Свадебный салон ведьмы Агаты (СИ)

Я и опомниться не успела, как чуть было не оказалась в огне. Я инстинктивно активировала самую сильную свою магию — магию стихии, но вызываемый мною воздушный вихрь, который должен был потушить огонь, не возник, чтобы защитить меня от раскаленного шара. Зато камень вдруг завибрировал на моей шее, и вокруг меня появился невидимый щит, отбивший фаербол, как теннисный мячик. Шар отлетел в сторону дивана, оставив от него груду полыхающей рухляди. Тогда-то я и узнала, что агат в ожерелье — не просто красивый камень, а еще и особый амулет. Он каким-то образом блокировал родовую магию того, кто носил его, но еще и защищал от нее. Я ошарашенно смотрела, как полыхает диван, и не могла даже пошевелиться. А сестра сильно испугалась, осознав, что только что сделала и что могло бы случиться, попади она шаром в меня, и забилась в угол, рыдая. В комнату вбежала тетя Арина.
— Девочки, что тут происходит! Что за шум! У нас пожар?! — ошарашенная ведьма тут же затушила огонь, и пристально смотрела на двух испуганных и рассерженных девочек. — Игры с боевой магией только на улице! Я же предупреждала!
— Это все она! Она кинула в меня огнем! — стала кричать я, доказывая свою правоту.
— Я случа-а-айно-о-у-у-у! — выла младшая сестра, невинно поглядывая исподлобья на мать. — Она сама виновата-а-а! У-у-у…
— Агата, ты же старше! Зачем ты провоцировала сестру?
— Я не провоцировала ее! Она хотела отнять мой амулет, а он защитил меня от нее!
Услышав крики, в комнату заглянула и бабушка Лиза. Мы все трое сразу умолкли, даже тетя Арина. Бабушка одним своим видом внушала всем свой непоколебимый авторитет. Уже дряхлая старушка доживала свой последний век, а может, два, но все равно ее слово в нашей семье имело огромный вес. Могущественная старая ведьма тоже была воздушницей — управляла холодом. Даже отец, будучи главой семейства, всегда прислушивался к ее советам. Так было принято в мире магии — чтить и слушаться беспрекословно старших магов в роду.
Арина сбавила тон и рассказала о ссоре, лишь невзначай упомянув про огненный шар. Конечно же, Арина любила свою родную дочь больше, чем племянницу. Ее интересы были во сто крат важнее для нее, чем мои, а свою матушку она страх как боялась. Обе внучки виновато переглядывались, опасаясь даже пискнуть в присутствии строгой бабули, и ждали ее вердикта.
— Не смейте применять друг против друга силу! Вы же семья! А в семье все стоят горой друг за друга! Так, вы наказаны обе. Блокирую вам магию на неделю, — прохрипела старушка.
— Но это ведь она виновата! — не сдержалась я, с обидой глядя на сестру. — Если бы не камушек, она испепелила бы меня!
Бабушка Лиза собиралась уже, было, что-то сказать, как вдруг переменилась в лице, увидев украшение моей матери на моей тонкой шейке.
— Кто разрешал тебе его брать? — всплеснула она руками и изумленно уставилась на черный камень. — Отдай-ка его мне…
Ведьма потянула руку к моей шее, но я резко отпрянула от нее.
— Нет! Это мамин! — запротестовала я, ухватившись за свое сокровище. Но бабуля, не смотря на свои почтенные годы, оказалась проворнее и, резко дернув за цепочку, сорвала массивный камень и унесла к себе. Сестрица злорадно улыбнулась, забыв о рыданиях, а я была вне себя от злости и обиды.
Теперь уже разрыдалась я.
Как я не умоляла бабушку и отца, вернуть мне ожерелье, они и слушать меня не хотели. Арина с ними была согласна. Видимо, опасалась, что камень лишь еще больше рассорит нас с сестрой и сделает младшую беззащитной, в отличие от меня. Бабушка твердила, что амулет блокирует силу стихии, к тому же, его природа малоизучена, а значит он опасен для юных ведьм. Отец согласился с ней, как обычно.
И тогда я придумала, как отомстить маленькой шмакодявке-сестренке. Из-за наказания я не могла использовать свою магию, зато могла воспользоваться чужой. Я вспомнила, как наша служанка — домовиха Рада — рассказывала мне про разных удивительных существ, населяющих магический мир. Няня учила уважительно относиться к любой магии — даже самой, казалось бы, несущественной и крошечной. Никогда не обижать фей, дриад и мавок, не ставить ведьмовскую жизнь и силу превыше любой другой. Няня учила, что магия есть во всем, что все в мире связано и нужно помогать другим, если ты сильнее. Ведь никогда не знаешь, когда помощь может понадобиться и тебе. И даже крошечное существо может однажды оказаться полезным.
 
