Вестник Зла (СИ)

— Что произошло? — строго спросил он женщину, которая от его появления отпрыгнула за лежавшего на полу забинтованного мужчину.
— Она лечила моего мужа, а потом у нее кровь носом пошла, она легла на пол и потеряла сознание, — пролепетала женщина.
Гарэл нахмурился.
— Что с ней? — обеспокоенно спросил старик.
— Не знаю, — честно признался орк, растерянно глядя на сестру. — У нее бывало, что после заклинаний кровь носом шла, но сознание она раньше не теряла. Но, судя по ее пульсу, она в порядке. Возможно, ей стоит немного отдохнуть.
Гарэл поднял легкое тело эльфийки на руки и вышел из дома.
— Куда ты? — окликнула его женщина.
— Наружу.
Он уложил Нинель на землю и сел рядом, держа ее за руку. Женщина подошла к ним и принялась влажной тряпицей оттирать от крови лицо и руки девушки.
— Спасибо, — пробормотал орк.
Парня с вилами и старика перевязывала молодая девушка. Они сидели на крыльце и о чем-то переговаривались на своем родном языке, глядя на орка, эльфийку и на бочку, в которую был заточен страшный младенец. Парнишка, который носил воду, переложил труп своего родственника ближе к дому и накрыл тканью. Он ронял скупые слезы, и его руки предательски дрожали, выдавая всю боль.
— Ты действительно орк? — спросила женщина, вставая с земли. Она говорила осипшим голосом, тихо и отрешенно.
— Полуорк, — поправил ее Гарэл.
Женщина молча отошла к своей семье. Они что-то обсуждали, и их голоса звучали встревоженно и неуверенно. Парень опять поднял вилы и пошел куда-то за дом вместе с девушкой, которая жалась к нему, поправляя повязку на раненой руке. Юноша помоложе подошел к бочке, заглянул внутрь и отпрянул в ужасе. Женщина зашла в дом, а дети высыпали на крыльцо и стояли за спиной деда, разглядывая незнакомцев.
Гарэл положил руку на лоб Нинель. Ничего необычного. Лоб был не горячим и не холодным. Пульс ровный. Дыхание ровное.
«Что же мне делать? — волновался Гарэл. — Как поступить? Я даже не знаю, что с ней! Ким, ну почему ты мне ничего не говорил? Почему не предупредил о побочных эффектах целительских заклинаний? Ким, подскажи, что мне делать?!»
Тут эльфийка зашевелилась и застонала.
— Нинель! — воскликнул Гарэл, не смея тормошить сестру. — Ты в порядке?! Что с тобой?
— Не кричи, у меня голова раскалывается, — прошипела Нинель, открывая глаза и щурясь от бившего в глаза солнца.
Брат помог ей сесть.
— Ты перетрудилась, — укоризненно отчитал он сестру.
— Это все ерунда, главное, что мужчина жив остался.
К ним подошел старик и поклонился:
— Спасибо, госпожа целительница, что спасла моего сына.
— Пожалуйста, — улыбнулась Нинель и подала руку брату, чтобы он помог ей встать на ноги.
— Ты уверена, что уже можешь стоять на ногах? — спросил орк, поддерживая сестру за плечо. Ее немного шатнуло, но она устояла.
— Пожалуй, стоять я могу, но идти куда-то не в состоянии, — пробормотала Нинель.
— Останьтесь у нас, — предложил старик. — Мы рады будем отблагодарить наших спасителей.
— Отлично, я как раз смогу заняться вашими ранами, — слабо улыбнулась Нинель.
— Вы слишком добры, госпожа, — поклонился старик. — Меня зовут Толий Морливк, а это моя семья.
Толий что-то крикнул на местном наречии, и мальчуган, что был постарше остальных детей, бросился к лошадям.
— Мы накормим и напоим ваших лошадей, — он жестом пригласил их в дом. — Старший внук, Рик, пошел осмотреть окрестности и заодно принести мою…
Его речь предательски оборвалась, но Гарэл понял, что он имел в виду — его жену.
— Возьмите мою сестру, — хмуро произнес он, передавая слабую девушку старику. — Я помогу Рику.
Толий удивленно глянул на полуорка, открыв для себя родственную связь этих совершенно разных существ.
Гарэл обогнул дом и увидел еще один огород с произрастающими на нем различными овощами. Далее виднелось большое поле созревшей пшеницы, возле которого находились Рик и молодая девушка. Она сидела на коленях перед чьим-то телом и рыдала.
Орк выдохнул и пошел к ним. Услышав тяжелую поступь, Рик поднял вилы и развернулся, загораживая собой девушку. Но, увидев, что это Гарэл, расслабился.
 
