Я тебя расколдую (СИ)

– Мы с тобой, – с упором на эти слова произнес Рейстлин, – ничего не будем делать. Во всяком случае, пока.
– А кто будет? – поинтересовалась я, прекрасно осознавая, что сейчас меня жестко осадят. Потому что я лезла не в свое дело. А доверия ко мне нет и быть не может. Собственно, кто я для него? Ходячее недоразумение, которое упорно и отчаянно портит ему жизнь. Да и имеет ли он право доверять? Речь явно о каких-то важных разработках. И мне бы просто не лезть во все эти дела, но почему-то мне было необходимо все это знать.
От моего вопроса Рейстлин буквально заледенел. Даже взгляд стал холоднее, строже (если это вообще возможно у попугая). Но мне ответ и не требовался. Я уже понимала. Действительно, делать все будем не мы с чернокнижником. В этой игре сейчас ведет Николас Монтегю. Не просто же так они так долго друг с другом беседовали.
– Ответственные сотрудники, Кассандра, – резко ответил Рейстлин. – Ты к ним не относишься, значит, и волновать тебя это не особо должно.
И вроде бы все логично, правильно и под грифом «совершенно секретно», но я обиделась, честное слово! Что бы там у него не творилось, отказать всегда можно мягче. А не вот так вот… Со мной что, и разговаривать нормально нельзя?
– Больно надо, – подражая бабушке в образе герцогини, отрезала я. – Вот только на ближайшее время проблемы у нас с тобой общие, и если это отразится на мне, я должна об этом знать, не находишь?
Чернокнижник явно не находил. Интересно, он в принципе не умеет делиться проблемами, или это я такая особенная? Неважно. Меня это не касается. Пусть решает свои проблемы, как знает. Понадобится помощь, пусть приползает. Я, в конце концов, не благотворительный фонд, чтобы бегать за всякими попугаями с воплями «Давай я тебе помогу!». Я – ведьма. И почему в последнее время мне постоянно приходится себе об этом напоминать?
– Если будет необходимость, посвящу, – попробовал смягчить свои слова этот попугай. Или мне показалось? В любом случае, я уже закусила удила. Теперь я просто обязана докопаться до всех этих проблем из принципа.
– Я тебя услышала, – сухо отозвалась я, прекрасно понимая, что эта фраза в сущности ничего не значит. Всего лишь способ зарубить на корню любой разговор, сменить тему. Что угодно, только не попытка понять друг друга. – Если уж на то пошло, что мы сегодня с тобой будем делать? Пойдем в лабораторию или пойдем экспериментировать с локальной привязкой, измерять расстояние, на котором срабатывает телепортация и срабатывает ли она сейчас вообще?
Рейстлин пустился в пространные рассуждения о том, что, дескать, сначала нужно позавтракать, потом мы с ним проверим якорь, по-прежнему ли он активен. Я его не слушала. Какая разница, если он сейчас говорит все то же самое, что и я, только другими словами? Я думала о том, что, если Николас Монтегю сейчас должен выяснять какую-то информацию насчет проекта, то в ближайшее время он отчитается другу. И я во что бы то ни стало должна этот разговор подслушать!
  
Глава 23
 
Пятьсот шагов, тьма! Всего пятьсот шагов, и чертового попугая опять переносит ко мне! Никакой спокойной жизни, ей-богу! И все бы ничего, будь у него нормальный характер. А так… Угораздило же!
– Я думаю, тебе стоит радоваться, – довольно ехидно посоветовал мне вышеупомянутый попугайный чернокнижник. Я недовольно оторвалась от огромного талмуда по магии трансформации, в которой я так отчаянно пыталась отыскать ответ, как мне избавиться от такой великой радости.
– С чего бы это? – хмуро отозвалась я, едва сдерживаясь, чтобы не просветить, в каком месте я столь великую честь видела. Не потому что он не оценил бы. Просто приличные ведьмочки таких слов вслух не произносят.
– Что это меня к тебе швыряет, а не наоборот. Признаюсь честно, удовольствие ниже среднего, – в голосе Рейстлина слышалась насмешка.
– Просто если бы меня к тебе переносило, я бы тебя придавила. Ты сейчас тако-ой мелкий, – протянула я, безжалостно наступая на мужское самолюбие. Нет, попугай был далеко не мелкий. Если, конечно, не сравнивать с взрослым мужиком, который был выше меня почти на голову.
 
