Горе-напарники (СИ)

— Я ни чего тебе не должна! — было больше похоже на плевок, но говорить нормальным тоном было выше моих сил. — Марка нет и это твоя вина, папуля. Смирись!
— Золь, вернись!
Но я уже не слушала. Вскочив со своего места, схватила допинг в виде двух бутылок и рванула на второй этаж, в свою комнату. Грозный голос отца доносился мне в след, пока я не скрылась с его поля зрения. Артур, вместе с мамой, пытались его успокоить. Но я знала, что с этой задачей, так быстро не справиться.
Глаза привычно застилали слезы, а ноги уже слегка заплетались, но я решительно шла вперед. Однако пришла не к своей двери. Я стояла около спальни брата.
Тихо надавила на ручку и сделала шаг вперед. Комната почти не изменилась за эти года. Мама много раз тянула свои ручонки переделать ее под кабинет или мастерскую. Но я упорно была против, и родительница смирилась.
И хоть здесь постоянно проводили уборку, все равно было видно, что хозяин тут давно не появлялся.
Я подошла к письменному столу. На нем стояли пара фотографий. На одной были мы с Марком. Улыбались и махали в объектив. Да, я помню этот день. Хороший был день…
В одном из ящиков стола я нашла парфюм брата. Сбрызнув на запястье одеколоном, меня окутало родным запахом. И даже, если прикрыть глаза, на мгновение кажется, что он рядом. Вот пройдет мгновение, и большие горячие руки заключат в надежное кольцо из защиты и надежности.
Это было моей любимой пыткой…
Не знаю, сколько прошло времени, после того, как я расположилась в кресле у окна с подушкой и вином. Очнулась, только, когда услышала позади тяжелые шаги. На мгновение широкоплечий силуэт закрыл собой окно, в которое я пялилась все это время, и расслаблено уселся в кресло напротив.
— Хм… Ты еще тут, удивил.
Артур в ответ пожал плечами, рассматривая мое лицо в сумраке.
— Я хотел бы спросить, что это было, но…
— Но, — резко перебила я, вскинув подбородок.
Почему то, перспектива выслушать нотации о моем поведении за ужином от напарника, была не выносима. Поняла, что от него этого слышать, я совершено не хочу. Но блондин приятно удивил.
— Но, мое любопытство не повод лезть тебе в душу. Расскажешь сама, если захочешь.
Благодарно кивнула, понимая, что если бы Артур сейчас спросил, то я бы все ему рассказала. Да мне и хотелось все рассказать. Нажаловаться на все и вся, как маленькая девочка, поделиться той тяжестью, что лежит на душе.
Вот только нужна ли эта тяжесть ему? Вряд ли…
— Я предлагала тебе уйти, помнишь?
— И я сказал, почему не уйду, помнишь?
Я помнила и была благодарна. Даже просто от его присутствия становилось легче. Не так одиноко.
— Внизу удар ни кого не хватил? — спросила я, стараясь беспокойство скрыть за шутливым тоном.
Получилось так себе, если честно.
— Если это было твоей целью, — Артур глубоко вздохнул, — то я тебя растрою. Все живы и здоровы, что не скажешь о нервных клетках всех собравшихся.
Я хихикнула. Артур вдруг поддался не много вперед и заглянул прямо в глаза.
— Я не знаю, что именно произошло, но ты же понимаешь, что родители тебя любят и заботятся… как могут.
Я сосредоточилась на серых глазах, что оказались довольно близко.
— Знаешь, чья эта комната? — спросила я, неожиданно даже для себя, но ответа мне не требовалось, и я продолжила, — Тут жил мой брат, Марк.
— Который погиб при исполнении?
— Ознакомился с досье все-таки, — одобрительно хмыкнула я, — Да, он погиб. Мы с ним были близки. Даже не смотря на разницу в возрасте. Я часто нарывалась, характер такой, но Марк прикрывал, помогал. Я была за ним, как за каменной стеной. Мы понимали друг друга с полуслова. Именно он поддержал меня, когда я решила вопреки желанию отца поступать в академию. Сегодня ты видел, как отец относится к тем, кто пошел против него.
Мы немного помолчали. А мне, вдруг так захотелось высказаться. Обрушить поток своих мыслей на Артура. Почему? Может виной этот проникновенный взгляд, слабая полуулыбка на губах, или понимание в глазах. Не знаю, но отпустила себя и позволила воспоминаниям завладеть мной. Артур слушал молча, иногда хмуря брови, но не перебивал. О чем он думал, или, что он думал обо мне в этот момент, было не важно.
 
