Бандитский причал (СИ)
Маленький Даниэль в яркой курточке и теплых штанишках бегает по парку с другими малышами из приюта. Улыбается. Волосики выбиваются из-под шапочки. Карие глазки, точно как у родного отца… Дикая тоска сдавила грудь. Нельзя его забирать, никак нельзя. Догадается мачеха, чей сын.
Слезы обожгли глаза и покатились по щекам. Боль разлуки рвала душу в клочья. Как же хотелось прижать к сердцу Даниэля! Послушать его лепет, целовать маленькое личико, ручки…
А что бы только она не отдала за еще одну встречу с его отцом… пусть мимолетную, обжигающую. Коснуться едва ощутимо его колючей щетины, заглянуть в глубокие карие глаза…
Прижаться всем телом к его груди, вдохнуть давно забытый запах его кожи, и провалиться в небытие.
"Когда-нибудь я заберу Даниэля домой. Мы обязательно заведем собаку, которую он так просил. Каждые выходные мы будем гулять в парке, и мой малыш сможет смело называть меня мамой. Даже если его родной отец от нас откажется, я все равно буду счастлива. Ведь рядом будет мой маленький сын…"
Глава 7. Даша
Утром в телефоне Даши материализовалась подруга — модель Зая, с которой накануне снимали рекламу духов для торгового дома.
Дарья как раз только выбралась из ванной. Завернувшись в полотенце, готовила завтрак. Вишневый йогурт, любимые хлопья, крепкий кофе и немного фруктов. Что может быть вкуснее и полезнее?
— Дашуль, у нас тут вечеринка намечается. Так, небольшой сабантуйчик в баре. Не хочешь повеселиться?
Дарья немного подумала и согласилась.
Отчего бы не выпить? Гонорар уже отработан, можно немного расслабиться.
— Хочу, конечно.
— Ну, мы с Адамом за тобой заедем. К шести вечера будь готова. Оторвемся по полной!
— Хорошо, буду готова, — согласилась Даша.
К шести вечера навела марафет — яркий макияж, волосы собраны в высокий хвост, платье с глубоким вырезом из последней модной коллекции. Сапожки на высоком каблуке, норковая шубка, яркая помада. Веселиться, значит, веселиться.
Адам и Зая заехали за ней ровно в шесть, и скоро оранжевый автомобиль Адама, минуя пробки, катился по вечерней Москве в сторону ночного клуба.
Яркий зал в красных тонах — диваны, торшеры и даже салфетки — рассчитан на тех, кто пришел выпить и покурить кальян.
Зая и Адам, не раздумывая, заказали кальян и по коктейлю.
Дарья опрокинула в себя половину коктейля сразу. Затянулась кальяном. Выпустила дым. Освежает.
Коктейли быстро закончились. Адам подозвал официантку, попросил повторить.
Крепкие коктейли быстро окутывали разум приятной слабостью. Зая потянула Адама на танцпол — туда, где одиноко танцевала свой танец вульгарно одетая блондинка.
Дарья втянула в себя ароматный дым кальяна. Выпустила дымящуюся струйку, подняла голову и обомлела. Несколько мужчин кавказской внешности в добротных костюмах и пальто прошли через зал и скрылись за дверью без надписей. Среди них был он, Ворон. Она бы никогда его ни с кем не спутала. Тщательно подстриженная борода, которой раньше не было, пронзительный взгляд глубоко посаженных карих глаз, черные, как смоль волосы… Он, и никто другой скрылся за дверью следом за кавказцами.
Дарью обожгло. Руки мелко задрожали. Сердце заколотилось у самого горла.
Не удержалась, подозвала официантку.
— Скажите, а те мужчины, кто они? — подсовывая девушке хрустящую купюру, поинтересовалась у нее Даша.
— Это хозяин клуба и его клиенты. Обычно обсуждают бизнес.
— А нельзя… попросить передать записку одному из них?
— Вам жить надоело? — насмешливо взглянула на нее официантка. — Они же без тормозов все, как один, а вы красивая. В машину запихнут, никто не найдет.
Даша нервно сглотнула. Правду говорит официантка. Да только желание увидеться с Михаилом сильнее инстинкта самосохранения.
— Все же, если получится, передайте записку одному из них, у него борода и карие глаза. И рубашка черная под пальто…
— Они все с бородами, девушка.
