Попаданец не туда (СИ)

Ого, как… Вот это я их натаскал, конечно. Светлые головы, однако. Всего несколько недель безвылазной зубрёжки и даже самая тёмная деревенщина освоит валирийский язык и устный счёт до тысячи. Ученье — свет! А не ученье — увольнение, голод и жизнь в Блошином Конце. Поэтому, стараются, орлы мои, стараются.
За прошедшее время, удалось серьёзно увеличить численность своей армии. С восьмисот человек после битвы на Черноводной до двух с половиной тысяч. Увы, Перкин приврал. Из них полностью укомплектовано было, хорошо если, тысяча двести человек. Катастрофически не хватает обмундирования. И ничего не поделать. Кузницы и мечи сейчас важнее для армии Ланнистеров и Тиреллов, моя гвардия по приоритету стоит на предпоследнем месте (на последнем месте благотворительность Ночному Дозору).
Тем не менее, Тайвин теперь мой союзник, а значит, примерно осознает мои замыслы и их масштаб. Он обещал помочь и перевести людей из своей армии. Но ждать этого придётся долго, по крайней мере, пока не будет решён вопрос с Старком. А мне столько ждать нельзя, пора действовать прямо сейчас.
Борнхольм не зря свой хлеб кушает. Успел создать подставные предприятия и навариться на осаде и последующем восстановлении города. Никакого бесчестия или развода. Продовольствие продавалось по прежней цене, даже меньше. Просто были перехвачены и экспроприированы пути снабжения. Если раньше денюжка за хлебушек шла в карман богатеньким купеческим кланам, то сейчас в казну города. А купцы перебьются, что с них станется? У них денег хоть жопой жуй. Вся торговля в городе под ними, а пошлин в казну они не платят. Спасибо паршивому Мизинцу за эту экономическую систему под названием «мздазаимческая модель экономики». Нетрудно догадаться, что большая часть отчислений шла в карман Мизинцу, который покрывал торгашей.
Когда я поручил Тириону разобраться с этим, он посмотрел на меня с мольбой во взгляде. Разгребать ворох проблем, считать циферки и проценты, становиться личным врагом Мизинцу — всё это не то, что желал бы делать Тирион Ланнистер. Он гораздо охотнее бы лежал в обнимку с Шаей и хлебал арборское золотое из бурдюка, но приходится исполнять долг перед королевством.
Поэтому, скрипя зубами, карлик лично устраивал досмотры нечистых на руку купцов и отправлял их в подземелья, предварительно конфисковав имущество в пользу Короны. Естественно, делал он это в сопровождении немалого отряда охраны: купцы проявляли неожиданную прыть в попытках защитить своё имущество и набрасывались на Тириона с ножом.
В первый «рейд» Тирион был ещё полон иллюзий, поэтому пошёл туда в сопровождении одного лишь Пса, который полагался ему как члену королевской семьи.
Заплывший жиром сальный купец из Волантиса, лучился фальшивой и приветливой улыбкой, до того момента как не узнал цель прихода «комиссии». Тогда, его выражение лица вмиг стало серьёзным, и он плавным движением вытащил из-за пояса кинжал. В следующую секунду он подлетел к Тириону и полоснул его по лицу. Тирион успел отпрянуть назад и, потеряв равновесие, шмякнулся оземь. На землю медленно упали несколько волосков с его чёлки.
Пёс пришёл в себя и одним махом меча отсёк торговцу руку с кинжалом, но тот и не думал сдаваться. Теряя сознание, он вытащил из голени сапога метательный нож и, уже заваливаясь набок, швырнул его прямо в Пса. Нож царапнул кирасу и отскочил.
Пёс, ошалело озираясь по сторонам, помог подняться Тириону, и спросил:
— Что это было?
— А пёс его знает. — ответил не менее шокированный Тирион.
Недоумевающе поглядев друг на друга, они зашлись в истерическом хохоте.
После этого, Тирион брал с собой минимум десять человек сопровождения и всегда стоял позади них.
  
Глава 22. Реформы
 
— Ещё старый король Эйрис высоко ценил субстанцию именно этого сорта и рецепта. — соловьём заливался алхимик-пиромант Галлин.
— Сколько у вас всего бочонков? — спросил я.
— После битвы на Черноводной у нас осталось всего три тысячи семьсот тридцать семь горшков. — Галлин смущённо поник. — Но мы работаем не покладая рук, как вы и приказывали, и скоро восстановим прежний темп производства. — Поспешил он заверить меня.
 
