Стезя наследника (СИ)

Было ли это наитие, подсказка, всплывшее знание или сигнал из памяти другого мира, я не знал. Я влил в древний артефакт свою внутреннюю силу. Да, именно ту самую, выброс которой во время удара я умел делать. И вот тут я понял слова воина, переданные мне старым грифоном. Нагината стала частью меня.
Я в прямом смысле чувствовал ее, словно это продолжение руки. В данный момент она находилась в моей правой руке, но тело мое не заканчивалось кистью. Нет, рука разделилась на две части, и та часть меня, что стала грозным оружием, рвалась в бой с древним врагом. Вот рука-меч устремился к ракшасу, попутно принимая на себя черную молнию. Ощущения от уничтожения магии были не самыми приятными, больше всего они напоминали, как если бы я рукой провел над огнем. Не быстро, когда он не успеет обжечь руку, а медленнее, когда чувствуешь, что еще немного, совсем чуть-чуть, и у тебя появятся волдыри от ожога. Но это ничто, по сравнению с тем, что ты чувствуешь свое оружие, словно часть себя.
Ракшас успел отскочить, все же скорость у демонов была очень велика. Но недалеко, вероятно приспособился к моему оружию и тому, что я не могу сойти с места. Мне так захотелось, чтобы мой меч стал длиннее, присутствовало просто невероятное желание наказать этого врага. Из моего тела в оружие перетекла очередная порция энергии и… меч удлинился, рассекая грудь врага.
— Так вот значит, какое ты оружие, — улыбка сама наползла на мое лицо.
Подбежавших врагов я встретил во всеоружии. Нагината плясала у меня в руках, то увеличиваясь в размерах, то уменьшаясь. Враги ничего не могли поделать со мной, правда и я тоже пока не сумел достать кого-то из них. К тому же их оружие тоже было непростое — его покрывали неизвестные мне знаки или символы, которые светились багрово-фиолетовым светом. Возможности артефакта тоже были не беспредельны. Увеличиваясь в размерах, то есть, удлиняясь, он становился немного тоньше. «Закон сохранения», — мелькнула у меня мысль, когда впервые понял это. Что за закон такой не знал, но суть понял.
Демоны начали атаковать очень слаженно, с трех или четырех сторон одновременно, плюс еще магические атаки. Мне становилось все сложнее и сложнее защищаться и, что самое главное, защищать Ниоми и пленников. А ведь многие их атаки были направлены на них, а маги, так вообще стали чаще атаковать друзей, уделяя особое внимание Ниоми. Очень захотелось, чтобы меч превратился в этакую плеть с небольшим, но острым лезвием на конце.
Повинуясь моему желанию, оружие утончилось, одна сторона удлинилась, ловко обогнула меч демона, которым он хотел защититься, ударив точно в глаз. Враг рухнул на землю.
— Так вот значит, какое ты оружие! — выкрикнул я.
Я понял! Я все понял! Необходимо не желание, чтобы оно изменилось, а намерение. Именно в тот момент, когда один клинок нагинаты превратился в плеть, я, наконец-то, сообразил в чем разница. Она совсем небольшая, очень тонкая грань, которую сложно понять и даже почувствовать. Но артефакт наверняка и создавался так, чтобы отличить эти два состояния. Совершенно не представляю, как такое возможно, хотя в памяти всплыло незнакомое слово «нанотехнологии».
Правда силы на такое преобразование уходило значительно больше, но это такая ерунда по сравнению с тем, что могу уничтожить врагов и защитить друзей!
— На! На!
Я уже выкрикивал вслух, разя своих противников. Даже эти опытные воины не были готовы к тому, что оружие в моих руках сможет так превращаться. Прямо на ходу, меняя себя. Их мечи встречала прочнейшая сталь (или как там называется этот материал), даже если это была середина моего оружия и мгновением ранее эта часть являлась податливой плетью. Зато конец моего оружия извивался и, превратившись в наконечник копья, разил врагов.
— Вот тебе! Вот!
Я сам превратился в орудие смерти. Удар, еще удар — и меч демона-воина, который до этого выдерживал удары моего оружия, сломался. Сам же враг отшатнулся от меня, но в следующий миг был рассечен надвое. Увидел, как окружившие меня демоны попятились.
 
