Невеста для Тёмного Лорда (СИ)

— У нас нет души, — сказал, как отрезал Соломон, хватаясь за голову обеими руками. Он зажмурил глаза, переваривая услышанные новости.
— Есть, — тихо сказал Авраам, и тогда Соломон окончательно сдался, сев на стул.
Я не стала дожидаться разрешения дядьки, чтобы выйти из-за укрытия, а рванула к любимому. Тёмный Лорд подскочил и заключил меня в свои крепкие объятия, в которых я чувствовала себя любимой им.
— Анна! — закричал Авраам, но не успел схватить меня за руку, потому что мой муж успел переместить нас в пространстве подальше от своих родных. На Землю, в то самое кафе, где мы впервые встретились и где началась наша сложная история любви...
ГЛАВА 30. Анна
— Ты же сказал, что это невозможно, — тихо прошептала я, отходя от Соломона.
Мы смотрели друг другу в глаза, не замечая кругом обстановки, в которой по-прежнему кипела жизнь. Та же официантка, разносившая заказанные блюда, те же люди, и даже несколько моих коллег, восседающих в дальнем углу в укромном местечке.
— Соломон, ты обманул меня, да…, — мой голос надломился, потому как подступил ком к горлу.
Сейчас мой Лорд принял человеческое обличие, и выглядел крайне усталым от перенапряжения. Удивительным было и то, что я не чувствовала никакой боли, которая прежде разрывала мое сердце на части. Соломон нахмурился, опустив глаза в пол, виновато кивнул, сжав в тонкую полоску побледневшие губы.
— Прости меня, — так же тихо ответил он, взглянув лишь раз. — Я боялся, что ты никогда не согласишься полюбить меня. Хотя бы попытаться полюбить меня. Это было единственное, что тогда казалось верным в решении солгать тебе. Перемещение возможно в любое время, вопрос только в другом, как сильно оно могло влиять на нас обоих. Эти люди пока нас не замечают, Аня, — Соломон обвел рукой небольшую комнатушку, обращая мое внимание на обедающих людей. — Только скажи, и я сделаю так, как того хочешь ты, — голос мужчины надломился, и он виновато улыбнулся, смягчая свою правду.
— Я даже не знаю, что ответить на это, — он действительно меня дезориентировал. Я замешкалась, обняв саму себя. Почувствовала себя не просто обманутой, а скорее преданной, ведь я действительно думала, что обратной дороги домой нет. Смирилась ли я? Да! Отчаялась? Нет! Но я полюбила Соломона всем сердцем, и забыть его, станет еще больнее и невыносимее. Я все равно буду ощущать его присутствие, ведь и сам Тёмный Лорд испытывал ко мне чувства. Глубоко выдохнув, я приняла для себя решение: — Ты – мой муж. Сам сказал, что даже здесь на Земле договор о браке будет действительным. Так ведь?  
— Так, Аня, — мягко ответил Лорд. — Но у нас не было брачной ночи, а по законам Царства, если у нас не было ночи любви, то и брак аннулируется ровно тогда, когда красная луна обретет свое нынешнее состояние.
— И сколько у нас времени? — осторожно задала ему вопрос, ощущая вибрации внизу живота, словно трепыхающиеся крылышки бабочек. Вопрос интимной части меня безумно волновал, для меня этот опыт будет впервые. Соломон по-дьявольски взглянул на меня, одаривая прищуренным взглядом черных глаз.
— Неделя. Земная неделя, моя королева, — Лорд был спокоен, но я знала, что он так же, как и я переживал.
— Значит, время еще есть.
— Для чего? — нахмурился он, недоумевая от моих коварных замыслов.
— Позже узнаешь, — подмигнула я. — Итак, каков сейчас план?
Соломон переминулся с ноги на ногу, заставив меня занервничать. Что-то подсказывало мне, рано я сделала поспешные выводы, будто Лорд будет только моим. Под ложечкой засосало, когда Соломон сделал шаг ко мне и прикоснулся ладонью к моей щеке, одаривая теплом, лаской и безграничной любовью. Я опешила, раскрыв рот, чтобы оборвать его мысли, о которых догадывалась, но…
— Я не смогу здесь задержаться, Аня…, — Лорд был сдержан и не многословен.
— Ты обещал…, — засопротивлялась я, чувствуя себя реально убитой. Словно прямо сейчас меня лишили души, которая сражалась за нас двоих. — Соломон, ты же сказал… Господи, скажи, что ты не собираешься меня просто так взять и бросить?! — практически воскликнув вопросом свое переживание и страх, я впилась взглядом в лицо мужчины. Его щеки, покрытые парудневной щетиной, напряглись, но Лорд молчал. Он не лукавил и не лгал мне, что не просто так вернул обратно на землю.
 