Орк с любопытством уставился на поеденный труп старухи:
— Бабка ваша, что ли?
Рик ничего не ответил и, злясь, отвернулся, а девушка заплакала навзрыд, упала на мертвое тело и, что-то лепеча, начала теребить его за одежду.
— Уведи ее, — скривился Гарэл. — Зачем заставляешь смотреть на это?
— Она сама захотела, — ответил парень. По его лицу было видно, что он тоже едва сдерживается.
— Уходите, я принесу ее тело для погребения, — сказал Гарэл.
— Надо осмотреть окрестности, чтобы удостовериться, что больше этих тварей рядом нет, — глухо произнес Рик, обводя взглядом поле пшеницы, которую они с семьей начали сегодня жать.
— Так осмотри, — фыркнул орк. Он не испытывал жалости к людям. Или просто делал вид…
Отодвинув рыдающую девку, Гарэл поднял истерзанное тельце сухонькой старушки и направился к дому.
* * *
— Ты — дриада? — спросил Толий, разглядывая Нинель, которую усадили на лавку за большой дубовый стол.
— Д-дриада? — опешила Нинель.
— Дриады — духи растений. Ты заставила наши тыквы подчиниться тебе. К тому же ты выглядишь не совсем как человек. У тебя большие глаза, длинные уши.
Женщина, которую звали Омая, подавала на стол еду и питье. Она мельком оглядывала эльфийку, но скромно молчала, не решаясь прерывать речь старшего мужчины.
— Нет, я не дриада, — улыбнулась Нинель. — Я простая эльфийка.
— Эльфийка?! — воскликнул старик. — Настоящая эльфийка?!
— Да, — кивнула Нинель и навалилась спиной на стену. Она все еще чувствовала слабость.
— Я не слышал, чтобы эльфы покидали свои дома в одиночку, — произнес старик. — К тому же еще и женщины-эльфы.
— Да, Вы правы, — улыбнулась Нинель. — Такого обычно не бывает.
— Тот орк сказал, что ты его сестра, — начал Толий, подбирая слова для более учтивого разговора.
— Да, он мой брат, — кивнула Нинель. — Полукровка. Хороший парень. Не стоит его судить за орочью кровь.
В дом вошли Гарэл и Рик с зареванной девушкой и бледным мальчуганом, которого дед отправлял поить лошадей. Рик что-то сказал на местном наречии, и Омаю затрясло. Она выронила кувшин из рук и осела на пол. Нинель кинулась поднимать кувшин, но ее голова закружилась, и она повалилась в бок. Толий бросился ловить гостью. В этот момент девушка кинулась поднимать с пола трясущуюся от рыданий мать. Дети тоже плакали.
Гарэл сжал губы и поднял с пола кувшин, который, к счастью, был закрыт пробкой, и из него ничего не разлилось, что добавило бы хаоса в окружающую обстановку. Он поставил кувшин на стол и глянул на Нинель. Орк знал, что она чувствует эмоции людей, и не завидовал ей. Она сидела, закрыв лицо руками и откинувшись на стену, а вся семья вышла на улицу оплакивать погибших. Внутри был только раненый мужчина без сознания, которого переложили на кровать в дальнем углу.
Гарэл сел рядом с сестрой, откупорил пробку и налил себе простокваши. Молча отпил, дожидаясь, когда Нинель справится с эмоциями.
— Я так и не понимаю, что здесь произошло, — наконец промолвил Гарэл, когда Нинель успокоилась и глубоко вздохнула.
— Я тоже, — кивнула Нинель. — Если честно, эти ходячие мертвецы напомнили мне замок Нарета. Только откуда они тут? Неужели Ким не убил Нарета?
— Ким говорил, что убил его. У меня нет оснований не доверять ему.
— Да ну? — усмехнулась Нинель. — Мало ли что он задумал?
— Нинель, хватит так говорить о нем, — рыкнул Гарэл. — Он был хороший монстр. Не надо на него наговаривать. Ты думаешь, он бы позволил случиться вот такому? Вспомни, ему так не нравилась ситуация в Раздольном, что он решил вмешаться в дела смертных. Нет, я думаю, дело не в Нарете. Мало ли колдунов в мире? Вдруг кто-то хочет разжечь войну?
 
Гарэл и Нинель посмотрели в глаза друг другу и вместе произнесли одно имя: