Да что вы знаете о настоящих принцессах? (СИ)

— Я, разумеется, могу предоставить вам уже имеющиеся в моем распоряжении сведения, но должен предупредить, что преждевременная широкая огласка может свести на нет достигнутые к этому моменту успехи…
Принцесса и маркиза высказались одновременно.
— О широкой огласке речи не идет!
— Мальчик мой, о каких успехах вы говорите?
Мистер Хагер захлопнул рот и умолк, исподлобья уставившись на обеих. Лорд Палмсбери решил, что пора взять инициативу в свои руки, поскольку он не горел желанием лицезреть сцену избиения младенца, которую маркиза жаждала продемонстрировать, судя по хищному выражению лица и направлению взгляда, избрав в партнеры мистера Хагера.
— Позвольте поблагодарить вас, мистер Хагер, за столь своевременное напоминание о нежелательности огласки! — посол начал речь голосом бравым и жизнерадостным, затем, несколько приглушив звук и смягчив тембр, обратился к дамам: — Предлагаю очертить круг тех, кто будет допущен к сведениям подобного рода. Если не считаете меня достойным доверия, готов удалиться, но, признаться, надеюсь, что не буду простым балластом, если вы решите, что я могу присутствовать при докладе мистера Хагера.
Маркиза полоснула по послу ехидно-насмешливым взглядом, принцесса же одарила едва заметной благодарной улыбкой. Затем, неспешно поворачивая голову, посмотрела в глаза каждому из присутствующих. За столь внушительным столом их оказалось не так уж и много: маркиза, мистер Хагер, лорд Палмсбери, распорядитель поездки, командир гвардейцев и сидящий чуть в стороне доктор.
— Если я не могу положиться на здесь присутствующих, то и выжить мне будет затруднительно, — задумчиво произнесла Гердта, встретившись глазами с мистером Хагером.
Тот тяжело вздохнул и первым отвел взгляд, а затем заговорил усталым и каким-то обреченным голосом:
— Ну что же, если вы настаиваете. Еще раз напоминаю, что сбор сведений продолжается, сложившаяся к настоящему моменту картина неполна…
Мистер Хагер говорил медленно, перечисляя окружающим факты сухие, а иной раз и очевидные. О том, что злоумышленник проник в апартаменты принцессы в то время, когда она наслаждалась выступлением менестреля. Не ранее, чем за час до ее возвращения, поскольку до той поры в апартаментах находились слуги. Злоумышленник, вероятнее всего, вначале забрался на балкончик, а затем в будуар принцессы, и уже оттуда в гостиную, где и соорудил ловушку из имеющейся в комнате мебели и принесенных с собой пистолетов и мотка веревки. На балкон он, видимо, также попал при помощи веревки, при этом с одинаковой вероятностью мог спуститься с верхнего этажа или даже крыши или подняться с земли. Балкончик выходит в небольшой принадлежащий гостинице парк, отделенный от городского шума и от гама хозяйственного двора высокой и пышной зеленой оградой. Страж, дежуривший внизу, клянется, что все это время совершал обход парка в соответствии с утвержденным маршрутом и ничего подозрительного не заметил. Характер сооруженной ловушки говорит о том, что злоумышленник был в курсе сложившейся традиции распахивания дверей и отлично помнил параметры фигуры принцессы, а в частности ее рост, поскольку установил пистолеты таким образом, чтобы выстрелы пришлись ей в голову и в верхнюю часть туловища, и если бы двери открывали как обычно, принцесса вряд ли отделалась бы так же легко, как паж. Пистолеты новые. Ританского производства. В этом году такие пистолеты поступили на вооружение в некоторые подразделения ританских войск. Подобными вооружена и охрана, входящая в состав ританского посольства.
Гердта слушала мистера Хагера молча, с каждым словом бледнея все сильнее, хотя казалось, что сильнее уже некуда. После того как мистер Хагер закончил свой рассказ, в гостиной установилась полнейшая тишина. Лорд Палмсбери смотрел на принцессу, и смутная догадка, мелькнувшая в его голове еще в Либенбурге, в тот момент, когда Гердта изучала отчет об артефактах иллюзий, наконец-то оформилась во вполне четкий вопрос. Несколько мгновений лорд пытался решить, задавать этот вопрос сейчас или дождаться случая, когда они окажутся в более тесном кругу. Потом подумал, что хуже уже вряд ли будет, мысленно махнул рукой и спросил:
 
— Ваше высочество, не сочтите за праздное любопытство, но что вас связывает с Ританией, помимо заключенного не столь давно брака? Возможно, покушения связаны не с тем, что кто-то не желает видеть вас рядом с принцем Огэстом, а с тем, что кто-то чрезвычайно опасается вашего приезда в Ританию?
