо спросил Реверди.
– Он сообщил, что в Марсилии увидел Мориса, сходящего с «Синей косатки» и покупающего билет до Лютеции.
– А «Синяя косатка» шла из?..
– Из Аль-Искандарии, где я и встретил его в прошлый раз. Уверен, что тогда он меня не узнал: я был загримирован и под мороком. Разумеется, меня заинтересовало, зачем мой бывший друг пожаловал в галльскую столицу, и я отправился туда.
– А почему вы не записали это в дневник? – спросил я.
– Потому что последняя тетрадь – подделка, не так ли? спросила госпожа коммандер. – Вы уже тогда решили. что вам нужно исчезнуть.
– Вы совершенно правы…
Тут граф замолчал, пригубил вино и уставился в огонь. После пары минут молчания Бриван осторожно откашлялся:
– И зачем же? – спросил он.
– Я вот как раз обдумываю, сколько могу вам рассказать…
– Нисколько! – быстро ответила госпожа Редфилд. – Нас интересует только лишь история вашей ложной смерти, ну, и ещё – как вы собираетесь из неё выпутываться. А шпионские сведения оставьте при себе, не сбивайте моих сотрудников с толку.
И они обменялись такими взглядами, что я сразу догадался: коммандер знает всё, что мог бы сообщить нам Буа-Жибо, а он знает, что она знает…
В общем, понятно.
– Побыв несколько дней в Лютеции, – продолжал хозяин дома, – я вернулся сюда, и обнаружил Этьена тяжело больным. Что бы я ни делал, он угасал. В начале ноября его не стало. Я так понимаю, протокол вскрытия вы читали? Ну вот, я понял, что моего друга и помощника убили, и следующим буду я.
– Ладно, а почему на кладбище в Анже нет его могилы? – быстро спросил Реверди.
– Потому что он похоронен здесь, в семейном склепе.
– А как вы поменялись с Пьером?
– О, ну это просто. Пьер уже тогда, осенью, болел. Он не маг, да и всегда был не слишком здоровым, так что мы оба знали, что он уйдёт раньше меня. После празднования Перелома года Пьер расхворался всерьёз. Когда он умер, я положил его тело в свою кровать, а сам стал исполнять роль собственного слуги.
– Кто в Анже был в курсе вашего… преображения? Доктор Лаборде, патологоанатом?
– Да. Он, Клонель и префект Моран.
– И вы не боялись, что они вольно или невольно вас выдадут? – мне показалось, что госпоже Редфилд уже всё ясно, и вопросы она задаёт только для нас.
– Они дали клятву, – улыбнулся граф уголками губ. – Магическую клятву от вассала своему сеньору, такую нарушить невозможно.
 
– А что за гость был в вашей спальне в ночь смерти Пьера? Вы же сами рассказали – еда, выпитое вино, свеча вместо магического фонарика? Или…
– Ну да, – кивнул мне Буа-Жибо. – Если бы кто-то посторонний стал разузнавать насчёт моей смерти, то я должен был оставить ложный след.