— Тут ты в безопасности, Анна. Я совершил ошибку, когда привел в свой мир. Азада все еще жива, и поверь, она найдет способ продолжить мстить за то, что я выбрал тебя.
— Ты выбрал меня, потому что полюбил и наши судьбы связаны! Разве не так, Соломон? — отчаянно закричала я, ощущая, как сердце обливалось кровью от предстоящей потери любимого… навсегда. — Да бог с ней – с Азадой, да со всеми врагами, кто нам посмеет помешать. Я ведь люблю тебя, Соломон. Неужели этого мало?! — схватившись за его рубашку, я скомкала ткань в обеих руках, не желая отпускать мужчину. Глядя на него, чуть задрав голову, я надеялась услышать все, что угодно, но только не абсолютное молчание. — Не поступай со мной так, пожалуйста… Соломон, черт возьми! Не молчи!
— Опасность есть, Аня. Я не смогу простить себя, если с тобой что-нибудь случится. Гоблины уже прознали о тебе, но сюда – на землю, им дороги нет. Они мертвы и переродиться уже не смогут никогда. Демоны не захотят устраивать бунт, потому что, нарушив границу, они навсегда потеряют защиту от Хранителей. Здесь, дома, ты в безопасности. Любимая…, — с хрипотцой Соломон приобнял меня, притянув к себе в крепкие объятия. Такие родные и такие чужие… — Это лучше, чем навсегда потерять тебя. Другого выхода нет.
— Выход всегда есть, но ты не предлагаешь другого выбора мне, — сокрушенно ответила я, словно смирилась с его практически прозвучавшей просьбой. Замотав головой, я закрыла глаза и лбом уперлась в стальную грудь Соломона: — я ведь не смогу забыть тебя. И не смогу начать жизнь сначала, зная, что мое сердце раз и навсегда осталось там, где будешь ты. В другом мире, измерении… не знаю, какое лучше слово подобрать. Но сам факт, я буду на земле несчастной, а ты в Царстве своем. Тебя заставят жениться на другой демонице, ведь…
— Не надо продолжать, Аня, — коснувшись моего подбородка, Соломон побудил меня поднять взгляд на него. Я постараюсь запомнить каждую его частичку и морщинку на лице, особенно – глаза, в которых бездна полна любви ко мне. И та боль, что мучала его при выборе из наилучшего варианта событий для нас двоих, теперь навсегда запечатлеется в моих собственных. В моей памяти. — Никто не заставит меня жениться на другой. Таков мой выбор.
Соломон поцеловал меня в лоб, и я поняла, что так он прощался со мной. Зажмурив глаза, я не ослабляла хватку, и отчаянно замотала головой, не готовая отпускать мужчину.
— Нет. Нет! Нет, Соломон! — голос охрип от моего всхлипа. — Так нечестно! Мы оба должны решать, не только ты! Ох…, — это окончательно подорвало во мне веру в лучшее. Снова вдохнув полной грудью, я прошептала: — Если ты собрался бросить меня, то у меня только одно условие, — Соломон вздернул бровью, а потом торопливо закивал.
— Если хочешь удалить меня из памяти, — предположил он.
— Не смей со мной этого делать, — мгновенно пригрозила ему, и Соломон замолчал.
— Я хочу, чтобы эту ночь мы провели вместе. Только ты и я.
— Тогда договор состоится, Аня, и ты навеки станешь моей женой, — осторожно напомнил мне об условиях.
— Мне все равно, но лучше навсегда стать чей-то, чем остаться с разбитым сердцем и краденой душой. Большего я не прошу, лишь ночь…
— Анна…, — Соломон прошептал мое имя, затем обвил своей ладонью мой затылок и сам склонился, захватывая в плен мои губы.
 
Наш поцелуй стал горьковато-сладким, пропитанный ядом расставания и безысходности. По мере усиления нашей страсти, нашего взаимного вожделения, я понимала, что совершала ошибку – мне будет мало лишь одного мгновения, и позже я захлебнусь в слезах и более к себе не допущу никого. Как больно полюбить того, кто не может принадлежать тебе. Любовь слишком сильное чувство. Оно способно не только окрылять и вести на безумно-отважные поступки, но любовь способна уничтожить все, и веру, и надежду, и само чувство. Теперь я поняла, почему в мире Соломона демоны отказались от любви – именно она убивает и заставляет на глазах слабеть. Но… разве без этого чувства можно прожить весь остаток своей жизни, ведь все самое прекрасное рождается только благодаря ей.