Душа демона. Искупление (СИ)

— Я не приму твою жизнь в счет своей! Никогда! Попробуешь повторить, распылю!
Фантом понял меня сразу, а потом начал раздавать указания комитетским.
Оказывается, в помещении кроме Влады были и другие. Зрение подводило меня основательно. А обоняние вообще подкидывало мне мешанину разных запахов. Вроде знакомых, но в таком состоянии абсолютно не различимых.
— Экраны здания блокируют возможность его восстановления, — быстро начал объяснять Наф. — На тренировке маги пережгли его каналы, и у него нарушен энергетический обмен. Нужен очень мощный родник силы. Иначе он погибнет.
— Крупный накопитель подойдет? — Голос Чернецкого.
— Нет. Ему нужна сырая природная энергия. С такими повреждениями она легче и быстрее усваивается.
— Где ее взять? — Уже Марк.
— Ипатьевский монастырь.
— Срочно подготовьте мобильную лабораторию, — приказал Илья Владимирович без промедления. — Звезда магов сопровождает.
— А вы уверены, что демону не повредит энергетика монастыря? — Неожиданно задал вопрос Электрик. — Он все-таки темный.
— Ваша забота очень импонирует Элиру, — озвучил мои мысли Наф. А я внутренне скривился. — Не волнуйтесь. Родник на территории монастыря является источником природной энергии. А она подходит всем. И темным, и светлым. Элир легко сможет ее преобразовать под свои нужды. Но нам нужно успеть до «точки невозврата».
Болтовня фантома стала меня раздражать. Слова разносились в моей голове подобно многократному эхо. И смысла половины произнесенных фраз я уже не понимал.
Наф почувствовал мое состояние и резко произнес:
— Надо торопиться. Ему становится хуже.
И вскоре комитетский фургон с сопровождением уже несся по вечерним улицам в нарушение всех правил дорожного движения.
Влада, как и раньше, была рядом и держала меня за руку. Наф категорично настоял, чтобы она меня не отпускала, раз его помощь я принимать отказался. Но, честно говоря, слабый приток энергии феи был уже бесполезен. Я чувствовал, как мой организм начинает агонизировать. Сердце периодически спотыкалось и замирало, отчего в кровь выбрасывался адреналин. В такие моменты я чувствовал спазмы и сильную боль.
Наверно Влада ощущала мое еле сдерживаемое напряжение. Потому что периодически склонялась ко мне. Ее дыхание теплым дуновением касалось моей кожи. Девушка что-то шептала, гладила меня по волосам. А когда мне удавалось ненадолго приоткрыть веки и сфокусировать взгляд, я видел, что она тихо плачет.
Внезапно я вспомнил тот роковой день, когда, стоя над телом Кьяры, не мог понять, почему мои глаза подводят меня, а все вокруг искажается из-за предательских слез. Тогда я решил, что причина этого в поглощении души. Но сейчас мне стало очевидно, что я ошибался.
Электрик
Все, кто был знаком с Саней, были в курсе, характер у него сложнее, чем самый запутанный клубок проводов. Маг всегда отличался непробиваемой принципиальностью. Был упертым, как баран. И свою неправоту признавал в исключительных случаях. Он терпеть не мог человеческую тупость, лживость и подхалимство. Ему было все равно, кому высказать свое мнение — будь то начальство, принявшее решение, идущее вразрез представлениям мага, или дурной дворник, поливающий газон в дождь и оправдывающий свои действия не очень умной фразой: я работаю по графику.
В общем, жестко обласкать он мог любого. Выглядело это порой грубо и хамовато. Но если рассудить — честно и за дело. Поэтому сотрудники Комитета в отношении Сани делились на две категории. Те, кто считали его невоспитанным мужланом, и те, кто понимал, откуда ноги растут. Последние были немногочисленны. Но именно их можно было назвать друзьями. И ради них маг был готов идти в огонь и воду.
Сам Саня людей оценивал исключительно по поступкам. Балаболов на дух не переносил. И если у него о ком-то складывалось определенное мнение, изменить его было практически невозможно.
Однако, встретив Элира, его принципы дали сбой. По непонятной причине Саня сразу же испытал к демону такой негатив, что дальнейшие агрессивные действия мага на проходной чуть ли не привели к потасовке. Хорошо, что Чернецкий вовремя вмешался.
 