– Что? – кажется, маг от моего нахальства даже дар речи потерял. Но что, собственно говоря, он может мне сделать? Клюнуть? Вряд ли, джентльмен все-таки. Прочитать мне долгую и нудную нотацию? Так это он и так сделает, без малейших нападок с моей стороны. Так что…
– Говорю, что ты пострадать можешь, если меня вдруг с воздуха на тебя выбросит, – с улыбкой повторила я.
Меня одарили таким взглядом, что я даже на мгновение пожалела, что повторила это вслух. Но маг, удивительное дело, промолчал. Вместо этого он заглянул в талмуд.
– Хоть что-нибудь полезное нашла?
Правильно, мелкий. Нечего заострять внимание на твоей мужской несостоятельности. Демоны, это, вроде, совсем о другом. Как хорошо, что мне достался чернокнижник, а не менталист. А то страдай тут потом.
– Здесь все выглядит легко и красиво, – фыркнула я, отгоняя непрошенные мысли и возвращаясь к прочитанному. – Словно кто-то никогда не сталкивался с подобными проблемами. А если и сталкивались, легко могли решить.
– Вечером зайдет Николас, я попрошу его связаться со знакомым и надежным магом трансформации. Посмотрим, что он скажет, – устало предложил Рейстлин, а я удивленно на него посмотрела. Да, это, наверное, был бы самый легкий способ. Но у меня в голове не укладывалось, что он так легко и просто признается своему коллеге в том, что одна ведьмочка сделала из него попугая, да так качественно, что сам он ничего не смог с этим поделать.
– Ты уверен?
Глупый вопрос, признаю. Не был бы уверен, не делал бы. Но как со всем этим смирится его самолюбие? Одно дело, когда я его подкалываю. Другое – его коллеги, с которыми он на одном уровне. Еще большой вопрос, сможет ли этот маг сохранить секрет. Как же все запуталось.
– Я не могу позволить себе терять время, – глухо ответил Рейстлин, а я невольно опустила глаза. Все-таки я перед ним виновата и довольно сильно. Помимо этого мое желание докопаться до истины стало еще сильнее. Ничего, придет граф, я уж найду способ их подслушать.
– Я вот думаю, – тихо проговорила вслух. – Отчего возникла локальная привязка? Она к магии трансформации не имеет ни малейшего отношения. Возможно, стоит поискать информацию еще и в этом направлении.
– Предполагаешь, что заклятья не связаны между собой? – уточнил Рейстлин.
– Все равно это два разных составляющих. Даже если заклятье одно. И если про попугая я что-то вслух и говорила, то про то, что жажду видеть тебя сутки напролет я даже не думала!
Меня окинули насмешливым взглядом, а после этого снисходительно так поинтересовались:
– Точно, Кассандра?
Я резко вскочила со стула и захлопнула талмуд.
– Естественно! И называй меня Касси. Бесит, честное слово. Сразу возникает ощущение, что я тебе экзамен сдаю.
– Мне бы ты экзамен точно не сдала, – хмыкнул Рейстлин, а я тем временем подошла к большому стеллажу с книгами и отыскала небольшую брошюрку по магии связи. Ее-то я и подсунула чернокнижнику под клюв:
– Читай! Ты же умный, разберешься.
ЕСтьв Рейстлине Кинстере одна черта, которую нельзя найти в его младшем брате. А именно, терпение. Проявлялось оно далеко не всегда, и его теперешний облик является тому подтверждением. Но в этот раз попугай просто вздохнул, кинул на меня усталый взгляд и уткнулся в книгу. Спустя пару минут он протянул лапку в попытке перевернуть страницу, но что-то явно пошло не так.
 
Коготки царапали по тонкой бумаге, но упорно не хотели подхватывать страницу и переворачивать. О помощи маг не просил, пытаясь поддеть бумагу еще и клювом. Но ничего не выходило. Вот упертый болван! Со вздохом я протянула руку и перевернула страницу. Чернокнижник пробормотал что-то, отдаленно напоминающее «спасибо». Удивительное все-таки дело, но в попугайном облике его магия просто не действовала. Разве что оставалась все та же тягучая, давящая аура, да тьма в его глазах. А так… В таком виде тянуло потискать птичку.