Любовь и корица (СИ)
– Э-э-э… Благодарю. – Уж что-что, но принцессой мне быть сегодня совсем не хотелось. Теперь понятно, почему Мери так огрызнулась, когда я также назвала её. – С Наступающим!
– И тебя, девочка моя! Вот, держи. – Она протянула мне большой сверкающий пакет и подставила щечку. Выдавив улыбку, я легонько чмокнула её и поблагодарила за подарок. – Сейчас все девчонки помешаны на этих штуках! Думаю, ты оценишь.
Заглядываю в пакет.
– Ого! Я просто в восторге!
Вообще-то, ничего особенного. Эта известная линейка органической косметики для тела – полная чушь. Летом мама купила мне освежающий спрей для лица, так потом у меня такое раздражение было, что папа несколько дней не мог пройти мимо, не сказав: ой, Дейзи, ты брилась с утра тупой бритвой?
На приветствия у меня ушло минут десять. Подарки я поставила под ёлку, решив посмотреть их после празднества, потому что сейчас мое сердце с волнительным предвкушением ждало встречи с…
– Дейзи, милая, открой дверь! – громко попросила мама, опуская на стол огромную тарелку с запеченной курицей. – Я сейчас подойду!
Я тут же послала несчастный взгляд папе, но он в красках рассказывал стопившейся возле него кучке гостей о том, как сегодня на парковке местного рынка он с трудом нашел свободное место. Наверное, и впрямь занимательная история, раз все так внимательно его слушали.
– Ладно, – прошептала я себе под нос, нервно озираясь по сторонам.
На тревожном вздохе у входной двери я повернула круглую ручку. На пороге стояли высокий темноволосый мужчина и худенькая женщина в белой шубке. Она держала в руках какое-то блюдо, накрытое фольгой и по-доброму улыбалась.
– Здравствуй! Ты, должно быть, Дейзи, верно? С Наступающим!
– Да, добрый вечер, – промямлила я. – И вас.
– Ой, ну, что же вы стоите, Терри! Проходите! – воскликнула моя мама, подтолкнув меня в сторону. – Заходите, заходите! Это моя дочь Дейзи, – представила она меня мужчине, что с улыбкой кивнул мне.
– Приятно познакомиться, Дейзи. Моя жена – Терри, я – Энтони, а это наш сын Брайан.
Остановилось ли мое сердце при виде взлохмаченной копны темных волос, вошедшей в нашу теплую прихожую? Определенно.
– Очень приятно, Энтони, – ответила мама, забирая у его жены шубку. – Будьте как дома, не стесняйтесь. Здесь все свои. Проходите в гостиную, будем знакомиться.
– Привет, – поздоровался со мной Брайан, бросив на меня мимолетный взгляд, от которого всё во мне встрепенулось.
– Привет.
– Дейзи, забери всю верхнюю одежду, – скомандовала мама, подталкивая соседей в гостиную, – а мы с вами пойдем знакомиться. Ой, Терри, не нужно было ничего приносить, – с улыбкой отмахнулась она, но потом все же забрала у гостьи круглое блюдо, – спасибо большое! Мой муж без ума от твоего пирога!
Словно завороженная я смотрела им вслед, не веря в происходящее. Наверное, все девчонки в школе мечтали бы сейчас оказаться на моем месте! Держа тяжелую гору верхней одежды, я неловко перевела глаза на Брайана, аккуратно поставившего свою обувь у стены. Но мне тут же пришлось увести взгляд, когда он резко выпрямился, чтобы расстегнуть пуховик.
– Клевый дом, – сказал он, оглядываясь. – Лестницу ты украшала?
– …Да.
– Мне нравится. Всё так сверкает. Люблю, когда всё светится.
– А ещё «Историю Золушки», – необдуманно бубню я себе под нос.
– Что?
– Что? – Господи, он же не услышал?
– Ты сказала что-то про Золушку?
– Э-э-э… Нет. – Уверено вскидываю подбородок и делаю вид, что жду объяснений.
– Ладно. Показалось, наверное.
Мне бы сейчас точно не помешал глоток холодной воды. Брайан отдал мне пуховик, продолжая рассматривать стены в мишуре, а я на дрожащих ногах зашла в гардеробную, где полно чужой одежды, и несколько секунд простояла на месте, не веря в происходящее. И почему, когда он оказывается рядом, я определенно чувствую запах корицы? Перед глазами, как в каком-нибудь мультике, в самых ярких красках вертится огромное блюдо с теми булочками, которые я прежде никогда не ела!