Гердта встрепенулась, подняла на посла удивленно-недоумевающий взгляд и приоткрыла рот с явным намерением возразить. Но ни одного звука так и не проронила, рот захлопнула, в глазах её появилась задумчивость, а меж бровей пролегла вертикальная складочка. Все присутствующие молчали, терпеливо дожидаясь результатов размышлений принцессы. Наконец Гердта отмерла, вздохнула, потеребила конец веревки, лежащей на столе, и произнесла:
— Возможно, вы в чем-то правы. Поскольку покушения начались после объявления о помолвке, а если точнее, то после приезда свадебного посольства, я связала все происшествия с тем, что кто-то пытается не допустить моего вхождения в королевскую семью Ритании. Однако если допустить вероятность того, что злоумышленник таким образом пытается или задержать меня в Вабрии, или помешать появиться в Ритании… Это стоит обдумать.
Принцесса вновь замолчала. Прикрыла глаза. Потерла пальцами виски. Наконец, придя к какому-то выводу, проронила:
— Я затрудняюсь навскидку сказать, чем именно это может быть вызвано. Я ничем не связана с Ританией или с любой другой страной мира, за исключением нескольких научных публикаций и участия в паре международных конкурсов. Кстати, один из этих конкурсов был организован Ританской короной, и после его завершения меня пару раз привлекали в качестве стороннего консультанта. Но это было уже довольно давно, все общение велось по переписке, и последний раз ко мне обращались с подобной просьбой незадолго до завершения Великой Континентальной Войны.
— Простите, ваше высочество, каких-каких публикаций? — слабым голосом переспросил посол.
— В Ритании? В Ритании было опубликовано не слишком много — пара работ по теории дифференциальных уравнений, одна — по теории твердого тела и ряд работ по функциям, описывающим пространственные поверхности. Последние актуальны при расчёте как классических иллюзий повышенной сложности, так и при построении динамически встроенных иллюзий, — воодушевленно начала перечислять принцесса, но, встретив слегка расфокусированный взгляд лорда Палмсбери, осеклась и после минутной заминки переспросила: — Вы не названия работ спрашивали?
Лорд Палмсбери вздохнул и обвел взглядом всех присутствующих. Судя по одухотворенному лицу мистера Хагера, он тоже был впечатлен перечнем принцессы, и не меньше лорда был удивлен им. Распорядитель поездки и командир гвардейцев сидели с видом несколько скучающим и равнодушным, то ли для них сказанное принцессой не стало открытием, то ли просто не показалось стоящим внимания. Маркиза, видимо утомленная недавней перепалкой с секретарем, посапывала, свесив голову на грудь, а доктор задумчиво рисовал пальцем на столешнице видимые лишь ему узоры.
— Не названия, — кривовато усмехнулся посол. — Признаться, я удивлен глубиной ваших знаний.
— Но разве вас не знакомили с моей биографией? — в свою очередь растерялась Гердта.
— Видимо, мне предоставили сокращенный вариант, — развел руками лорд Палмсбери.
— Ну что же, — задумчиво протянула принцесса. — Этот факт тоже следует обдумать. Возвращаясь к моей биографии… Вы, наверное, в курсе, что Вабрия — это одна из немногих стран на Континенте, где женщинам предоставляется возможность получить высшее образование. Да, здесь тоже есть немало ограничений, но получить профессию реально. Этот шанс я не упустила, после выпуска из пансионата поступила в государственную академию в Глине. Мне очень повезло с наставниками, поскольку девушкам запрещено посещать лекции и практикумы с основным потоком, многое приходилось осваивать самостоятельно, но ни один из преподавателей не отказал мне в консультациях. Так что в двадцать два года я защитила диссертацию и мне присвоили степень доктора естественных наук. Спустя ещё два года стала приват-доцентом, даже читала в академии курс лекций по математике. Правда, на акушерском отделении, но тут опять сложности и ограничения, связанные с полом. Женщина имеет право читать лекции лишь в женских группах.