Табу на любовь (СИ)

— Ищем, — только и ответил начальник моей службы безопасности.
— Мне нужно в город! — рявкнул я.
— Ром, ты ведь знаешь, протокол у нас такой. Тобой же и утвержден. В случае опасности мы тащим тебя сюда, — терпеливо пояснил Марк.
А я сдернул катетер с руки. С самого детства я ненавидел иголки. И врачей. И все, что хоть как-то касалось больниц.
— У меня встреча с гребаным «МиГро»! — процедил я.
— Я сообщил им, что твое здоровье под угрозой, — скривился Ольховский. — Они обещали перенести встречу.
С трудом приглушил порыв вмазать Марку по морде. И дело было не во встрече с важными для моего бизнеса людьми. А в том, что меня срубило в салоне тачки на глазах девчонки. И срубило потому, что кое-кто хитро-мудрый хреново выполняет свои обязанности начальника СБ.
— Пошли на хрен! — рявкнул я.
Доктор тут же скрылся из комнаты. А Марк, придержав для врача дверь, задержался на пару секунд.
— Я найду эту падлу, — пообещал Ольховский.
Я ж не обернулся. Так и сидел, глядя в окно. Марк знал, что я ненавижу это место. Но он был прав. Существовал порядок действий, согласно которым в случае опасности охрана увозит меня именно сюда — обустроенный особняк с запасами еды, повышенной охраной по периметру и всем необходимым, включая медикаменты и оружие.
Со стороны особняк выглядел обычным: загородный дом в тридцати километрах от города. Но для меня он был напоминанием о прошлом. И я ненавидел его, несмотря на все удобства. Пусть и сам построил его почти с нуля.
— Утром в город, — отдал я приказ.
— Как скажете, шеф, — услышал я ответ Марка, но Ольховский не торопился сваливать и оставлять меня в покое. — Тут, правда, небольшая заминка, Роман Дмитриевич.
— Я тебя сейчас убью, — пообещал я Марку, но тот не очень испугался, почесал затылок пятерней, избегая смотреть в глаза.
— Ром, ты же сам Барсукову разрешил гостить здесь, когда ему вздумается, — оправдывался Марк.
А я повернулся к двери. Чую, становится интересно.
— И? — поторопил я.
— Короче, Барсук приволок подружку, собрался культурно отдохнуть в ближайшие три дня. И еще ребята из клуба. Они и раньше отдыхали. Ты одобрял, — выпалил Ольховский, а я молча ждал продолжения, медленно снимал рубашку и надевал первый попавшийся свитер, сложенный в шкафу.
— Не томи, млин! — сорвался я.
— Саня привез ту самую девчонку, Машу Несторову. Они заселились в гостевой домик. Слушай, шеф, а может, рванем в город сейчас? Я договорюсь об ужине с парнями из «МиГро». Они же заинтересованы не меньше нашего, — увещевал Марк, но я лишь хищно улыбался, надевая потертые джинсы вместо строгих брюк. Значит, Раттана здесь. В моем доме. На все выходные. Забавно.
— Утром, — отчеканил я.
Ольховский не стал спорить. Убрался из моей комнаты. Я же плеснул ледяной воды в лицо, стер капли полотенцем и посмотрел на свое отражение в зеркале. На меня смотрел ублюдок с хищным блеском в глазах. И я улыбнулся ему в ответ. Барсукова не жаль. Он сам притащил свою девку на мою территорию.
***
— Да ты, Саня, охренел! — скалился я, встретив друга на кухне гостевого дома. — Я должен свалить из собственного дома? Не жирно ли?
Шум голосов и музыки доносился из закрытой беседки, выстроенной на территории за гостевым домиком. Я разрешал охране впускать моих приятелей. И даже в мое отсутствие любой мог согласовать с Марком и провести выходные за городом. Места и правда были красивые.
Но был один запрет. Никому нельзя появляться в хозяйском особняке. За этим ребята следили исправно.
Признаться, даже если кто-то и гостил на моей территории, я мог и не знать об этом. Да, в общем-то, никогда не интересовался и не появлялся у своих же гостей. Отдыхают, и отлично.
Но сегодня все иначе. Сегодня я бесцеремонно нарушил их уютные посиделки.
— Рома, как друга прошу, — повторил Барсуков, а я дернул плечом.
— Обещаю, буду пай-мальчиком! — хмыкнул я.
— Сука! — прошипел друг, а я пропустил лестный эпитет мимо ушей.
 
