Серые будни (СИ)
— Вот оно как, — хмыкнул парень, последовав за воительницей напоследок улыбнувшись друзьям.
Встретивший десятников Байрин был немногословен. Оно и понятно — не известно было не двинется ли нежить в контрнаступление, на всякий случай нужно было торопиться. Первым делом старый вояка распределил между десятками места при подходе к стенам. Группе Арка выпал крайний левый фланг, так что в основном сражении им скорее всего не удастся поучаствовать. Их основной задачей было постараться «выбить» как можно больше вражеских стрелков. Удар же собравшегося у ворот «мяса» Байрин собрался принять со своим десятком.
— Как окажемся внутри я оценю потери и пара десятков направиться на проверку окрестностей и мелких помещений. Два же наиболее уцелевших отряда пойдут вместе с моими людьми в главное здание. Пока будем звать его донжон, — под конец уточнил Байрин. — Теперь по местам!
Спустя пару минут Охотники относительно ровным строем двинулись вперед. Первыми шли щитоносцы, которых к сожалению, было не так много. Сразу за ними двигались стрелки, жрецы и пироманты способные выбить вражеских стрелков со стен. Бойцы же второго ряда, лишенные щитов, пока что остались без дела, и чтобы не подставляться под стрелы двигались значительно позади основного отряда.
На левом фланге дела обстояли не слишком удачно. Щитов на весь десяток было всего два, а стрелков четыре, не считая Шульма с его дротиками. Заметив подобный перекос Грим сразу уступил место в передовом отряде:
— От меня пользы меньше чем от любого из вас будет, так что я останусь позади.
— Хорошо, так даже лучше будет, троих то мы прикроем, — кинул Аркум вставая рядом с нервно притоптывающим Колином.
Хакар, Крина и Бриз встали за ними. Ни один из это троицы не мог похвастаться богатырским телосложением, так что особых проблем с прикрытием возникнуть не должно было. Правда всплыла другая проблема — Добряк отказался отходить от своего хозяина. Хотя Хак и сам не торопился его отгонять, пообещав, что старый пес не будет мешаться под ногами.
Когда до стен оставалось около сотни саженей в Охотников полетели первые стрелы. Видно было, что старое оружие, которым были вооружены мертвяки, едва добивало на такое расстояние, но подобраться это заставило всех.
— Вперед лишний раз не лезем, если за нас остальные все сделают только лучше будет, — негромко бросил Аркум повернувшись к стрелкам.
На их участке стены находилось от силы пяток мертвяков, сновавших у входа в башню. Изредка то один, то другой из них выглядывал из-за едва уцелевшего гребня стены, пускал снаряд в центр построения Охотников и тут же прятался назад. На фланги мертвяки почти не обращали внимание, явно торопясь проредить именно центр, чтобы облегчить дело своим собратьям у входа. Хотя в десятке Байрина собрались отличные бойцы с хорошим снаряжением, так что кривых вражеских стрел они боялись не сильно.
Примерно в тридцати саженях от стены старый наемник приказал остановиться. Щитоносцы тут же чуть присели, стремясь как можно сильнее скрыться за своими щитами, а стрелки из-за их спин наконец-то вступили в бой.
Хакар и Бриз будучи лучниками, стреляли очень осторожно, а потому довольно редко. Хакару просто было жаль серебряных стрел, которые приходилось использовать из-за ранга тварей, а девушка тратила время на то чтобы прочитать короткий заговор на своем языке. Стрелы выпущенные после этого то вспыхивали огнем, то окутывались водой или завихрениями воздуха, и судя по всему были довольно опасны. Только Крина, не зная печали кидала на стены огненные шары и стрелы один за другим. Внушительный запас статуэток позволял ей особо не волноваться о снарядах.
После нескольких минут перестрелки чуть успокоившийся Колин облегченно выдохнул:
— Вроде все хорошо идет. Скоро всех своих положим.
Словно в насмешку над ним замерший за спинами стрелков Добряк испуганно заворчал, а из-за той стороны стены раздался звук рога, который неслабо удивил многих Охотников. Повинуясь сигналу собравшееся у стен мясо ломанулось вперед. Одновременно с этим произошло еще кое-что куда более страшное.