Я решил сделать ставку на дикий огонь. Драконов у меня нет, но зато у меня есть ручная и верная Гильдия Алхимиков, способности которых пропорционально зависят от силы драконов (поэтому в последнее время их эффективность и сила дикого огня возросла). Для этого требовались кадры, число которых было изрядно сокращено во время взятия столицы Тайвином.
Поэтому, я собрал всех ныне живых алхимиков и поставил перед ними соответствующие задачи. Как они поначалу выли и не соглашались. «Мы не передаём свои секреты кому попало! Мы не будем брать учеников!». Но потом заткнулись и подчинились. Кто благодаря шантажу, кто благодаря мзде, кто благодаря угрозам.
Было решено набирать среди детей от семи до пятнадцати наиболее смышлёных и ловких и приставлять их к мастерам-алхимикам, которые должны их обучать. Для большей пользы, один алхимик теперь имел не одного ученика, а нескольких. И должен был их обучать всем азам и премудростям алхимии. Жить эти дети будут в комнатах прислуги и формально, «на бумаге», будут являться помощниками на кухне. Пропитание они также будут получать от замка, штатный паёк как у слуг.
Алхимикам же назначалось щедрое жалование и содействие в опытах. Но проводить эксперименты они должны были на расстоянии десяти километров от столицы. Поэтому им пришлось занять небольшой скалистый островок в заливе Черноводной и каждый раз, когда они хотят что-то испытать, плыть туда с грузом, а затем обратно. Но такая мера предосторожности исключала возможность пожара в столице.
Также, было создан пока что экспериментальный аналог начальной школы. Для этого я попросил выписать из Цитадели мейстера. Нехотя, но мне прислали двадцатитрехлетнего мейстера, который лишь пару месяцев назад закончил обучение и получил все звенья цепи. Логично, что Цитадель не пошлёт на непонятно какое предприятие опытного или известного мейстера, но на первых парах достаточно и такого «неофита». Мейстера звали Хендель и он горел энтузиазмом и жаждой знаний что довольно редко встречается среди людей его профессии. Не успел ещё перегореть и столкнуться с суровым академизмом. Тем лучше для меня.
Он с радостью согласился обучать два десятка детей. Дети эти были преимущественно из простолюдинов, но было также несколько знатных и дворянских детей. Так как они являлись воспитанниками при дворе, я мог припрячь их к обучению. Они воспринимали его просто как ещё одни уроки (помимо фехтования и прочего, чему они итак уже обучались), для них занятия с замковым мейстером были обычным делом. А вот для простолюдинов всё было в новинку. Говоря «простолюдины», я имею в виду, детей местного конюха, оруженосцев, пажей, служек и прочих придворных. Не прям оборванцев с улицы, а отпрысков вполне привилегированных индивидуумов и высоко стоящих в пищевой цепочке иерархии, по меркам простолюдинов.
Таким образом, в стране появилось первое профессиональное учебное заведение. А как же Цитадель в Староместе? Условно говоря, в Цитадели готовят мейстеров, то есть «специалистов широкого профиля», что означает, что Цитадель больше похожа на университет, а не на профессиональное ремесленное училище, грубо говоря, ПТУ, где обучают конкретному узконаправленному ремеслу, которое востребовано в обществе. И нельзя забывать, что Цитадель целиком и полностью территория мейстеров у которых не пойми, что на уме. Серьёзно, в каждом замке, у каждого уважающего себя лорда, есть мейстер, который имеет доступ ко всей переписке лорда, а также, что немаловажно, доступ к здоровью лорда и его семьи. «На, выпейте микстуру, милорд» — улыбаясь, мейстер протягивает пузырёк яда.
 
Дела образовательные были улажены и теперь мне предстояло проверить отчёты мастера над монетой, мастера над разведкой (Я решил переименовать должность, потому что, право, «мастер над шептунами» одним только названием не вызывает к себе доверия) и военные отчёты. Не сказать, что я не доверял, но подобные вещи требовали личного контроля с моей стороны. Что жутко раздражало и отнимало уйму времени. Пора заняться созданием собственной Королевской или Имперской Канцелярии, которая заведовала бы всеми бумажными делами, распространяла, оглашала и систематизировала королевские указы, а также вела архив и занималась прочей административной бюрократической волокитой, которая неизбежно ждёт любое крупное цивилизованное государство. Проект Канцелярии был поручен Кивану Ланнистеру, который недавно прибыл в столицу по приказу Тайвина, чтобы помогать мне в управлении. Он был верным дому и короне человеком, которому можно было доверить курирование столь важной задачи, по сути организации первого аналога министерств и коллегий.