Меч всевластья (СИ)
Вся окружающая реальность, все магические потоки кричали мне: «Останови их»!
Я спешила, как могла, иногда часами бежала по ненадёжной поверхности моря. Лиран тихо звал, направляя меня, и я слышала его тихие слова: «Останови их»!
Князь использовал какое-то заклятие, не позволявшее Лирану начать поиск нового хранителя, из-за чего нормально связаться с ним я могла, только когда Парис спал. Поэтому фраза: «Останови их», была моим маячком, на который я шла.
Воздух вокруг меня был наполнен разнообразными ароматами, погода была ярко солнечной и прибрежные леса были наполнены птичьими трелями. Казалось, природа не замечала той возни, что устроили люди, она продолжала расцветать, одаривая всех удивительно яркими красками, чарующими звуками и завораживающей чистотой небес. За всё время пути я не встретила ни одного человека, старательно избегая поселений, я пробиралась ели заметными тропами, что обнаруживались сами собой и вели они меня именно в том направлении, в котором я двигалась.
Я не чувствовала голода и усталости. Я была всесильна! Как же это чувство опьяняет, как кружило голову осознание всесильности, и только образ Титуса, глубоко засевший в моём сердце, удерживал меня от желания повелевать всем миром.
На седьмой день пути я остановилась невдалеке от одного небольшого городка, и мне стоило титанических усилий вспомнить, зачем и куда я иду. Как же мне хотелось войти в городок и объявить себя их госпожой., а потом идти из города в город, радуя людей своим присутствием…
— С ума войти! — пробормотала я, вытряхивая из головы образы, привидевшиеся мне и так сладко поманившие меня. — Сама себе вышибу мозги, если ещё раз так размечтаюсь. Хорошо, что у меня был Артур, если бы не воспоминания о нём, вряд ли я справилась с этой сильнейшей жаждой власти. Я на миг представила себя коронованной госпожой мира, поглощённой гонкой за власть и бесконечными интригами, а где-то позади меня тенью следует за мной Артур. Нет, навряд ли бы он согласился бегать на свидания с госпожой мира. Мне остро захотелось узнать, где он, что с ним, и я потянула еще немного магической энергии. Мой мысленный взор направился на север. Неподалёку от реки Шумной уже должна была начаться битва за престол Зайнара. Я видела, как войска Марианы Лель Бакоя двинулись в атаку и их было много, очень много…
— А тот, кто им должен был противостоять где-то в горах, неизвестно что задумал! — зло сказала я.
Непонимание действий князя раздражало меня больше всего. Почему он бросил свою армию? Зачем он вообще задумал эту игру в войну, если не собирался участвовать в битве? Зачем он мчится в горы?
А войска уже схлестнулись в центре поля боя, и кровь хлынула потоком. Айс руководил войском вместо князя, и мое сердце сжималось при мысли о том, что у него почти нет шансов выжить в этой кровавой мясорубке.
«Останови их» — снова услышала я далёкий шёпот, донёсшийся откуда-то из Великого леса, и вернулась к реальности. Голова слегка кружилась. Каждый раз, когда я касалась силы кристалла я всё больше пропитывалась его кровавой мощью, и каждый раз испытывала сильнейшее чувство брезгливости. При мысли о том, сколько жизненной энергии, сколько жизней кристаллу нужно было поглотить для создания такой магической мощи, мне становилось жутко. Я как будто ощущала души всех тех, кого убил меч.
Жизнь младенца в обмен на создание меча. Сотни и тысячи жертв хранителей меча. Всё это создавало эту необъятную мощь. К тому же каждый из хранителей вкладывал частицу своей жизненной энергии, что и позволяло им и мне слиться с Сердцем мира.
И неожиданно мне в голову пришла одна мысль, я поняла, как мне избавить мир от проклятия меча всевластия, и при этом не навредить Лирану. У меня аж дыхание перехватило от столь дерзкой мысли, моё сердце радостно застучало, и вдруг пропустило один удар. Радоваться было еще рано, чтоб осуществить задуманное, мне, прежде всего, нужно было вернуть свой меч и, главное, заполучить в свои руки северянина. А еще мне нужно было найти «Душу мира». А где она находится, я не знала, предусмотрительный Титус спрятал камень и не сказал мне, где он. Лишь объяснил, почему нельзя соединять оба камня в рукояти меча. Он сказал, что моя жизненная энергия сольётся с кристаллами навсегда, так кристаллы восстановят свою силу, а меч начнёт искать себе нового хранителя.
