Академия (СИ)
Нормальный человек не будет раздувать в себе искры ненависти. У него и без того слишком много дел — хороших дел, правильных, приносящих людям добро. Мастер учил людей защищать себя, свою семью, своих близких. Учил телохранителей, которые дорого ценились на рынке услуг, потому что они всегда исполняли свой долг — чего бы это им не стоило. И это было хорошим делом. То же, что творила «Лига Чистоты» было нехорошо. И Мастер надеялся, что когда-нибудь власть все-таки обратит свой взгляд на эту организацию.
Он посетил пару заседаний «Лиги». Больше не смог. Вся риторика этих людей сводилась к тому, что во всем виноваты проклятые ворки, а еще — слабый Император, который не расправляется с ворками должным образом, позволяет этим тварям жить в стране и пить кровь ее подданных. Дело дошло до того, что члены «Лиги» стали на полном серьезе рассуждать о том, что пора бы и сменить этого Императора, поставив на его место человека умного, дельного, ратующего за чистоту крови. Надо полагать самого Элрона — судя по речам его соратников.
Больше Мастер на заседаниях не появлялся. Он вообще нечасто выходил из Школы — ему просто нечего было делать в миру. Люди злы, скучны, банальны и коварны. Только звон клинков, только холодная сталь всегда честна.
Заседание «Лиги» должно было пройти сегодня вечером, если только график этих заседаний не изменился. Они проходили каждую неделю, заканчиваясь дружескими посиделками с бокалом вина в руке. Мастер посетил и эти самые посиделки, и там ему было откровенно скучно, и даже неприятно — рассказы: «А помнишь, как я выпотрошил этого ворка?! Вот у него глаза тогда сделались — как у кота, который гадит!» — вызывали у него абсолютное отвращение. Ну как можно хвастаться ТАКИМ делом?! Как вообще можно вспоминать то, что они творили на войне?! Нормальный человек никогда не рассказывает о своих военных подвигах, и тем более — о том, как он карал несчастных мирных ворков за то, что они просто существуют на белом свете и думают немного иначе, чем он.
Мастер вздохнул, сунул меч за пояс в специальный захват. Так он держался чуть наискосок, прямо под рукой — опустил руку, и вот она, рукоять. Клинок ничем не украшен, кроме почти незаметных зазубрин на лезвие, оставленных клинками врага. Сталь на сталь! И это честный бой. Он всегда умел ответить сталью на сталь, и всегда побеждал. Ибо у него был Дар — Мастер умел убивать, как никто другой. Может потому он и не любил вспоминать о том, как делал это на протяжении десяти лет? К чести его — он не убил ни одного мирного человека — только тех, кто пытался его убить. Как и положено настоящему воину.
Да, власти давно пора заняться этими людьми, «лучшими людьми города». Иначе все это выльется в полноценный заговор — гнойник назрел! Вот только Мастер не тот человек, который будет писать доносы. Он не каратель, и не доносчик. Воин, и больше никто! Старый воин…
Эльдо проводил занятия и склонился, увидев учителя. Поклонились и все, кто сейчас находился в зале. Поклонился и Мастер. Как Ученик уважают Учителя — так и учитель уважает Ученика. Этой истины Мастер придерживался всю жизнь.
Он поманил Эльдо в сторону, и тот отошел вместе с ним, удивленно разглядывая старый майорский мундир, который почему-то надел Учитель. Мундир сидел на Мастере как влитой, хотя прошло уже много, очень много лет с тех пор, как Мастер его надевал. И оружие! Он был вооружен так, будто сейчас пойдет в битву!
— Вот, держи — Мастер сунул Эльдо два конверта — Этот тебе. Откроешь, если…если со мной что-то случится. Тихо! Молчи! Я уже стар, со мной все может случиться — в любой момент. Так что я хочу, чтобы ты был защищен. Иначе Школа перейдет в ведение муниципалитета, ведь наследников у меня нет. Да, ты понял — тут завещание, заверенное по всем правилам. Ты мне был сыном все эти годы, и кому я могу завещать школу и мои деньги, как не тебе?
Мастер помолчал, посмотрел в глаза потрясенного услышанным ученика, и продолжил:
— Этот конверт…в общем, придет к тебе парень…лет семнадцати, худощавый…очень красивый, большеглазый. Он никак не назовется, и только спросит — есть ли для него письмо. Ты отдашь ему это письмо. Ты сделаешь так, как я тебе сказал. Понял меня?