— Его зовут Михаил. Он русский. Если передадите, я дам вам еще одну купюру.
«До завтра я буду по этому адресу. Буду ждать тебя. Нам есть, о чем поговорить. Дарья» И черкнула адрес съемной московской квартиры.
Усмехнулась официантка, но взяла записку, которую состряпала смелая Даша на алой салфетке с золотистым тиснением.
— Если удастся подсунуть, когда понесу им напитки, можно считать, вам повезло. Но я бы не рассчитывала на такую удачу.
Принесли еще коктейли. Зая и Адам потащились на танцпол.
Даше было не до веселья. Сидела за столиком на фоне красного интерьера, ни живая, ни мертвая. Нервно сжимала красную салфетку в надежде, что повезет.
«Зачем я ищу с ним встречи? Ну, зачем? Он же забыл меня давно…»
Коктейль подогревал распаленный разум, и сердце сходило с ума от того, что там, за дверью сидит он — Миша. Живой. Целый и невредимый.
Официантка понесла в кабинет хозяина клуба дорогой виски и бокалы. Даша вцепилась красивыми пальцами в бокал с коктейлем.
Сердце застучало гулко-гулко у самого горла. Краска прилила к лицу.
«Что же я наделала? Зачем только записку передала?» — испуганная до смерти своей помешанной на коктейле смелостью, сокрушалась она.
Казалось, вечность не было официантки из-за двери. Потом выскользнула, уже с пустым подносом.
Дарья не выдержала, бросилась на свежий воздух. Встала у входа в бар, накинула норку на хрупкие плечи и закурила.
Медленно вышла следом за ней официантка. Тоже прикурила.
— Передала, — скользнула хищным взглядом по Дарье.
— Он… взял? — вырвался из горла хриплый вопрос.
— Тот, что в черной рубашке был, да. Взял.
Даша полезла в сумочку, вытащила из кошелька еще одну хрустящую купюру.
— Вот, возьмите, спасибо.
— Да, пожалуйста, обращайтесь… — усмехнулась официантка. Купюра исчезла в кармане униформы, и она скрылась за дверью.
— Дашка, вот ты где! — вывалились из клуба пьяные Зая и Адам. — Поехали отсюда, тут мрачно! Лучше на хату! У Адама есть отличные напитки в баре. Еще друзья подтянутся. Зажжем!
— Нет, я домой, — скользнула по друзьям напряженным взглядом Даша. — Подбросите до метро?
— Что за глупости? Ночь на дворе, какое метро?! Подбросим до подъезда.
К клубу подтянулся друг Адама Кирилл.
— Я еще трезвый, могу вести машину! Куда едем? — скользнул по Даше слащавым взглядом он.
— Меня домой, — натянуто улыбнулась Дарья.
— Ну, я так не играю… а как же танцы, беспорядочные половые связи? — надулся Кирилл. — Динамщица!
— Ладно тебе, я уже Кристине позвонил. Подхватим ее по дороге, — раздраженно махнул Адам рукой в сторону упрямой Даши.
— Вот уж спасибо за одолжение, — передернула плечами она и покрепче закуталась в норку — прохладный ночной воздух и легкий мороз давали о себе знать. Нырнула в машину друзей, на заднее сидение, и скоро оранжевый «Фольксваген-поло» понесся по улицам Москвы.
…Она ждала его до самого утра. Так и не сомкнула глаз. Все прокручивала в голове предстоящий разговор. О сыне, который остался в Париже, о стервятниках мачехи, которые держат ее под прицелом из-за огромных денег. Даше казалось, что вместе они смогут придумать выход из того жуткого положения, в котором оказались. У них получится избавиться от Елены Ховански и ее неуемной жадности, а главное — сына можно будет забрать домой.
Михаил не пришел.
Даше казалось, что она в одну ночь вспыхнула ярким пламенем и сгорела дотла. В душе не осталось ничего. Только черный пепел.
Неужели решил не ворошить старые раны? А ведь она так хотела сказать ему про сына. На миг поверила, что счастье близко. Что они заберут Даниэля домой вместе с собакой, которую собирались купить мальчику пожилой Антуан и его жена Петра. Но нет. Лишь больно обожглась.
На рассвете Даша покинула свою съемную квартиру. Крепко сжимая ремешок дорожной сумки, села в такси, и машина понеслась в аэропорт. Она возвращалась в родной город, унося с собой пепел несбывшихся надежд.