Академия (СИ)

Да плевать на Леграса! Плевать на все! Я сам себя уважаю. Дал слово — держи. И самого себя обмануть невозможно — это Леграсу можно втюхивать, что ты задержался в городе после полуночи и потом совершенно случайно прогуливался по улицам, дожидаясь, когда откроются воротам Академии. И мне попались на дороге несколько грабителей — совершенно случайно. Вот как-то так.
А ботинок все висит в воздухе! Силен я стал! Даже не думая это делаю! Интересно, может дорасту до уровня древних магов-строителей? Они, судя по историческим хроникам, могли переносить с помощью магии огромные каменные блоки весом в несколько тонн. Конечно ботинок это не каменная глыба, но ведь все с чего-то начинали!
Мысли мои прервал бодрый, нетерпеливый стук в дверь. Я даже едва не вздрогнул — кто это может быть? Неужели и правда Хельга? И что мне с ней делать? Нет, ну так-то я знаю, что с ней можно было бы делать…если бы она…в общем — сейчас ей точно не до близкого общения. Да и я, человек хоть и не брезгливый, предпочитаю женщин в нормальном состоянии. Опять же — перепачкаешь постель, и буду потом как дурак отстирывать простыни под взглядами других курсантов. Да и папаша ейный грозится костлявым пальцем как в том фильме-сказке: «Дол-жооок!»
Все это мелькнуло к меня в голове буквально за одну секунду. Я потерял концентрацию, ботинок с грохотом свалился на пол, а меня подбросило с кровати будто стальной пружиной. Вот только что валялся расслабленный, и…бах! Я уже на ногах.
Иду к двери, открываю. В дверном проеме довольная, хитрая мордочка Хельги, за ней маячит другая девушка — остриженная тоже коротко, как и принято у курсанток (я узнал, им разрешено волосы длиной максимум до плеч, а лучше мальчишескую прическу). Присмотрелся — девушка очень даже симпатичная, можно сказать — красивая. Но…ее личико портила безобразная россыпь прыщей, с особо крепкой концентрацией на лбу, щеках и подбородке. Казалось — ее забрызгали красной краской.
«Красномордая какая!» — тут же подумалось мне, но больше подумать не получилось. Все информационное пространство оккупировала Хельга.
— Привет, Син! Приглашал ведь меня! А я хочу тебя познакомить с моей подругой! Это Фелна! Лучшая ученица! И в науках лучшая, и в единоборствах! Ну что, пригласишь нас? Чего застыл, как статуя?! К тебе девушки пришли, а ты даже не шевельнулся! Нет бы под ручку взять, эту самую ручку поцеловать, усадить девушку! Ну, чего таращишься? От нашей красоты язык проглотил? Эй, Син, ты чего?
— Можете меня называть просто Петр — выхожу я из ступора — А садить вас особо и некуда. У меня только один стул. Можете сесть на кровать.
— Только дверь на защелку не закрывай! — хихикнула Хельга — Вдруг ты ненормальный, до девушек слишком большой аппетит имеешь? Бросишься на нас, и начнешь! А мы должны иметь возможность от тебя убежать!
— Во-первых, я и в самом деле имею большой аппетит на девушек — серьезно говорю я, пока девушки идут по комнате, глядя по сторонам (и на что тут глядеть?!). Во-вторых, если я захочу, вы от меня не убежите. Даже если будете очень стараться (ну да, конечно! — хихикает Хельга). В-третьих, без желания девушки я никогда не совершу никаких действий сексуального характера по отношению к ней. И в-четвертых…не могла бы ты подробнее рассказать, что именно я брошусь и начну? Ну, чисто чтобы знать — чего с тобой делать нельзя, а чего ты любишь…
— Видала? — Хельга хихикает, поворачиваясь к своей подруге, которая в добавку к своим прыщам еще и зарумянилась так, будто я и в самом деле собрался уложить ее в постель. Кстати…а ведь и уложил бы. И черт с ними, с прыщами! Глаза закроешь, и…в общем-то они все устроены одинаково. Ну…девушки эти. А я без девушки сколько уже времени! То было работал племенным жеребцом, а то — полностью лишен женского общества. Контраст слишком уж сильный.
— Вот такой этот Син! — обвиняющее тычет в меня пальцем Хельга — Думает, что если он такой смазливый мальчик, то может ляпать все, что угодно!
И тут же, абсолютно без перехода Хельга заявляет:
 
