Вперед к спасению души (СИ)

Порохов встал, Матвей тут же подскочил следом.
— Отлично. Пойдемте, молодой человек, — кивнул Матвею Станислав Яковлевич и оглянулся. — Мне импонирует твоя деловая хватка и открытость, Стефан. Из тебя выйдет хороший Топ-менеджер. И мы понимаем друг друга с полуслова, все четко, по существу, без обиняков. Это радует. С твоим отцом-хитрецом, — он рассмеялся своей нечаянной шутке, — все бывало гораздо сложнее.
— Надеюсь, не разочаровать вас и в будущем, — сдержанно улыбнулся Стефан, едва склонив голову.
На самом деле он не собирался заниматься делами отца, это ему было неинтересно, и как только Матвей поднатореет в деле, старший брат тут же покинет это чудное, удобное кресло. И поминай, как звали. Он снова станет свободным художником. В прямом и в переносном смысле.
Матвей вышел за дверь, а Порохов неожиданно задержался.
— Найди мне ее, Стефан.
— Зачем? — тот сразу понял о ком речь.
— Твой отец недальновидный человек. Даже не знаю, зачем я с ним связался? — Уже по-простому высказался Порохов. — Но меня очень привлекают молодые кадры. С ними легче работать, и чувствуешь себя таким же молодым. Обещай, что разыщешь ее.
Стефан нахмурился, теряясь в догадках. Похоже, старый козел запал на «прелестное дитя».
Но тем не менее сказал:
— Обещаю. Я обязательно ее найду.
Порохов мило улыбнулся:
— Ну хорошо… Только имей ввиду, не найдешь, никакого слияния не будет, — отчеканил Порохов и скрылся за дверью.
— Черт, черт! — взорвался Стефан, едва за гостем закрылась дверь. — Только этого не хватало!
И от чего так разозлился? Конечно, не от того, что сорвется слияние компаний…
  
Глава 23
 
Буквально в тот же день Стефан начал всех опрашивать и наводить справки о Ксении. Все мелочи, подробности, детали. Он допросил с пристрастием всех, кто мог хоть что-то знать о ней: Лиду, Анну, Матвея. На этом все. Больше спрашивать было не у кого. Негусто, но хоть что-то.
Больше всех знал Матвей.
— Я встретил ее в Рощино, на вокзале. Это все, — виновато поднял он глаза на брата.
— Вспоминай еще. Любая мелочь важна, — не отступал Стефан.
Тот пожал плечами.
— Что еще? Работала на рынке. Жила, вроде, с отцом. Отец пьет. Мать от них сбежала.
— Уже кое-что, — подбодрил брат.
— Кажется, есть сестра. Да, точно, она к ней собиралась ехать, та в общежитии живет в Питере.
— В каком? — сделал стойку Стефан.
— Не знаю я! Это все! Отстань!
Матвей злился все больше. Ему самому хотелось бы найти Ксешу, но отец торопил со свадьбой, надо было уладить финансовые вопросы. Он хотел поговорить с отцом об отмене свадьбы или хотя бы отложить ее на время, но так и не решился. Отец болен, бизнес на грани, не время сейчас идти против отца. Ничего страшного, как женится, так и разведется, а потом, может, и Ксения найдется.
Сердце ныло, и душа болела. Понимал, что все делает не так и живет неправильно, но что он мог поделать? Мама отца бросила, Стефан его ни во что не ставит. Только Матвей готов был для отца на все, и считал своим долгом помогать ему всем, чем может.
А Стефан упорно искал, землю рыл носом, ездил по всем адресам, какие назвала Лида и Матвей: вокзал, город, рынок. Расспрашивал людей. И наконец нашел ее дом и отца.
***
Это был довольно моложавый, хотя и седой уже мужчина лет пятидесяти пяти, с добрыми, как у Ксеши глазами, очень гостеприимный и совсем непохожий на алкоголика, как описал его Матвей.
— Да, это я отец Ксеши. Сергей Алексеевич Мельниченко, — с улыбкой представился мужчина.
Шикнул на миловидную довольно молодую женщину в рыжих кудрях, с любопытством выглядывающую из другой комнаты, плотно прикрыл за ней дверь и пригласил гостя:
— Проходите. Только дочки здесь нет, она не живет с нами. С моей новой женой не поладили, — виновато сообщил он и кивнул в сторону комнаты.
— Да, — согласился Стефан и дружелюбно улыбнулся, пытаясь расположить хозяина дома к себе, — бывает и родным людям трудно ужиться в одном доме, а уж чужим, тем более женщинам…
 
