Милая Лэина в логове Змея (СИ)
Ещё утром принесённый служанкой наряд не показался мне каким-то особенным, но теперь, находясь среди наследниц знатных родов и жён влиятельных господ, я понимала, как ошибалась. Несмотря на то, что акулья охота считалась чем-то редким и торжественным, все дамы были одеты практично во что-то из материалов приглушённых оттенков. На мне же были широкие светло-голубые, подвязанные у щиколоток, штаны из струящейся материи и такого же цвета обтягивающая кофта. Я выглядела ярким пятном среди серой толпы.
В ответ на замечание Иинин я лишь пожала плечами, не решаясь даже предположить, чем руководствовался посол, отправляя меня на охоту в таком виде. Чуть поодаль он приблизился к куполу, приложил руку к поверхности, и по нему прошла слабая рябь.
– Что он делает? – я обратилась к дочери Правителя.
– Ставит печать. Чтобы акулы не смогли выплыть наружу во время охоты.
Обычно возводили купол и ставили на него печать только жрецы, пользуясь благословением предков, но сильнейшие из Оиилэ могли создавать и закрывать купол с помощью собственной Воли. В таких случаях он держался недолго и мог быть легко разрушен, однако, чтобы сдержать акул, и его было достаточно. Да послом наложение печати повторили все участники охоты – теперь тот, кто попал под купол, не смог бы выбраться оттуда без разрешения всех, кто наложил печать на выход.
Я заметила рядом с собой ещё одну акулу, но она не торопилась присоединяться к состязанию. У этой, если присмотреться, на морде был длинный неглубокий шрам – такой же, как у подопечной Рагавурра. Я еле заметно кивнула, приветствуя хищницу – она махнула хвостом и уплыла к хозяину. До тех пор, пока она держалась от меня на почтительном расстоянии, я вполне могла переносить наши редкие встречи, почти не испытывая при этом дискомфорт.
Когда приготовления были окончены, мы поднялись чуть выше и повернулись лицом к куполу, готовясь стать свидетелями ожесточённого сражения самых опасных хищников океана. Участники и вместе с ними Рагавурр поднялись над куполом и собирались наблюдать сражения вблизи. Прозвучал тонкий протяжный звук, ознаменовавший начало состязаний – акулы оживились и начали рыскать меж разрушенных кораблей, мелькая то тут, то там. При первом же столкновении две акулы сцепились, раскрыли пасти в попытке ранить друг друга, и со стороны их противостояние выглядело как ожесточённый поцелуй. Пасть одной из акул скользнула ниже, на туловище противницы, челюсти сомкнулись и с силой вырвали большой кусок мяса и часть плавника. Я поморщилась – зрелище не вызывало во мне того же восторга, который испытывали другие зрители и зрительницы.
Господа уплыли на другую сторону купола – там наверняка проходило ещё более жестокое сражение, а мы остались в стороне. Шла минута за минутой, но больше ничего не происходило – все акулы скопились вдалеке, там же где над куполом что-то восторженно и разгорячённо кричали господа. Одна из девушек, темноволосая, с узким вытянутым лицом и тонкими чертами, недовольно хмыкнула.
– Почему мы вечно должны смотреть издалека?! Я тоже хочу увидеть, что там происходит!
– Ну, ты же знаешь, Раоми, это опасно, – попыталась успокоить её Иинин. – Было много неприятных случаев…
Но Раоми, в ком я узнала одну из «невест» Рагавурра, не хотела знать ни про случаи, ни уж тем более про правила, она продолжала возмущаться, и чем дольше с нашей стороны не было ни единого достойного внимания сражения, тем больше было её негодование.
К куполу подплыла одна из акул, уже слегка раненная, ткнулась в него носом, но не смогла выплыть наружу. На мгновение, когда мне показалась, что она сможет проплыть, моё сердце от страха пропустило удар. Но хищница резко развернулась и поплыла в обратную сторону. Где-то вдалеке в ту же сторону направлялась другая хищница. Раоми оживилась.
– Там точно будет стоящая схватка! – она ринулась вперёд, но Иинин схватила её за руку.
– Раоми, не нужно. Ты же знаешь, господа будут злиться.