— Я пообещала Марку, что не пойду ни у кого на поводу. Я уже знала, чем хотела заниматься в жизни и дала слово, что не отступлю. Марк ушел на вызов. Конечно, мне ни кто не сказал, что это было за дело. На окраине города зафиксировали сильный всплеск магии, как я потом узнала. Вызвали спецгруппу. Выжил из них только один, он потом и рассказал, что на месте они увидели много трупов, лежащих по кругу, а в центре огромную воронку. Когда ребята решили пробиться свозь чужую магию, раздался взрыв. От спецгруппы остался один выживший и ворох обугленной одежды.
Я замолчала, чуть пошатываясь, поднялась на ноги. В глазах все расплывалось, и виной этому было не только выпитое вино. Постаралась не заметно смахнуть предательскую слезу. Не хочу плакать. Не уже ли за восемь лет у меня еще не кончились слезы?
— Ты обвинила в этом отца? — задумчиво спросил Артур.
— Они исчезли, — глубоко вздохнув, выпалила я, — Одежда была почти не тронутая, должно было остаться хоть, что-то. А еще. Во время взрыва, выживший стоял ближе всех к воронке. Но у него не обнаружили и царапины. Хранителей искали потом, отряд возглавлял отец. Он же отменил поиски через неделю, объявив всех погибшими.
— Ты думаешь…
Я резко повернулась к Артуру, не дав ему договорить.
— У нас был шанс их найти, — с горечью проговорила я, не произвольно повысив голос. — Мы могли найти Марка. Но отец бросил его, возможно тогда, когда он нуждался в помощи больше всего. Предпочел захоронить пустой гроб, чем продолжать искать. А теперь, он при каждом удобном случае, вымещает на мне злость, что остался без наследника, да за свою ошибку и беспомощность.
Бросив взгляд на Артура, я вдруг поражено замерла.
В комнате горел один лишь ночник, создавая полумрак. И сейчас я видела, как волосы мужчины искрят. Руки напряжены, губы сжаты в тонкую линию. Артур явно ушел глубоко в свои мысли и не замечал изменения в своей внешности. Ну а мне это было только на руку. Я бессовестно залипла на мужчину.
Вот не зря всегда обращала внимание на его волосы. Считала их странными. Сейчас прическа напарника искрила в тусклом свете серебристыми искрами, завораживая своей красотой и тайной. Я почувствовала силу, что стала кружить вокруг мужчины. Она набирала обороты, окутывая его словно в кокон. Но Артур этого, кажется, совсем не замечал.
Не сводя глаз с его макушки, хотела подойти и взглянуть ближе, даже руку протянула, что бы ухватить не послушную прядь, но не рассчитала количество выпитого.
Ставшие слабыми ноги, подкосились, запнувшись о ножку кресла, и я со всей присущей мне грацией мешка с картошкой, начала заваливаться на Артура.
Нужно признать, реакция у него была хорошая. Крепко схватив меня за талию, напарник не дал мне перевалиться через него и пропахать носом пол. Поэтому я благополучно устроилась у него на коленях, но даже не заметила этого. Все мое внимание было сосредоточенно на необъяснимом явлении у него на голове.
— Что это за болезнь такая? — спросила удивленно, схватив наконец-то желанный волос.
Устроилась на коленях удобнее, облокотившись на плечи замершего мужчины. Он даже дышать перестал, но я этого и не заметила. Все мое внимание было сосредоточено на добыче. Послышалось деликатное покашливание.
— Тшш…
— Золь?
— Отстань, — я отмахнулась от напарника второй рукой, пальцы которой сжимали, что- то металлическое.
 
Ножницы? Но откуда?
Посмотрела вопросительно на Артура, словно он мог лучше знать, откуда у меня в руках маникюрные ножницы. Наткнулась на укоризненный взгляд в ответ. Стало стыдно, но не на столько, что бы угомониться.
Растянула губы в самой широкой улыбке, на которую была способна.
— Артур, — протянула я.