Я упорно шла в гору, шаг за шагом приближаясь к конечной точке своего пути. Отбросив все мысли о дорогих мне людях, я сосредоточилась на пещере, в которой уже много часов что-то делал князь. Вокруг пещеры расположился отряд личной стражи северянина, те еще отморозки и негодяи, всего-то какая-то сотня вооружённых до зубов здоровенных мужиков. Да и в самой пещере собрались два десятка сильнейших магов Зайнара.
А я? Кроме кинжала и кристалла у меня ничего не было, да и привлекать внимание к себе раньше времени мне не хотелось.
К тому же я почувствовала более нескрываемую мощь самого северянина, оказалось, он умело строил из себя малосильного мага. Да и с Региной он, похоже, чем-то поделился, на ее теле я ощущала очень мощный амулет. Они по-настоящему спелись, похоже, князь нуждался в присутствии Регины, иначе он не стал бы терпеть ее капризов и всё более возрастающего гонора. Анжелика тоже была в пещере, но я с трудом узнала ее. Маленький, худенький заплаканный комочек жизни, погружённый в свои темные видения, она лежала в тёмном углу пещеры, завернувшись в мой плащ, и постоянно тихо бормотала что-то. Регина на неё всё время орала и требовала замолчать, а князь демонстративно не замечал этого. Он был занят. Северянин усердно изучал какие-то древние рукописи и перебирал столь же древние предметы. Особенно ему нравилось держать в руках полотно, сотканное из женских волос. Рядом с ним стояли две хрустальные чаши, это были великолепные магические сосуды, покрытые тончайшей резьбой и когда-то они, наверное, потрясали игрой света в этих узорах, но теперь они были закопчёнными и немытыми изнутри, как будто там засохла жертвенная кровь. в дальнем углу пещеры стояла клетка в которой сидел золотой дракончик. Он был источником особой магии, и найти такого стоило большого труда, и потому сам дракончик мог стоить целого королевства. В центре пещеры был возведён каменный помост, устланный белоснежной шкурой. В центре помоста лежал мой меч и как только мой магический взор коснулся его, князь вздрогнул и начал озираться по сторонам. Мне пришлось вернуться в собственное тело и открыть глаза.
Князь не мог учуять меня, но он почувствовал изменения магического поля в пещере. И если я хочу остаться незамеченной как можно дольше, мне прийтись отказаться от всякой магии.
«Значит, придётся тряхнуть стариной», — подумала я и прервала связь с «сердцем мира».
— Боже, как же я хочу есть, — сильное чувство голода и жажды набросилось на меня, и голова закружилась. Похоже, прежде чем идти спасать меч, мне необходимо было спасти себя, и помочь мне в этом должны были стражники северянина. Они как раз готовили обед, и над лесом разносился умопомрачительный аромат.
Незаметно прокравшись в лагерь, я забралась и в общий котёл, и в личные бурдюки и фляжки стражников. Пополнив свои запасы съестного и питья, я постаралась обеспечить личной охране северянина грандиозное пищевое отравление. Всего несколько капель листьев Маруки, что росла на соседней поляне, и теперь всякий, кто отведает похлёбку из общего котла, через полчаса из кустов не выберется, физически не сможет. Это растение было несмертельно, знахарки использовали его как сильнейшее слабительное. К тому же я успела накапать этого самого сока и во фляги, и в бурдюки. Как же было приятно сидеть невдалеке от лагеря, никем не замеченной, вкушать вкусную похлёбку, хлеб, колбасу, пить легкое вино и наблюдать за тем, как стражники потянулись к котлу за добавками.
«Сердце мира» снова был спрятан в мешочек, и теперь у меня постоянно возникало желание достать его и воспользоваться его мощью. Я даже пару раз нахлестала себя по щекам, чтоб избавиться от этого навязчивого желания.