На, казалось бы, пустынной до этого башне что-то мелькнуло, а в следующий момент с нее на землю бросились два существа чем-то похожих на человека, разве что с очень бледной кожей. Судить о росте тварей было сложно, так как перемещались они на четвереньках, но это было не так важно. Куда сильнее внимание привлекали их длинные, с пол ладони черные когти, а также острые зубы на чуть вытянутых и искаженных в гримасе злобы и голода лицах, которые когда-то явно были человеческими. Оказавшись на земле твари длинными прыжками бросились к замершим Охотникам: одна к группе Арка, а вторая к соседнему десятку. Тоже самое происходило и противоположном фланге, разве что там тварей было три.
— Мать твою, это упыри! — заорал, выхватывая меч Аркум. — Не дайте себя даже поцарапать!
Бежавшая к ним тварь взвилась в длинном прыжке и с размаху ударилась в щит Арка. Звякнула кольчуга, за которую чудище зацепилось короткими когтями на ногах из-за чего, чудом устоявший парень не смог сбросить упыря. Из-за края щита показалась его страшная оголодавшая морда, а также рука с острыми когтями, тут же потянувшими к горлу парня.
Спас ситуацию, наконец-то пришедший в себя Колин, который с громким криком бросился вперед и боднул тварь своим щитом, а затем добавил булавой по голове. Обычная, не освященная, сталь слабо подействовала на упыря, но свое дело сделала и тварь перевела взгляд на паренька.
Аркум тут же воспользовался моментом и ударил мечом метя точно под ребра твари. Освященный клинок с натугой, но пробил кожу и вошел в плоть упыря чуть меньше чем на половину своей длинны. Тварь тут же обиженно и слегка испуганно завизжала, вновь переведя взгляд на Арка. Мелькнули черные когти и спустя мгновение противно заскрежетала сталь шлема — парень успел вовремя вжать голову.
— Сюда ее поверни! — закричала из-за спины воина Крина, выдергивая из земли свое копье. — Быстрее, дурень!
Следуя ее приказу Аркум кое-как развернулся из последних сил удерживая щит с навалившейся на него тварью на вытянутой руке. Меч из ее тела выдергивать он не спешил, хотя бы для того, чтобы упырь не перекинулся на других Охотников. Хотя не слишком разумная тварь и не спешила отцепляться от Арка вместо этого пытаясь достать до него своими черными когтями.
— Вали ее уже! — заорал парень, поторапливая девушку, которая от волнения потерялась в собственных статуэтках.
— Заткнись, сама знаю! — испуганно огрызнулась Крина сдавливая нужную фигурку.
Наконечник ее копья тут же вспыхнул белым пламенем и Крина, перехватив древко обеими руками, попыталась уколоть тварь в шею. Ее оружие со своей задачей справилась не сильно лучше булавы Колина, но это было и неважно. Жадное пламя в одну секунду перекинулось на небольшую царапину, оставленную копьем и принялось прожигать плоть твари. Не ожидавший такого упырь испуганно заверещал и рванулся к Крине потянув Арка за собой. В этот раз на ногах парень устоять не сумел и все же грохнулся на землю, к счастью сумев подмять упыря под себя и прижать его к земле щитом.
— А дальше что?! — стараясь не попадаться под случайные взмахи когтей пытающейся удрать твари закричал Аркум.
— Меч выдергивай и руби ее, остолоп! — отбежав на пару саженей провизжала Крина.
— Застрял он!
— Может мне попробовать ей башку разломать? — неуверенно предложил Колин который пока приближаться не спешил.
— За стеной следи! — выкрикнул Арк не представляя, что дальше делать.
На выручку ему пришла Бриз, все это время читавшая заговор:
— Держи крепче, — негромко скомандовала девушка, подходя ближе с уже натянутым луком.
Вокруг наконечника ее стрелы пузырилась вода каким-то образом, не стекая на землю. Выждав момент, когда беснующаяся тварь на секунду замерла, девушка выстрелила точно в обожженную голову упыря. Обычная стальная стрела лишь чуть-чуть проколола довольно прочную кожу твари, но этого оказалось достаточно. Вода с наконечника тут же скользнула в образовавшуюся ранку. Момент и плотная, и узкая словно спица, струя воды выскользнула с обратной стороны головы твари и ушла в землю. Еще секунду, явно по инерции, упырь пытался вырваться прочь, а затем его тело обмякло, движения замедлились и через несколько мгновений весь он опал на землю, больше не подавая признаков «жизни».