— Что не нравится? Я покажу вам, где раки зимуют! Вы мне еще за Сталинград ответите!
Мне показалось, что я стал сгустком чистой энергии. Все дело в том, что не чувствовал, как она перетекает от меня к оружию. Нет, сейчас мне казалось, что энергия заполонила и меня и оружие. Враги попятились еще дальше. Я взял оружие в правую руку и выбросил его в направлении командира прибывшего на помощь отряда. И снова он не ожидал, что я смогу утончить его до состояния прочной нити, а на конце создам наконечник. Но среагировать успел — его меч молниеносно двинулся, чтобы отразить удар. Очередное небольшое усилие и нить уходит вверх, пропуская оружие демона под собой. Наконечник ударяет точно в глаз.
— Еще минус один! Ну, кто еще на новенького?
Теперь уже я наступал на них, правда все равно не мог пока отдалиться от тех, кого защищал.
В воздухе бой давался грифонам тоже очень тяжело, что я чувствовал по нашей с Чеканой связи. Два летающих демона оказались сильными, а среди наших только Жерис был отличным воином. Наш разведчик тоже сражался хорошо, но его специфика лежит в несколько иной области, поэтому он и был слабее. И чего уж говорить о Чекане, которая по людским меркам вообще еще девчонка, к тому же без опыта подобных боевых действий.
— «Подожди немного Чекана. Сейчас расправлюсь со своими врагами и помогу вам», — передал я ей свою мысль.
Осталось всего два демона-мага и три воина. Первые мне сейчас почти не страшны, их заклинания ни разу не причинили еще вреда, хотя отвлекают достаточно сильно. Возможно, это слабые маги, возможно, вне Пятна их способности сильно падают, может быть, имеются еще какие-то факторы, но мне от этого только легче.
— Что, гады, снова пятитесь!
Я раскрутил нагинату, отбивая магические атаки, и тут же преобразовал ее в лассо, бросая в сторону одного воина.
И в это мгновение меня кто-то ударил по голове. Или что-то. В глазах все поплыло, мир закружился, я стал падать.
И наступила тьма.
  
Глава 21
 
Азия, нейтральная территория.
Ка́йна была недовольна собой, очень недовольна. Надо было взять этих оболтусов с собой, тогда бы ничего подобного не случилось. С другой стороны, бой с отрядом демонов дался ей тяжело и эти двое тоже могли «пойти ей на помощь». Но это не умаляет ее вины от случившегося.
— Надо было привязать их, — женщина дала выход небольшому раздражению. — Теперь остается только догонять отряд демонов, уведший двух детей.
Когда ее страна была атакована, Кайна находилась на задании в северных странах Европы. Подавляющее большинство жителей тех мест были светловолосыми и голубоглазыми, да к тому же высокого роста. Поэтому на их фоне аркейка совсем не выделялась, главное немного изменить разрез глаз, для чего служила магия метаморфизма. Задание, к слову, она так и не выполнила, почувствовав сильнейшие энергетические колебания темных миров. Еще она прекрасно знала, что может их вызвать. К ее глубокому сожалению, пространственная магия давалась ей тяжело, и создать портал до Аркеи женщина не могла. Как и прыгать порталами ей не хватит никаких сил. Поэтому до родины она добиралась своим ходом, лишь изредка пользуясь порталами. Попав в Северную Скифию, передвигаться стало легче, так как здесь отсутствовали аристократки, возомнившие себя правителями чуть ли не всего мира, вследствие чего любили повздорить и повызывать на дуэль. А поскольку в Европе она играла роль обедневшей дворянки, игнорировать вызовы было бы неправильным. Она и так от части уходила, соглашаясь только на те, что могли бы принести пользу в дальнейшем.
 
Скифию она проехала очень быстро и спустя некоторое время очутилась на территории своей страны. Вот только Аркеи больше не было. Эманации Инферно теперь распространялись по ее Родине, это значит, что врагам удалось пронести в этот мир сердце домена. Но Аркея жива, пока жив хотя бы один арекеец.