Их новогодний подарок (СИ)

— Доченька, что происходит? Прошу, не обманывай меня! Я чувствую, что-то неладно! — причитала мама, прижав руки к груди.
— Все в порядке, правда. Это отличное предложение!                                               
В комнату вошла Лера со слезами на глазах. Она села и крепко меня обняла.
— Ну куда, куда ты собралась? — тихо спросила.                             
— В Москву, — ответила твердо.     
— А как же мы? — всхлипывала она. — Как мы без тебя?                         
— Это же не навсегда, сестренка, — сказала, улыбаясь, изо всех сил стараясь не разрыдаться, — к тому же, это значительно улучшит наше материальное положение! Вот подзаработаю и сразу вернусь!               
Мама ничего не сказала, только смахнула со щеки слезу.                          
— Только прошу вас, очень прошу, никому об этом не рассказывать! Это очень важно! — настаивала я.                            
— Вот видишь! Что-то здесь не чисто! — волновалась мама, качая головой. — Ты от кого-то бежишь?                                
— Мам, да нет же! Все нормально! Просто, я не хочу, чтобы кто-нибудь знал. Все будет хорошо! Поверь! Это прекрасный шанс для меня! — уверяла с фальшивой радостью в глазах.
— Я не знаю, все так внезапно!                   
Мама окончательно расклеилась и в слезах вышла из комнаты.
— Лера. — Взяла сестру за руку. — Ты давай без глупостей! Учись! И маме помогай.
— Викочка, — хныкала Лерка, — как-то ты странно говоришь, будто навсегда прощаешься!
Крепко обняла сестру и прижала к себе.
— Я вернусь! Обещаю.       
Раздался звонок в дверь. Лера побежала открывать. Я была рада этой внезапной передышке. Прощаться слишком тяжело. Едва сдерживала предательские слезы. Ком подступил к горлу. Да, надолго моего напускного позитива не хватит!
Лерка вернулась в комнату. За ее спиной увидела Аню.
— Вот, подруга твоя пришла! — объявила сестра, а потом обернулась к Аньке и жалобно прошептала:
— Ну хоть ты ее образумь…            
Лера вышла, плотно закрыв за собой дверь.                                                 
— Что происходит? — сердито спросила подруга, присаживаясь рядом со мной на кровать.
Повисла напряженная пауза. Перед мамой, Лерочкой рыдать я бы не посмела, зная, что обрекаю их на переживания. Но Аня… Я должна с ней поговорить! Не могу больше держать все в себе! Я сойду с ума! Это просто невыносимо!
— Вика, — серьезно произнесла Анька, внимательно посмотрела на меня, — скажи!
Уголки глаз защипало. Не могла вымолвить ни слова. Закрыла лицо руками и разрыдалась. Подруга подвинулась ближе и крепко обняла.                                  
— Викусь, зайка, не пугай меня! Все так плохо, да?
Ответа не последовало, а мои рыдания лишь усилились.
— Тише, тише, дорогая, все и так на взводе! Не пугай семью! — шептала она.
Сделав над собой неимоверное усилие, постаралась успокоиться и взять себя в руки. Аня молчала, видя мою болезненную реакцию на ее расспросы.
Глубоко дышала, пытаясь собрать мысли в кучу, и напряженно думала, с чего бы начать.
— Я должна уехать, Ань, — тихо сказала.                                            
— Так… Хорошо… Успокойся... — Она ласково погладила по спине. — Почему «должна»? — аккуратно спросила.
— Я… просто… — запнулась на полуслове. Как я могу признаться в таком?! — Просто, Нинка была права!
Подруга смотрела удивленным непонимающим взглядом.
— В чем права? Что ты с работой не справляешься, что ли? — предположила она.
— Да нет же… — Глубоко вздохнула, набираясь смелости. — В том, что я сплю с боссом…
Аня раскрыла от удивления рот. Не зная, что сказать, она часто моргала. Затем нежно взяла меня за руку.
— Ничего страшного, бывает… — осторожно произнесла, и тут ее осенило, — вот же блин! А я к тебе с Димой приставала! Так вот, почему ты так яростно упиралась! — Подруга улыбнулась, в глазах загорелся игривый огонек любопытства. — А с кем? С Денисом Николаевичем или Максимом Николаевичем, колись! — Она, шутя, толкнула меня в бок.
