Авантюрист. Калифорния (СИ)
Седьмого декабря количество международных договоров Калифорнийской республики увеличилось еще на два. Сначала был подписан договор с тинклитами, по нему мы обязались предоставлять им продовольствие, а они обязались осуществлять охрану Новоархангельска от возможной атаки с суши.
Никакие тинклиты мне в Калифорнии были и даром не нужны, а вот если они прикроют русских, будет хорошо. Я вполне допускал, что англичане могут попробовать добраться до нас из Верхней Канады, естественно, что Новоархангельск тоже может быть их целью. Там я тоже планирую поставить гарнизон, но чем больше сил, тем лучше.
Размещений Калифорнийского гарнизона на Аляске стало возможным благодаря военному союзу, который Российская Империя, в лице Камергера и посла Николая Петровича Резанова заключила с Калифорнийской республикой.
Я сильно сомневался, что у Резанова имелись необходимые для этого полномочия, но предпочел закрыть глаза на эту формальность. Есть, нету, какая разница? Главное чтобы действовали мы заодно. Враг-то у нас теперь общий. То, что в Тильзите подписан договор между Францией и Россией Горн узнал на Ямайке и любезно сообщил мне эту новость.
И мы действительно начали строить посольский квартал. Правда полноценное посольство там будет только одно, японское, русское же, фактически будет представлять собой особняк Резанова, совмещенный с конторой Русско-Американской Компанией.
А вот японцы начали строиться на совесть. Комплекс зданий в традиционном стиле и даже маленький синтоистский храм. Как я и говорил, на территории моей республики была свобода вероисповедания, да и вообще-то территория посольства экстерриториальна.
* * *Хлопковый бездымный порох Лука получил и без меня, получилась хорошая замена тому, что мы производили до этого и самое главное, процесс его изготовления был значительно менее трудоемким.
Производство винтовок и пистолетов нового типа шло полным ходом, трудоемкость из изготовления была действительно намного меньше, чем у флоридских винтовок, поэтому к концу года мы перевооружили всех наших солдат на новое оружие и стали готовить запасы оружия для «иностранного японского легиона» за которым вот-вот должны будут отправиться сразу три корабля. Фрегат «Сан Хуан», флейт «Селия» и возрожденная «Флорида»
Всего, без учета японцев, которых пока у нас не было, мы располагали порядка тысячи ста солдат и офицеров, включая гарнизон четырех фортов. В каждом мы расквартировали по сотне солдат, то есть собственно в поле можно вывести порядка семиста человек. Неплохо, для Калифорнии, критически мало, чтобы отразить нападение англичан.
На море после возвращения экспедиции из Японии у нас будет три полноценных боевых корабля. Наши фрегаты будут обладать превосходством в маневренности против любого противника.
К сожалению, этого же нельзя было сказать про вооружение. Те корабли, на которых англичане прибыли в первый раз мы, конечно, утопим, и, наверное, без потерь, но я хорошо понимал что, скорее всего на захват золотоносной Калифорнии лайми отправят не только фрегаты, но и линейные корабли, против которых мы будем иметь бледный вид. Там совсем другие калибры и соответственно вес и разрушительность залпа будет побольше. ДА и дальность стрельбы наверняка тоже.
За счет маневренности мы конечно можем и с линкорами прободаться, при необходимости, но англичане кто угодно но не дураки и наверняка сделали выводы из того разгрома у Барбадоса.
НО если с сухопутными силами мы еще что-то могли сделать, то вот возможностей резко усилить флот у нас не было.
Был еще вариант попробовать перевооружить форты прикрывающие залив Сан-Франциско на новую артиллерию. Правда самой новой артиллерии у нас еще не было, Лука не соврал и его завод действительно делал по пушке в неделю, если все так и получится то после того как мы вооружим армию, то попробуем сделать орудия береговой обороны.
Может быть, что и получится из этой идеи, дополнительных производственных мощностей у нас все равно нет и вдять их неоткуда. Золота полно, а профессиональных рабрчих не хватает, вот такая вот коллизия. В отличии от всего остального мира, здесь в Калифорнии люди ценяться намного больше золота.