Я частенько подкармливала пикси и фей в саду, тайком угощая их сахаром. Эти мелкие существа славились своей пронырливостью. Я приманила парочку пикси, передала им свое сообщение (это было что-то очень обидное о сестре) и выпустила их в школе, где мы обе учились. Пикси разнесли обидный слух по всем коридорам, и еще целый месяц мою сестру дразнили после этого. Она конечно, знала, что это моих рук дело, но так и не догадалась, как я это сделала, и доказать ничего не смогла…
Воспоминания о сестре и о детстве заставили меня взгрустнуть. Я погладила агат на своей шее и отправилась в постель. Мне очень повезло, что удалось прихватить мамин амулет с собой, когда убегала из дома будучи уже молодой девушкой. С тех пор я никогда его не снимала. Хоть я и не помнила маму, в этом ожерелье я словно чувствовала ее защиту и безграничную любовь.
На утро я первым делом осмотрела окно. С виду ничего не изменилось, но ведьмовское зрение, конечно же, сразу уловило присутствие чужой энергии. В молоке явно кто-то искупался, по рафинаду изрядно потоптались. Крошечные дорожки из следов пестрели по всему подоконнику.
— Отлично! Да тут была настоящая пикси-вечеринка! — довольно потирая ладошки, воскликнула я.
Сахар даже в крошечных дозах опьяняет пикси, поэтому в их городах он запрещен, считаясь сильным дурманом. Питаются эти существа цветочной пыльцой, как и феи. Тем не менее эти крошечные светящиеся шалунишки не устоят ни перед какими запретами и обязательно полакомятся легкодоступным сладким искушением, если появится такая возможность. Они частенько промышляют тем, что воруют у пчел мед, рискуя быть ужаленными на смерть, и сладости у людей, что тоже опасно для пикси, ведь их зачастую путают со светлячками или разными насекомыми и не церемонясь, прихлопывают первой попавшейся скрученной газетой.
Но я не собиралась вредить им. Лишь хотела использовать в своих целях. Эти проныры шастают по всему магическому миру, перемещаясь очень быстро. Мое объявление, которым я хорошенько напитала рафинад и молоко, налипло по моим подсчетам минимум на пять-десять пикси, а значит, информация будет оставаться какое-то время везде, где побывают эти чудики. Скоро новость о моей вакансии будут знать все низшие магические существа в пределах нескольких тысяч километров!
В хорошем настроении я спешила в любимый салон, как обычно за час до открытия. Нужно было много всего успеть до того, как его двери откроются для клиентов. Я мчала через сквер и уже на подходе к фонтану видела мою роскошную витрину, проглядывавшую сквозь кроны деревьев, с изумительным свадебным платьем, увитым фрезиями. Все-таки мы с Полёвой постарались на славу! Витрина так и манит зайти внутрь… Даже если ты не выходишь замуж.
Фонтан обычно был выключен сутра, поэтому так приятно всегда было слушать пение птиц по дороге на работу. Но когда я приблизилась к мраморному изваянию, форсунки угрожающе зафыркали, вода в нижнем ярусе забурлила, и меня окатило брызгами холодной воды, вырвавшейся струями во все стороны. Я невольно вскрикнула, отскочив от вдруг ожившего фонтана. «Что за ерунда? Ремонтируют что ли?» — подумала я, оглядываясь вокруг, но ни мастеров, ни машины водокональщиков нигде не было видно.
 
— Шшшшшш-а-гаааа-та-пшшшшпо-мо-гиииишшшшш, — раздалось откуда-то из недр фонтана. Я замерла и вслушалась в шипение. Звук повторился снова. Я отчетливо услышала свое имя и просьбу о помощи, после чего струи воды снова упали, а вода утихомирилась, словно ничего и не было.
Я осмотрела все вокруг ведьмовским зрением, но не обнаружила никакой скрытой угрозы или магических следов. Звук явно исходил из фонтана, но вот кто его издавал — предстояло разобраться…