– Они всё равно далеко. Никто не увидит, – Раоми выдернула руку и поплыла вперёд.
Одна за другой дамы в нерешительности начали следовать за ней: не увидеть ни одной достойной битвы за всю охоту – такое не могла принять ни одна из жительниц Ругоии. Когда почти все уплыли за строптивой темноволосой красавицей, Иинин всплеснула руками и последовала за ними.
Я никогда не любила акул, и смотреть на то, как они отрывают друг другу плавники – не самое приятное времяпровождение, но впереди меня ждало немало однообразных дней в этом треклятом Ругоии Гиугин. Я помедлила немного и поплыла вслед за остальными дамами, которые уже успели порядком отдалиться. С этой стороны кладбище кораблей окружали невысокие скалы, да и сами корабли лежали также меж огромных валунов и острых выступающих со дна камней. Я разглядывала наводящий ужас пейзаж, что-то блеснуло за защитным куполом, привлекая моё внимание, я повернулась в ту сторону и почувствовала резкий толчок в спину.
Мгновение – и я оказалась внутри защитного купола, он легко поддался моему вмешательству и проглотил меня, словно я была долгожданным обедом. Я обернулась назад в поисках виновника, но вместо него встретилась с мелкой рыболовной сетью, увешанной камнями. Она обняла моё тело крепко, почти любяще, и начала тянуть ко дну.
Пытаясь из неё выпутаться, я толкалась в сеть руками, и на коже стали появляться порезы – по всей длине в плетение сети были вставлены острые осколки ракушек, и судя по ранам, не самых простых, а прошедших какой-то специфический обряд. Порезанную кожу садило, а вокруг начали расплываться небольшие облака крови. Я ударилась спиной о дно, которое тоже по счастливой случайности оказалось усеяно острыми камнями, и почувствовала резкую боль на правой лопатке, ещё одно облако крови вспыхнуло красным вокруг меня. Я судорожно искала край сети, чтобы, наконец, от неё освободиться, когда прямо возле моего лица мелькнул плавник. Подняла голову – на запах крови уже приплыла первая акула.
Глава 8
Такую смелую за куполом, внутри него меня парализовал страх. Я застыла, забыв на мгновение и о сетке, и о том, что могу дать акуле бой, лишь смотрела, как, сделав круг, она снова начинала приближаться. Инстинктивно я вскинула руку вверх, отправляя в акулу мощную волну, но, к моему удивлению, она её почти не задела.
Я попыталась оттолкнуть её ещё раз, но снова лишь приласкала её слегка, вместо того чтобы ударить. Если мне и было страшно до этого, то теперь я была просто в ужасе. Правда на этот раз голова была ясной, а рефлексы моментальными. Поняв, что не могу вступить с акулой в схватку с помощью Воли, я стала полагаться лишь на физическую силу (которой явно было недостаточно, чтобы победить), и на ловкость. Как только она приблизилась и сделала бросок, целясь в мою руку, я отскочила в сторону и снова упала на камни, к удару камней добавилось ещё несколько ран от ракушек, запутанных в сети.
Искать край сетки было некогда, я подхватила её и стала двигаться по периметру купола, ища хоть кого-то, кто мог бы выпустить меня наружу. Акула сделала ещё один рывок в мою сторону, и я снова, хоть и с трудом, увернулась. Возможно, я смогла бы на какое-то время затянуть танцевальный поединок с этой хищницей, если бы не ещё один плавник, мелькнувший за соседними камнями. Сердце сделало сальто и ушло куда-то в пятки. С двумя мне было не справиться.
Из-за камней появилась не одна акула, а две, и теперь они втроём кружили надо мной, присматриваясь друг другу и явно договариваясь, кому достанется самый лакомый кусочек. Не знаю правда, какие части тела акулам нравится есть больше всего. Я ускорила своё передвижение, но, запутавшись в сети, снова упала на камни и стесала ладони. Очередная порция крови раззадорила хищниц, и они все вместе ринулись вниз на меня. Я закрыла лицо рукой, понимая, что под тяжёлой, увешенной камнями сетью и без помощи Воли я не могла с ними справиться. Сердце пропустило удар. Сейчас, в этот момент должна была раскрыться надо мной пасть и сомкнуться на выставленной перед лицом руке.