Вперед к спасению души (СИ)

— Ладно, ладно. Поезжайте, распишитесь, а мы с Алисой приедем прямо в ресторан, — Наталья выглянула в окно. — О, за тобой, наверное. Пора тебе, иди с Богом! — поцеловала она дочку.
Черный лимузин уже ждал у подъезда. Ксения вышла, расправила прекрасное белое платье, села, и машина тронулась.
Она бездумно смотрела в окно, не замечая ни весеннего солнца, ни цветущей вовсю сирени. Что она делает? Она не любит Порохова. Она сделает себя несчастной и его тоже… Да, он богат, они будут жить в полном достатке, но души у этой семьи не будет. Какой вырастет Лиска в такой семье?
Нет, она не должна этого делать!
— Пожалуйста, остановите машину!!!
***
Порохов в это время сидел в машине возле ЗАГСа и думал приблизительно о том же.
Что он творит? Так нельзя. Девочка не любит его. И не будет счастлива с ним. Нельзя, нельзя…
Вдруг раздался звонок.
— Здравствуй, Стефан, — немного удивился Станислав Яковлевич. Мистика! Стефан будто чувствует что-то.
— Станислав Яковлевич, здравствуйте. Как ваши дела?
— Хорошо, спасибо, — лаконично ответил тот.
Пожалуй, ни к чему ему знать подробности о том, что именно хорошо, решил Порохов.
— А ты как? Я слышал от Матвея, у тебя проблемы со здоровьем? Как ты себя чувствуешь?
— Ерунда. Немного подлечусь и буду, как новенький, — невесело отшутился Стефан.
Но от внимательного Порохова не ускользнули тревожные нотки в голосе.
— Я хотел бы попросить вас об одной услуге… Я знаю, вы общаетесь с Ксенией. Передайте, пожалуйста, чтобы она не обижалась на меня. Я не хотел ее обидеть, просто так получилось.
— Вы виделись?
— Да. А она разве не говорила?
— Нет, — Порохов немного заволновался. — Так ты уезжаешь?
— Да, отец оплатил путевку на лечение. Улетаю в Карловы Вары, они с матерью ждут меня там.
— Что, все так плохо?
— Ничего, прорвемся. Так передадите?
— Обязательно.
— Только обо мне ничего ей не рассказывайте.
— Как скажешь, — Порохов отключил телефон и облегченно выдохнул.
Значит, Стефан недавно встречалась с Ксенией. И, судя по всему, он обидел ее чем-то.
«Так вот почему она вдруг решила выйти за меня замуж? В отместку Стефану. Значит, не забыла она его», — с горечью подумал Порохов.
Бедная девочка, выходит за него не любя и потом будет всю жизнь страдать. А он, дурак, надеялся, что счастье наконец улыбнулось ему. Сможет ли он принять от нее такую жертву? Или, может, еще подождать? Ведь когда-нибудь она забудет Стефана. Порохов вышел из машины заходил по тротуару туда-сюда. Нет, он не готов отказаться от счастья, которого так долго ждал! Ничего, она привыкнет! Но как он будет себя чувствовать, зная, что они со Стефаном любят друг друга, а он встал между ними?
Больше ни секунды не раздумывая, чтобы не передумать, Порохов набрал номер Ксении.
Она сказала первой:
— Станислав Яковлевич, не ждите меня, я не приеду.
— Ксения, я тоже хотел сказать, чтобы ты не приезжала. Я был не прав. И прости, что поставил тебя в такое положение.
— Спасибо вам, — она отключилась и расплакалась.
Какой же он благородный, замечательный и чуткий! Ну почему мы любим не тех?!!!
***
— Привет, — Матвей, завидев брата, поспешил навстречу.
— Привет, — Стефан крепко обнял Матвея, он и правда соскучился.
Может, все ему кажется? И все они самые родные ему люди и любят его так же, как он их? С болезнью пришло какое-то осознание того, что семья — это очень важно, и ее нужно беречь. И черт с ней, с этой тайной! Лучше ничего не знать.
— Уже уезжаешь? И на ужин не останешься? — с сожалением спросил Матвей.
Он тоже был рад приезду брата, тот давно простил его за Ксешу, поверил наконец, что между ними ничего не было, и был непривычно дружелюбен.
— Нет, пора. Хотелось бы поговорить, но… самолет через три часа. Есть какие-нибудь новости?
— Нет, вроде. Если только… Может, тебе будет интересно… Ксеша выходит замуж за Порохова.
— Что?
— Да, прямо вот в этот момент, — Матвей глянул на часы. — Торжество будет скромным, у нее сестра пропала, а Ксеша, кстати, воспитывает ее дочку, — охотно делился он новостями. — Она, как всегда, образец добродетели, ты ж ее знаешь. Порохов, конечно, не очень подходящий для нее вариант, староват, но ее можно понять, ей тяжело одной.
 