Интерлюдия 5
Джонни Фист считал себя везунчиком. Ничем кроме везения нельзя объяснить что, он выжил и даже ни единой царапины не получил в войне с англичанами, хотя он принимал участие сразу в трех неудачных сражениях американской армии.
Он был и при Кингстоне, в тысяча восемьсот шестом году, когда тогда еще полковник Брок наголову разгромил отряд генерала Хамптона. В следующем году он поучаствовал в битве на реке Муаме, а «вершиной» его военной карьеры стал Бладенсбург, там Джонни, по-хорошему, должны были убить. Одна пуля выбила из рук на тот момент уже капрала мушкет, а вторая попала в медную табакерку.
После этого парень твердо уверовал в свою счастливую звезду, но при этом уволился из армии. По условиям мирного договора США не могли иметь сколько-нибудь большие вооруженные силы и Джонни в них места не нашлось.
«Что ж, не получилось стать военным, стану кем-нибудь еще», — подумал парень и отправился в Бостон. Там он сел на судно, отправляющееся на остров Нантакет, и первого августа тысяча восемьсот седьмого года сошёл на берег.
Его родной дядя Фрэнк давно говорил, чтобы Джонни приехал к нему. Фрэнк служил боцманом на китобое «Веселая пастушка» и чуть ли не в каждом письме к непутевому племяннику расписывал прелести этой работы.
— Вот и ты парень, — проворчал Фрэнк, когда увидел Джонни на пороге собственного дома, — сколько раз я тебе говорил, давай ко мне, устрою тебя на настоящую работу!
— Как видишь, вот он я.
— Да, не прошло и четыре года. Но я от своих слов не отказываюсь. Проходи, чего встал. Бетси, детка, — закричал Фрэнк куда-то вглубь дома, — Джонни приехал! Налей-ка нам выпить и сообрази чего-нибудь на стол.
— Тебе только дай повод, старая пьянь, — на пороге появилась тетушка Бэт, жена Фрэнка. Она откровенно недолюбливала Джонни, а тот отвечал ей взаимностью. Впрочем, парню казалось, что она всех ненавидит, не только его.
— А приперся, непутевый. Ну проходи, чего встал, — проскрипела она Джонни и тот зашёл в дом.
За ужином Фрэнк рассказал, что уже завтра-послезавтра его «пастушка» уходит в южную частьАтлантического океана на промысел и пообещал устроить Джонни матросом.
На следующее утро Джонни предстал перед капитаном веселой пастушки, мистером Френсисом Смитом.
— Что ж парень, эта винная бочка, — капитан указал на Фрэнка, — попросил нанять тебя матросом. Ты хотя бы плавать умеешь?
— Конечно, сэр! Дядюшка Фрэнк научил меня.
— А что насчет морской болезни? Мне не нужен матрос, который заблюет мне всю палубу, едва мы выйдем в море.
— Можете не беспокоится, сэр. Мой желудок такой же крепкий как у дядюшки. Если мы не говорим про уничтожение нескольких бутылок виски, сэр.
— Ну в этом умении с Фрэнком никто не сравнится на этом вонючем острове. Хорошо, считай, что ты принят. Жалование я тебе положу, как и всем салагам, восемь долларов в месяц. Но это только когда мы в море. На твое счастье эта чертова война, наконец, закончилась, и завтра мы выходим в море.
— Я очень рад это слышать, сэр!
— Погоди радоваться. Билли, — обратился капитан Смит к первому помощнику и по совместительству суперкарго китобоя, тот как раз зашёл в контору, — это племянник Фрэнка, и наш новый матрос. Возьми его и отправляйся на «пастушку». Дай ему самую черную работу, какую только найдёшь.
— Хорошо, сэр. Пошли парень, — обратился, Билли к Джонни и вышел с ним на улицу.
— Сейчас вся команда готовит нашу пастушку к плаванью, — начал объяснять старпом новому матросу, — грязную работу я тебе поручать не буду, не хочу ссориться с твоим дядей. Но вот как следует потаскать мешки, тебе придется. Но ничего, ты вроде парень крепкий, справишься.