Карлос (ЛП)

Я решительно иду к нему, не обращая внимания на женщину, моя цель — он.
— Мне стало скучно без тебя, — говорю, прижимаясь губами к его губам. Карлос слегка ухмыляется, а затем хватает меня, заставляя сесть ему на колени.
— Танцуй для нас, Алисия.
Женщина подмигивает ему, улыбаясь, и начинает двигаться в эротическом танце, медленно лаская своё тело.
Её руки рисуют круги вокруг грудей, а затем обхватывают их, пока бёдра продолжают покачиваться — медленно и вызывающе.
— Тебе нравится то, что видишь? — спрашивает он шёпотом.
— Не особенно, — искренне отвечаю я.
Карлос трётся лицом о мою шею, и я не могу не заметить, что его дыхание пахнет вином. Думаю, Гардоса пьян. Он обхватывает мою талию, а затем запускает руки мне под платье, имитируя ласки танцовщицы и облизывая мою шею.
— Посмотри, как хорошо она двигается, разве ты не хочешь попробовать?
У меня появляется предчувствие, что планы Карлоса на этот вечер предусматривают ménage à trois, и мне это совсем не нравится. Я поворачиваюсь к нему лицом, хватаюсь за края пиджака и прижимаюсь к нему всем телом, а мой рот скользит по его шее до самой мочки уха.
— Отведи меня в твою постель, сейчас же, — шепчу, кусая его.
Карлос медленно качает головой, а потом смотрит на меня затуманенными от алкоголя глазами.
— Встань и потанцуй с ней, — приказывает он.
«Я убью тебя, ублюдок, и ты не представляешь, какое удовольствие получу от этого».
Я встаю и неохотно подхожу к женщине, которая, не смущаясь, продолжает плавно двигаться.
— Хочу тебя обнажённой, — требует он.
При этом смотрит на меня с вожделением, и когда я позволяю своему платью соскользнуть на пол, пожирает глазами.
Карлос ослабляет узел на галстуке и закуривает сигару, ни на миг не разрывая зрительный контакт между нами. Снимаю последний кусочек ткани, а затем поворачиваюсь к нему спиной. Ко мне приближается танцовщица. Она улыбается, лаская мои плечи. Стараюсь выглядеть естественно, но это непросто.
— Валентина, прикоснись к ней, пока смотришь на меня.
Женщина двигается передо мной, и я начинаю ласкать её, стараясь следовать ритму.
Карлос встаёт, снимает ремень, подходит и руками толкает тело женщины ко мне. Он оборачивает ремень вокруг моей талии и пристёгивает нас друг к другу, застёгивая пряжку у неё на животе.
— Так лучше. Теперь вы единое целое, — самодовольно шепчет он.
Потом скользит руками по бёдрам Алисии и срывает с неё стринги. Женщина стонет, когда рука Карлоса пробирается к ней между ног. Она толкает ко мне ягодицы и трётся о живот.
— Чувствуешь, как я прикасаюсь к тебе, Алисия? А теперь будь хорошей девочкой и сделай то же самое с Валентиной. Трахни её пальцами.
«Извращённый, безумный, пагубный».
Свободной рукой он берёт руку женщины и направляет к моему лону.
Карлос пронзает меня взглядом.
— Раздвинь ноги, — приказывает он, медленно проникая в меня пальцами женщины.
Чувствую себя растерянной, беззащитной и сбитой с толку. Я уничтожила своё достоинство, но это уже слишком.
Он продолжает проникать в Алисию пальцами одной руки, а другой, переплетя свои пальцы с её, работает внутри меня.
«Это безумие. И так же безумно думать, что эти пальцы должны касаться только меня».
Женщина стонет, я не дышу. Мой взгляд прикован к взгляду Карлоса, и, кажется, что-то зашевелилось в глубине его глаз. Внезапно соприкосновение их пальцев у меня внутри исчезает, и женщина недовольно хнычет.
— Карлос, прошу тебя, трахни меня, — возбуждённо бормочет она.
Он не отвечает сразу. Освобождает наши тела от ремня, и только после этого обращается к ней.
— Дорогая, ты трахаешься со всеми подряд, ты же не можешь думать, что я в тебя вставлю.
Всё это говорится резким тоном, но Алисия не выглядит обеспокоенной. Окружение Гардоса привыкло к его грубому отношению.
— Думал, ей понравится, но она решила испортить мне веселье, — говорит он, убирая прядь волос Алисии за ухо. — Теперь иди удовлетвори другого клиента.
Алисия улыбается ему и, подхватив разорванные стринги, выходит из кабинета, не глядя на меня.
 