Стефан оцепенев смотрел сквозь Матвея и почти не слушал. Как же так? Она ведь только вчера… А он чуть не поверил в ее любовь. И потом, он же только что говорил с Пороховым, и тот не обмолвился ни словом. Неужели это правда? А, впрочем, все к лучшему. На этом все. Это была последняя их встреча.
Он уже сто раз пожалел, что не сдержался вчера, и сто раз себя оправдал. Она думает, что он использовал ее, а ему просто хотелось хоть немного побыть счастливым, показать свою любовь к ней, и самому почувствовать, что он живой и любим. Жалеет только, что не поговорил с ней вдоволь, не насмотрелся в ее глаза. Побоялся, что просто не сможет потом отпустить, не сможет расстаться.
Но то, что произошло между ними в тот вечер, было логичным завершением большой, сумасшедшей любви…
  
Глава 46
 
Прошло пять лет
— Лиска, помоги, пожалуйста.
Маленькая, хорошенькая девчушка тут же оторвалась от своих игрушек, которые бережно укладывала в рюкзачок и с готовностью отозвалась:
— Мама, что делать?
Ксения обернулась на малышку. До чего же славная девчонка! Недавно семь лет исполнилось, в школу пойдет осенью, умная, вся в отца и шустрая в мать. Ксения вздохнула, дочка всю жизнь будет напоминать ей сестру, а главное любовь всей ее жизни… Но она до безумия любила девочку и теперь не представляла без нее жизни.
— Алиса, посмотри, видишь там в шкафу книжки? Их надо сложить в эту коробку.
Они наконец-то переезжали в собственную квартиру, не слишком шикарную, но совсем недалеко от ресторана, где Ксения по-прежнему работала. Лиске скоро в школу, поэтому приоритет в выборе квартиры был единственный — чтобы дом, работа и школа были, как можно ближе друг к другу.
— Мам, так они же старые. Зачем они нам? — Алиса перекладывала книги в коробку, попутно разглядывая картинки.
— Пригодятся, мы с твоей… с Дашей учились по ним в школе, и тебе пригодятся.
Ксения все рассказала девочке про ее настоящую мать, но та уже привыкла, что ее единственной мамой была Ксеша. А настоящую, биологическую она никогда в глаза не видела, и это ее нисколько не расстраивало. Мама с дочкой и без того были дружны и очень счастливы.
— Мам, тут какой-то пакет. Тебе надо или выбросить?
— Ну-ка, дай посмотреть.
Ксения вытряхнула вещи из пакета. Ах да, это же Дашины вещи, которые отдали в роддоме, она про них совсем забыла. За все эти годы сестра так и не объявилась, вздохнула Ксения, взяв в руки журнал. Как же Дашка любила эти глянцевые журналы! Ксеша веером пролистала пестрые страницы и отложила в сторону.
Девочка тут же заинтересовалась красивыми картинками. Начала листать журнал, разглядывая фотографии и тут увидела листок бумаги…
— Мам, тут какое-то письмо.
— Ну-ка, дай посмотрю.
Ксения взяла листок и нахмурилась. Это почерк ее сестры. Размашистый и неразборчивый, определенно ее…
Да-да, припомнила она, акушерка в роддоме что-то говорила про записку, которую оставила Даша. А Ксения тогда искала ее, в пакете не нашла, даже в роддом ходила, но там лишь пожали плечами. А она оказывается все это время лежала в этом журнале.
Ксения развернула сложенный вдвое, слегка пожелтевший тетрадный листок и, прочитав первые строки, чуть не упала в обморок.
Она села на диван и вгляделась в неровные строчки:
 
«Ксеша, прости меня. Я полная дура! На самом деле Стефан не является отцом моего ребенка, и у нас с ним никогда ничего не было. А кто на самом деле отец, я даже не знаю. Просто я позавидовала, вот и наврала тебе. Стефан любит тебя, сам мне признался, а меня послал куда подальше. Я знаю, я сволочь, но мне было обидно! Ведь это несправедливо! Почему тебе все? И хорошая работа, и мужики богатые, а я сколько ни старалась, ни один на меня не запал. За меня не переживайте, я уеду далеко и больше вас с мамой не побеспокою. А ребенка, надеюсь, кто-нибудь усыновит.