— Можешь ее полечить? Ну…прыщи убрать?
Фелна дергается, будто собираясь убежать из комнаты, а Хельга прет дальше, как атомный ледокол, для которого ряды рыбацких палаток лишь мираж, ничего не значащий в процессе продвижения по морю. Эх, и бесцеремонная девица! Пороли ее мало. Или вообще не пороли.
— Мне нужно ее осмотреть — говорю я спокойно и подхожу к Фелне. Та едва заметно отшатывается, но видно, что делает над собой усилие и остается на месте. Я нарочито медленно протягиваю руки, кладу ладони на скулы пациентки. Фелна вытаращивает глаза, похоже что едва не падает в обморок (или мне кажется?), но сидит на стуле прямо, не визжа и не выкрикивая что-нибудь вроде: «Убери свои грязные руки, воркское отродье!» Похоже, что ей и в самом деле крепко приспичило. Да кто бы сомневался — только глянуть на эту корку из прыщей, представить себе, что она чувствует, и…
Смотрю ауру. Хмм…что-то у нее с обменом веществ, это точно. Что именно — я не знаю. Наверное такая же картина наблюдается по всему телу. Интересно, у нее вообще-то есть парень? При таком вот состоянии дел?
Тихонько воздействую на ауру, пытаясь погасить красное свечение, и с досадой констатирую, что так называемую «ману» из меня это воздействие начало качать, как насосом! Что это у нее с организмом такое? Любое воздействие магией буквально блокируется, будто пуля броней! Все, что я смог — немного уменьшить количество прыщей на ее личике. Теперь оно не в красной корке, но…россыпь никуда не делась. А я честно сказать слегка подвыдохся.
— Смотри! Смотри! Меньше стало! — радостно завопила Хельга, а я недовольно на нее прикрикнул:
— Ну-ка, помолчи!
Девушка от неожиданности даже поперхнулась, но и вправду замолчала — сделалась хмурая, недовольная. Ну а чего ты хотела? Вот же сорока — стрекочет, стрекочет…
— Я так понимаю, что к лекарям ты обращалась? — устало опускаюсь на кровать.
— Обращалась, и не к одному — ощупывает лицо Фелна. Она и правда красивая девчонка, так что такое с ней случилось?
— Скажи…а когда у тебя началось? Ну…прыщи пошли?
— С первой кровью — после паузы отвечает девушка, и тут же смотрит на меня взглядом овечки. Глаза наполнены слезами, и я Фелну прекрасно понимаю. Мне, парню, и то было бы неприятно — с такой-то физиономией ходить. А уж девушке…
— Ты можешь вылечить? — спрашивает Фелна после небольшой паузы — Я заплачу! Мой отец очень богат, он владеет солеварнями, а еще — у него рудник, где добывают медь. И еще много чего. Он тебя щедро вознаградит!
— Вообще-то курсантам запрещено брать плату с курсантов — мягко, с сочувствием отвечаю я — И вообще заниматься врачебной практикой.
— А я?! А как же мне?! — не выдержала Хельга — Меня-то лечил?!
— Да что там лечил? — усмехаюсь я — Пару прыщей? Тут совсем другое дело. Тут за один сеанс не справиться. Десяток сеансов, не меньше, а то и больше. Притом что я при этой работе выматываюсь так, что хоть падай и сразу спи! А скоро занятия начнутся, и что тогда? Мне сил не хватит ее вылечить. Вернее — хватит, но я буду вялым, как тряпка. Не до занятий!
— Хельга, выйди, пожалуйста! — Фелна смотрит на подругу, а та обиженно поджимает губы — Прошу, ненадолго!
Хельга разворачивается, и выходя демонстративно хлопает дверью. Фелна дожидается, когда Хельга выйдет, выжидает еще секунд двадцать. И решительно подойдя в дверь толкает ее что есть силы! Слышится крик, невнятное бормотание (ругается!), Фелна довольно ухмыляется и снова прикрывает дверь, уже закрывая ее на задвижку. Поворачивается ко мне и тихо говорит:
 
— Что ты хочешь? Денег? Никто не узнает, что я тебе заплатила!
Молчит, смотрит на мое каменное лицо, и наконец, решается:
— Хочешь, я буду с тобой спать? Каждый день, пока лечишь! И еще месяц потом! Два месяца! Три! Что еще ты хочешь за лечение? Ведь ты может вылечить, так?
Я посмотрел на девушку, помолчал, пожал плечами:
— Ты красивая девушка. И я бы с удовольствием лег с тобой в постель. Прямо сейчас! (Порозовела, бросила взгляд на кровать). Но я так не хочу. Чтобы мне платили телом за мои услуги? Гнусно это. Неправильно. Теперь насчет денег. Обязательно вылезет. Та же Хельга разболтает! И меня обязательно накажут. И деньги отберут. А оно мне надо?