Дерьмо, кажется, у меня проблемы. Я должна действовать.
— Зачем ты её отослал?
— Думаешь, ты можешь прикалываться надо мной? — спрашивает с раздражением. — Как бы ни был обезоруживающе управляем твой разум, тело постоянно тебя предаёт.
Я слежу за тем, как Карлос обматывает ремень вокруг своей руки и сжимает кулак. Он зол, очень зол.
— У меня никогда не было секса с женщиной, — пытаюсь защититься я, но сильная пощёчина прерывает меня.
— Мне похрен! Ты делаешь то, что я говорю, когда говорю, и как я хочу.
Он захватывает мой подбородок, а затем жестоко целует. Запах алкоголя, смешанного с табаком, вызывает у меня тошноту. Положив руки на грудь Карлоса, я пытаюсь оттолкнуть его, но мне удаётся лишь заставить его отступить на шаг.
— Что, по-твоему, ты делаешь, а? — спрашивает он, изменившись в лице.
— Ты не в себе.
— Боишься?
Его голос полон гнева. Карлос толкает меня к стене, вбивая в неё спиной.
— Карлос, — шепчу я, когда его рука ударяется о стену в нескольких сантиметрах от моей головы.
— Скажи это, мать твою: «Да, я боюсь, я в таком же ужасе от тебя, как и все люди, которые знают тебя». Произнеси это! — орёт мне в лицо.
Я закрываю глаза, делаю глубокий вдох, прежде чем открыть их.
«Да, я до смерти боюсь».
— Я тебя не боюсь. Убей меня, если хочешь, но меня тебе не напугать.
Воцаряется тишина. Ни один из нас не двигается.
Его руки упираются в стену, удерживая меня в плену. А я прижимаюсь к стене, словно это может спасти меня от его ярости.
— Ты мертва внутри, — говорит он, наклоняя голову набок. — И это делает тебя ещё привлекательнее.
Карлос набрасывается на мой рот, обхватывая ладонями моё лицо, и я, наконец, теряю бдительность, понимая, что ситуация принимает новый оборот.
Он поднимает меня, сжимая мои ягодицы, а затем переносит к столу. Расстёгивает брюки, а я стягиваю с него пиджак и рубашку. Берёт презерватив и шипит:
— Я буду трахать тебя, пока ты не прогнёшься.
Он резко раздвигает мои ноги и проникает жёстким сильным толчком. Я вскрикиваю, прижимаясь к нему, его натиск продолжается без остановки. Будучи эгоистом, Гардоса продолжает получать удовольствие, не обращая ни на что внимания. Тянет меня за волосы, заставляя открыть ему шею, и начинает жадно пожирать. Его горячий язык скользит по моей коже, дразнит грудь, потом начинает посасывать сосок. Карлос переходит от поцелуев к укусам, пируя на моей плоти, а его выпады становятся всё более и более неистовыми. У меня болит тело, его руки крепко сжимают мои руки, притягивая к себе с каждым толчком. Дыхание у Карлоса начинает сбиваться, и я следую за ним. Опускаю голову на его плечо и закрываю глаза.
— Смотри на меня и скажи, что ты чувствуешь, — приказывает он хриплым голосом.
Я поднимаю на него взгляд и по какой-то странной причине решаю быть честной.
— Как в аду.
Происходящее унизительно, страшно, больно, но одновременно становится приятным, и мне хочется большего.
Возбуждение.
Ярость.
Ненависть.
Удовольствие.
Уничтожение.
Моё сердце бешено колотится и полностью выходит из-под контроля. Обхватываю Карлоса за шею, а он вцепляется в мои ягодицы. Он делает ещё два сильных движения и достигает, задыхаясь, оргазма. Притворяюсь, что следую за ним в экстазе и прижимаюсь к нему всем телом. Кожа Карлоса обжигает, его сердце бьётся в моей груди, а горячее тяжёлое дыхание щекочет лицо.
— Я ещё не закончил. Хочу взять тебя в свою постель сегодня, завтра и до тех пор, пока не насыщусь тобой.
 
Моё зрение начинает расплываться, и я молюсь, чтобы меня не накрыло приступом панической атаки прямо сейчас. Карлос прижимает меня к себе, только вот моя кожа хочет отделиться от моего тела, чтобы избежать контакта с ним.