Пока помогала бабушке разложить на стулья салфетки для гостей, мне удавалось украдкой поглядывать в сторону Брайана. Он стоял возле ёлки с двумя восьмилетними близнецами и моим младшим братом, рассказывая им что-то занимательное, от чего мальчишки буквально рты раскрыли. Мне стало интересно, чем это он их там так завлек, но как только я решилась присоединиться к ним, мама пригласила всех за стол. Так моя первая попытка проявить свою решительность провалилась с треском.
За столом все восхищались нашей готовкой, от чего мама улыбалась, как девчонка, а бабушка с заметной гордостью принялась делиться рецептами со всеми, кому это было интересно. Мужчины же обсуждали то боксеров, то курс доллара, а я же сидела посреди всей этой суматохи и гула, то и дело бросая взгляд в сторону Брайана. Даже моя усталость куда-то испарилась. Он сидел напротив, чуть правее от меня, и с аппетитом поглощал мясные рулетики. И тут я снова вспомнила те сахарные булочки…
– Брайан, а как тебе в нашей школе? – вдруг спросила его миссис Хадж. – Нашел друзей?
– Отлично, спасибо, – улыбнулся он, оглядев взрослых. Господи, какой же он привлекательный! – Не без этого.
– Я очень переживала, что ему сложно дастся наш переезд, но вроде бы всё не так уж и плохо, – сказала его мама тихим голоском. – Он у нас общительный парень.
– В нашей школе учатся хорошие ребята, – кивнула миссис Хадж. – Как посмотришь новости по телеку – волосы дыбом становятся! Подростки сейчас такие жестокие! Слава богу в Сноухиллс всё спокойно.
– Тьфу-тьфу-тьфу! – громко отреагировал её муж.
– Кстати, а как тебе, Брайан, новогодний бал? Мы с директором Салес соседи. Она мне все уши прожужжала о том, что в этот раз всё будет как-то по-другому. А потом улетела к родственникам в Мичиган на праздники. А пару дней назад я встретила в магазине Люси Маск. Так она говорит, что ещё никогда в жизни так не смеялась, как в тот вечер. Так и не рассказала мне, почему, спешила куда-то. Мы-то раньше всё знали о жизни школы, а как старшая дочь окончила её два года назад – перестали получать новости. Так и, что там было? Кто-нибудь мне уже расскажет? – засмеялась она громко.
– Ох, Ора! – воскликнула моя мама слишком восторженным голосом. Я сразу просекла, что ничего хорошего из этого разговора не выйдет. – У них там был… Как это называется? – уточнила она у меня. – Ну, вы танцевали и…
– У нас был баттл, – вдруг подсказал ей Брайан, опустив вилку на край тарелки. – Между классами.
О, нет, пожалуйста!
– А! Точно! – улыбнулась ему мама. – Видели бы вы, какой Дейзи вернулась домой! – начала смеяться она. – Сказала, что хочет школу сменить! «Мама, я туда больше не вернусь»!
Все за столом начали смеяться, а я же глядела на собственную мать огненным взглядом, а мое лицо окрасилось в красный-красный томат. Она же сдает меня с потрохами! Как там она говорит?
«Если я делаю какую-то глупость, значит у меня бушуют гормоны и вам не стоит обращать на это внимание!»
Мама, утихомирь свои гормоны, пожалуйста!
– А почему же, Дейзи? – спросил меня дядя.
– Говорит, она танцевала, как вождь дикого племени! – ответила за меня мама, и стол снова накрыла волна веселья. – «Мама, если этой зимой будет очень холодно, значит это моих рук и ног дело!»
Я выдавила сконфуженную улыбку, делая вид, что всё сказанное моей мамой – забава да и только. Да-да. Меня вообще ни капельки не задевал этот громкий смех мистера Грина, который явно был слышен даже на улице. Прям уж…
– На самом деле, было очень круто. – Поднимаю глаза на Брайана, что с улыбкой посмотрел на меня. – Дейзи всех уделала, поверьте. С ней никто не мог сравниться.
Я захлопала ресницами, заметив, что смех постепенно начал стихать.
– Вот видишь, – улыбнулась мне мама, – а ты так переживала! Кстати, почему никто не пробует горячий салат? Наша бабушка очень старалась.
За пятнадцать минут до Нового года, папа достал холодное шампанское и раздал несколько бутылок мужчинам. Мама включила прямую трансляцию из Нью-Йорка на Таймс-сквер, чтобы мы не пропустили отсчет времени и спуск хрустального шара, а я все это время неподвижно сидела за столом, продолжая слушать разговоры взрослых и поглядывать в сторону Брайана, что отошел к ёлке и разговаривал с кем-то по телефону.