— Да вы правы, тяжело с женщинами, — по-своему понял слова гостя Ксешин отец. — Вы проходите, не стесняйтесь. А вы кто Ксении будете?
— Я… ее друг, Стефан Ковальский. Она как-то внезапно исчезла, а телефон не отвечает.
— Хотите чаю? — засуетился Сергей Алексеевич.
— Нет-нет, спасибо, — вежливо отказался Стефан, присаживаясь на предложенный стул и оглядывая простенькую обстановку старого дома. — Вы ее видели? Разве она не вернулась домой?
— Она была у меня недавно…
— Да? — встрепенулся Стефан и с надеждой посмотрел на мужчину. — А вы можете дать ее адрес? Где она теперь живет?
Тот пожал плечами:
— А я не знаю, она не сказала. В Питере где-то.
— А телефон? Почему у нее телефон не работает?
— Она потеряла телефон. Сказала, что оставила в автобусе.
— Понятно, — расстроился Стефан, догадавшись, что она просто избавилась от прошлого. — Но, наверное, она дала вам новый номер?
Сергей Алексеевич снова пожал плечами, Ксеша строго-настрого запретила давать номер ее телефона кому бы то ни было.
— Нет… — соврал он и от неловкости поспешил обрадовать гостя. — Но она обещала вскоре приехать.
— Когда? — посмотрел Стефан с надеждой.
— Вскоре, — снова порадовал отец беглянки.
Гость не очень обрадовался, ждать он не мог.
— Это здорово, — ответил только и тут же вспомнил. — А сестра? У нее ведь есть сестра?
— Да, Даша, моя старшая дочь. Только ее адреса я тоже не знаю, — поспешил сообщить Сергей Алексеевич и слегка покраснел.
Что гость о нем подумает? Отец не знает, где живут его дети. Но Ксения строго-настрого запретила…
— Ну что ж, — перебил думы отца гость и нехотя поднялся, — не буду злоупотреблять вашим гостеприимством. Вот. Я оставлю вам визитку, пожалуйста, позвоните мне сразу, как только она объявится. И передайте, что я очень хочу ее увидеть.
Наверное, отец Ксеши что-то разглядел в глазах гостя, потому что неожиданно признался:
— Не знаю, позвоню ли… Она не велела… Но я обязательно передам, что вы ее разыскиваете.
— Понятно, спасибо и на этом, — совсем сник Стефан и попрощался. — Всего хорошего.
Едва дверь за гостем закрылась, из комнаты выскочила Марина.
— Ого! Вот так кавалера подцепила наша Ксения!
— Да с чего ты взяла, что он ей кавалер? Он сказал — друг.
Марина засмеялась:
— Ты серьезно? Девке твоей уже двадцать пять лет. Ты думаешь, она все еще просто дружит с мальчиками? А это уже вполне зрелый мужчина. Наверняка они…
— Замолчи, Марина, — гаркнул Сергей Алексеевич, — прекрати так говорить о моей дочке!
— Что? Да я чистую правду говорю! Иначе и быть не может! Вот принесет тебе в подоле! Сразу предупреждаю, я нянчиться не буду!
— Заткнись, я сказал! — шарахнул по столу Ксешин отец. — Выжила девчонку из дома, а теперь еще и грязью поливаешь!
— Что ты орешь на меня?! Ты дождешься, уйду от тебя к Кольке-соседу!
— Да иди! Сил нет тебя слушать!
Марина поджала тонкие губы и, хлопнув дверью, скрылась в комнате, щелкнув замком.
— А-а-а! — застенал Сергей Алексеевич. — Чертовы бабы!
Потом встал и нехотя подошел к дверям комнаты.
Постучал:
— Марин, Мариша, ну ладно тебе, не обижайся. Ну прости, сгоряча я, не хотел тебя обидеть. За дочку переживаю.
— А чего за нее переживать? — смилостивилась Марина и открыла дверь. — Поди, как сыр в масле катается, вон какие мужики за ней бегают! А нам с тобой копейкой даже не поможет! — обиженно поджала она губы. — Ладно, пойдем обедать. Борщ у меня сегодня удался.
— Пойдем, Маришка, борщ у тебя и правда вкусный, — вздохнул Сергей Алексеевич, пусть балаболит, что хочет, мир в семье дороже.
 
Чертыхнулся. Что за жизнь? Наталья бросила его, дочки разбежались. Одна Маринка его любит, а потому надо ее беречь, какая бы языкастая не была.
***
А Ксения тем временем переехала в маленькую комнатку в общежитии и почти сразу нашла работу. Она просто зашла в свою любимую кондитерскую «Север-Метрополь» и наудачу спросила о свободных вакансиях. Ей тут же предложили место в одной из кондитерских.