— Понял. Учитель… — Эльдо снова поклонился — А могу я узнать, куда ты собрался? И зачем тебе оружие?
— Улицы города неспокойны — усмехнулся Мастер — А я уже стар, и не могу так же эффективно как в молодости защищаться без оружия. Вот и вынужден носить с собой меч.
— Мне кажется…для этой цели было бы достаточно и кинжала, учитель? — осторожно заметил Эльдо — Неужели для уличной шпаны тебе нужен боевой меч?
Мастер ничего не ответил. Он посмотрел в глаза ученику, шагнул к нему, и крепко обнял за плечи. Потом оттолкнул и приказал:
— К делу! Ученики тебя заждались! Успехов, Мастер Эльдо!
Повернулся и решительно зашагал к выходу.
***
Заседания всегда проходили в доме Элрона — каждый последний день недели. На них съезжались все «лучшие люди» города — в основном дворяне, но были и богатые купцы и промышленники. Не все, конечно, но лучшие. Потому что само собой понятно — те, кто тут не присутствовал, не были лучшими людьми. Элита — вся здесь.
Вот и сегодня перед воротами стояли десятка два карет — все блестящие, дорогие, с вензелями на дверцах, и без вензелей. Богатые люди, это точно. Мастер не любил показухи. Он мог бы себе купить карету, и не одну, но не собирался этого делать. Достаточно извозчика, чтобы отвез куда надо. А если уж понадобится ехать далеко, в неурочный час — можно оседлать лошадь. Конюшня у Мастера имелась — телохранитель, воин, должен уметь ездить на лошади, и не просто ездить — но и на ней сражаться. Потому на заднем дворе Школы имелась большая площадка для воинских упражнений — в том числе и конных.
Мастера пропустили без проблем — привратник, охранники — все его знали. Впрочем — как и весь город. Кто не знает Мастера Школы «Хенель»? А уж в доме Элрона он бывал не раз, и не два, хотя и не любил здесь бывать. Все-таки ведь друг сына, память…неудобно отказать, если приглашают.
Заседание шло полным ходом. В большой комнате сидели на стульях человек сорок, или больше — вероятно кареты гостей стояли и на территории поместья, потому Мастер их не заметил. Он тихо прошел в зал, нашел взглядом свободное место и сел, прислушиваясь к тому, что говорит Элрон. А он, как понял Мастер, рассказывал о каком-то ворке, который подло напал на сына полковника и страшно его изувечил. И что полковнику пришлось отправить сына на лечение и отдать огромные деньги, чтобы сынок не остался уродом на всю оставшуюся жизнь.
— И что, я должен оставить это преступление безнаказанным?! Как вы считаете, братья?! Мы всегда говорили о том, что от ворков, как от зараженных дурной болезнью шлюх, всегда исходит опасность! И я вам говорил, что нужно переходить к более активным действиям! Нужно убивать ворков везде — где встретил его, там и убей! Хватил миндальничать с этими грязными животными! Хватит терпеть засилье этих тварей! Они даже рабами неспособны быть — ибо тупы и грязны, как и все их поганое племя!
— Полковник, а разве ваш сын не был искалечен в честной дуэли? — подал голос мужчина, сидевший чуть поодаль, у стены — Мне рассказывали, что все было по правилам.
— Какая может быть честная дуэль с ворком?! Да еще и с ворком-колдуном?! — лицо полковника исказилось, покраснело, стало некрасивым и злым — Не собирайте глупых сплетен! Мой сын был подло искалечен, и виновный должен быть наказан любым, я повторяю — любым способом!
И тут полковник заметил Мастера. Лицо Элрона расплылось в улыбке, он действительно был рад видеть старика. Такого известного человека, практически городскую легенду! Хозяина лучшей бойцовой школы в городе, а возможно и во всей Империи.
— Посмотрите, кто к нам присоединился! Наконец-то! Мастер, я очень рад видеть вас в нашем обществе!
Все обернулись к Мастеру, он же сидел молча, ни жестом, ни звуком не показав, что слышал слова хозяина дома. Потом Мастер встал и пошел к Элрону, аккуратно обходя разглядывающих его во все глаза гостей.