Недовольство Сани своей реакцией на темного только усугубляло ситуацию. В присутствии высшего он начинал дергаться и вести себя неразумно. А в какой-то момент маг вдруг понял, что периодически сам является провокатором стычек. И только благодаря сдержанности Элира их встречи пока не перерастают в кровавый мордобой.
Марк, видя происходящее, пытался поговорить с другом. Но тот упорно не хотел признавать свою неправоту.
— Если не можешь принять Элира как одного из сослуживцев, тогда хотя бы не провоцируй его и держись подальше, — сказал как-то раз Чернецкий. — Если в очередной раз он тебя прихлопнет, я даже вмешиваться не стану. Сам останешься виноватым.
Но очередного раза так и не случилось, потому что унизительный инцидент с сиренами вынудил мага все же пересмотреть свое отношение к демону. Саня вдруг отчетливо понял, что если забыть про то, кем является темный, то нет абсолютно никаких личных причин его ненавидеть.
Самым сложным в этом вопросе оказалось признать свою неправоту вслух, сказать это тому, перед кем маг чувствовал вину за свою предвзятость и нетерпимость.
Высший был удивлен, но не стал акцентировать внимание на словах Сани. Видимо понимал, что не так-то просто последнему признавать свои ошибки. Да еще и публично.
И с того дня отношения между ними начали налаживаться.
На тренировках демон был требователен, высокомерен, порой жесток, но умен и рационален. Именно последние два качества ценил в людях Саня. Иногда магу приходилось переступать через себя, затыкать свое недоверие и недовольство. Но дальнейший результат впечатлял.
Через пару месяцев совместных тренировок непримиримые враги остались в прошлом. Единственное, что продолжало коробить Саню, так это неизменное прозвище Электрик, которым темный его периодически награждал. Клички маг ненавидел с детства. А по отношению к себе такого неуважительного обращения вообще не терпел. Но в этот раз прозвище прилипло к нему намертво. К сожалению, обижаться на демона за такое попустительство было бесполезно. И, в конце концов, Саня перестал реагировать на ехидство высшего.
Сегодняшняя тренировка была нестандартной. После долгих изматывающих упражнений их группа — Марк, Катюха, Данил, Ким и он сам, — наконец, освоила наложение разумов. До этого момента звезда использовала эту технику в состоянии покоя. А сейчас им предстояло применить навык в боевых условиях. Выполнить это оказалось чрезвычайно сложно. Под атаками демона маги не могли сформировать общую систему связей. Одно дело — медитировать, расслабленно сидя на полу, и совсем другое — делать это, когда тебе без перерыва стучат ложкой по лбу. Сильно стучат, надоедливо и больно! От этого берет злость и обида, которые сбивают концентрацию и заставляют делать ошибки.
Элир был очень недоволен. Ругался, когда магам доставалось. Два часа он заставлял их носиться по залу, поливая градом ударов. Синяков, ссадин, ушибов и вывихов было не счесть. А потом внезапно совокупная злость и усталость пятерки их объединила. Наступила звенящая внутренняя тишина. Из мыслей ушла хаотичность, и маги синхронно нанесли удар. Они вложили в него все: и боль, и обиду, и ярость. Волна оказалась настолько сильной, что проникла в Астрал, а там усилилась по экспоненте. Если бы не это, Элир бы без труда прикрыл глупую девчонку, зачем-то влезшую в зону магического поединка, и блокировал удар. Но кто же знал, что, воспользовавшись изнанкой, он попадет под воздействие беспрецедентной силы, с которой его щиты справиться не смогут.
 
В данный момент Саня сидел в кабине мобильной лаборатории, погрузившись в тревожные мысли. Автомобиль несся на огромной скорости. На поворотах его заносило, и тогда приходилось руками удерживать себя, а заодно и бесчувственного Элира, чтобы тот не свалился с каталки. Судя по виду, состояние темного было из рук вон плохо.