Компания Барсукова расположилась в беседке. Мужики готовили мясо на углях. Женская часть гостей накрывала на стол. Сашка, психуя, вышел на террасу, а я двинулся следом.
Раттаны по близости не было. А судя по Сашкиному взгляду, украдкой брошенному в сторону двери, ведущей вглубь дома, девчонка где-то там. Я был быстрее друга. К тому же у меня была цель: найти ее и, как вариант, утащить в свою пещеру.
План варварский, но я себя чувствовал именно так. В крови кипела жажда обладать, она кружила голову. Или же тот препарат, что мне подмешали шпионы конкурентов. Тут пусть уже охрана разбирается. Все, что меня волновало: утащить Раттану в свою берлогу. И методы не имели никакого значения. Пока Сашка искал ключи от двери или пытался обойти дом и проникнуть через парадный вход, я рванул к своей цели.
— Марк! Никого не впускать в гостевой! — я отдал жесткий приказ в телефон и отключился.
Спальные комнаты располагались на первом этаже. Тупо открывал каждую дверь, в поисках девчонки.
Как на зло, ее дверь оказалась последней, в самом дальнем углу. Но девчонка сама появилась в коридоре, буквально упала в мои объятия.
— Привет, Ратти, — заулыбался я, а она вздрогнула, увидев, кто стоит перед ней во всей красе. — Скучала по мне?
— Пошел ты! — процедила девушка.
У меня был в запасе всего один безмятежный выдох. Одно мгновение, за которым последует взрыв. Я это знал. Понимала и Раттана. Видел, как она вжалась в стену. Хотела вернуться в комнату, запереться изнутри. Но я был быстрее. Пусть голова немного кружилась, а зрение приходилось напрягать, чтобы рассмотреть лицо девушки.
Азарт охотника, загнавшего долгожданную добычу в угол, собирал все инстинкты в одну дикую смесь. Грудину распирало от невозможности дышать. Знал: как только запах этой женщины проникнет в легкие, меня попросту разорвет.
— По доброй воле ты не пойдешь? — предположил я.
— Я здесь со своим парнем! — предупредила она.
— Барсуковым? Саня — хороший мальчик. Давай не будем его вмешивать в наши дела, — миролюбиво предложил я.
— Нет никаких «наших» дел, Роман Дмитриевич! — вздернула подбородок девчонка и сверкнула глазищами так, что мой член вновь подал все признаки жизни, а по телу понеслось возбуждение.
Нет, это не женщина, а ведьма! Определенно! Приворожила меня. Может быть, именно она меня и опоила какой-то гадостью? Всякое бывает. Но я решил все это выяснить позже. Сейчас я собирался утащить ее в свою спальню и трахать милую попку, пока девчонка не забудет свое имя. Как минимум!
Звонок телефона нарушил зрительный контакт. Я прекрасно знал, кто пытается достучаться до меня и моей совести. Но Ратти была слишком соблазнительна и желанна, чтобы изменить свои планы на нее.
Я протянул руку. Девчонка вжалась в стену затылком. Я шагнул ближе. Она попыталась вырваться. Я зафиксировал ее ладони своими, прижал к стене. Колено протиснул меж ее бедер, не позволяя шевелиться. Голову склонил к ее уху. И возликовал. Она не просто не оказывала сопротивления, а застыла в ожидании, дрожала, как чертова сучка во время течки.
— Одна ночь, Ратти, — пробормотал я, вдавливая ее тело в стену, позволяя возбужденному члену толкнуться в женский живот.
Мне казалось, что время замерло, застыло. Телефон, не переставая, звонил. Дверь содрогалась от ударов Сашкиного кулака. А я кайфовал от запаха апельсина и от вида хрупкой, полупрозрачной кожи и мягких розовых губ.
— Я трахну тебя разок, а потом можешь возвращаться к Барсукову, — пообещал я.
 
— Какой же ты ублюдок! — прошептала она, подняв голову выше.
Теперь я видел ее глаза. В них не было и намека на покорность. Просто она понимала, что из узкого коридора ей некуда бежать. А сил на сопротивление у нее банально не хватало. Она была слишком крохотной, чтобы выстоять против меня.
— Твоя родословная не менее благородная! — прищурился я. — Ты такая же, как я.