 
Вот и настал этот момент… Набрала в рот побольше воздуха:
— Да… —  только и смогла выдавить.       
— Что «да»? — Анька продолжала лукаво улыбаться.                                    
— И с одним, и с другим… — тихо ответила.                                                     
Улыбка медленно сползла с ее лица. В глазах читался легкий испуг.
— Ну ты, подруженька, даешь! И они узнали друг о друге?! — предположила Аня. — Теперь, конечно, только бежать! — пошутила она.
— Нет, — твердо сказала,  — они знали… Я… спала с ними… обоими… — Нервно закрыла лицо руками, боясь смотреть ей в глаза.  — С обоими… Понимаешь? Одновременно!..
Повисла мучительная пауза. Анька медленно убрала ладони от моего лица. Слезы нескончаемым потоком катились по щекам. Подруга находилась в легком шоке. Я напряженно молчала, ожидая ее реакции.
— Так… — выдохнула она. — Даже не знаю… Не плачь, Викусь, успокойся, — попыталась меня приободрить. — Как так вышло?
— Мы, вроде как, любим друг друга… или нет… — всхлипывала я.
— Тогда зачем бежишь? И главный вопрос «куда»?
— Я запуталась, Ань. Все так сложно. Я уже ни в чем не уверена… А теперь, когда знает их отец… — Говорила сбивчиво, быстро, на выдохе…
— Николай Петрович? — удивленно спросила подруга.
— Да… Он приходил… Угрожал… Потребовал немедленно уехать… — продолжала испуганно и вдруг до меня дошло:
— Наверное, и отпуск из-за этого прервал…
К моему удивлению, Аня восприняла информацию спокойно. В ее взгляде не было ни осуждения, ни укора. Она говорила рассудительно и сохранила, в отличие от меня, способность ясно мыслить.
— Вика, но если у вас любовь, как бы странно это не звучало, почему не пойти к ним? Они тебя защитят! — произнесла невозмутимо.
— Он расскажет маме, Ань. А если Лера узнает? Я со стыда сгорю!
— Ну, знаешь ли, дорогая! — Усмехнулась подруга. — Если бы вы продолжили отношения, они все равно бы узнали!
— Верно. Но не сейчас… Я не знаю… Я не готова… Я не уверена… Я запуталась… — Закрыла лицо руками. — А если это не любовь? Их отец назвал все это «постыдной извращенно страстью»… Он прав… Наверное… И что будет, когда она угаснет? А если они, правда, «наиграются»? — Подняла на подругу полные слез глаза.
— Знаешь… — тихо сказала Аня. — Может, в самом деле, лучше уехать? — По ее лицу было видно: эти слова давались очень тяжело. — Успокоишься… Разберешься в себе…                            
— Вот и я думаю также…
— Куда отправишься? — Анька подвинулась ближе и крепко обняла.
— Прости, дорогая, не могу сказать! Не спрашивай! Будет только хуже… — произнесла, пряча глаза.
Как ни странно, после признания почувствовала легкость. Мне нужно было выговориться. А Анька… она не осудила, не упрекнула… Была безумно благодарна ей за это.
Взглянула на часы. Пора вызывать такси. Сделала звонок и вышла из комнаты. Мама с Лерой сидели в гостиной.
— Мне пора, — тихо сказала. — Как устроюсь  — позвоню.
— Не пропадай, — прошептала мама.
— Я буду скучать… — хныкала Лера.
Машину подали вовремя.
Я решительно уселась на пассажирское сиденье, захлопнула дверь. Посмотрела в окно. Мама с Леркой отчаянно вытирали слезы. Анька стояла рядом, печально улыбаясь. Она слегка помахала рукой. Машина тронулась с места и помчала меня в аэропорт навстречу такому неожиданному и совершенно неопределенному будущему.
И снова эта ноющая боль в груди…
Глава 33
Столица встретила ледяным дождем и пронизывающим холодным ветром. Как и обещал Николай Петрович, в аэропорту меня ожидал его товарищ. Евгений Иванович, мужчина средних лет, довольно общительный и позитивный, всю дорогу к съемной квартире рассказывал о своей компании. Так что к концу поездки, я была уже в курсе всех дел: начиная от сферы деятельности фирмы и руководящего состава, заканчивая своими многочисленными обязанностями. Хотя разговор порядком утомил, мне удалось здорово отвлечься от разъедающих сердце мыслей.