Попаданец не туда (СИ)
Президент Стоун сидел на троне (выкидывать его было жалко) и властно смотрел на небольшую очередь людей. В первых рядах находились дворяне и люди знатного происхождения и лишь за ними шли простолюдины, коих здесь было мало. Большая часть простолюдинов шаталась пьяной по кабакам и хлебало дешёвое пиво, которым город щедро потчевали купцы из И-Ти.
Подле Роджера на простых стульях сидели его верные соратники Адриан и Хелен. В отличие от Роджера, они ещё не начали сходить с ума на почве власти, поэтому нервно ёрзали и чувствовали себя неловко. А вот Стоун был в своей тарелке. Он властно взмахнул рукой. Герольд понял его знак, кивнул и начал вызывать просителей по одному. Первым вышел богатый купец по имени Кварло, который обладал нехилым состоянием и сделал его на морской торговле.
Он остановился перед двумя стражниками, преградившими ему проход копьями.
Поджав правую ногу, он вскинул левую руку, словно показывая где солнце, и прокричал: «Слава революции!». Стражники раздвинули копья и Кварло смог пройти дальше, остановившись в метрах десяти от трона. То, что он продемонстрировал только что, являлось обязательным ритуалом приветствия новоиспеченного президента. Каждый, кто видел президента, был обязан повторить данные действия.
— Кварло Глинайтен, купец, — громко представил его герольд.
— Ваше Величество… Ой, извините. — Купец помотал головой и поправился. — Мой президент, тут такое дело… Со мной произошёл весьма курьёзный случай, который может помешать моей торговле.
Стоун оживился. Этот торгаш был полезен, так как благодаря его торговым делам поддерживалась связь с остальным миром, в то время как большая часть соседних городов объявила Миэрину торговое эмбарго. Кроме империи И-Ти, разумеется.
— Говори, Кварло.
— Благодарю, ваше, ой, то есть, мой президент. Не ранее как вчера вечером в мой торговый дом вломилась банда каких-то разбойников. Они погромили мебель, стащили драгоценности и ретировались.
— Обратись к Адриану, он у нас командует стражей и следит за порядком. — Стоун кивнул головой в сторону Адриана. Он не понимал, почему с такими вопросами обращаются к нему.
— Тут такое дело… Это были не просто разбойники, это были государственные лица.
— Что ты сказал?
— Именно так. Они вполне официально предъявили бумагу с правом на обыск прежде чем ограбить дом.
— Хм, вот и повылазила всякая шваль. — задумчиво протянул Стоун.
— Их главного я запомнил, — добавил купец. — Лицо смуглое, рот перекошен и на шее след от ошейника.
— Значит, раб, — высказался Адриан, но поймав гневный взгляд Стоуна, тут же поправился. — Невольник. Бывший невольник. Мы задержали сегодня утром одного пьяного дебошира, ваше описание схоже с его внешностью.
Стоун велел страже привести из темницы дебошира.
Когда двое стражников втащили в зал храпящее тело, Кварло подпрыгнул и взволновано закричал:
— Это он, мой президент! Точно, он!
Стражники поставили узника на ноги. Тот очнулся и пьяным взглядом огляделся по сторонам. Из одежды на нём были только поношенные штаны.
— Н-да… — протянула Хелен и повернулась к Стоуну. — Это же начальник службы изъятия.
После этих слов шатающийся начальник изъятия громко рыгнул и выблевал на ковёр содержимое желудка.
Службу изъятия имущества неблагонадежных элементов в пользу казны иногда ещё называли сокращенно просто служимущ. Новая власть очень любила сокращения и сокращала практически все используемые словосочетания. Злые языки шутили, будто бы им просто сложно выговорить длинные словосочетания.
— Неловко вышло. — пробормотал Адриан.
— Но, позвольте, как же он служил в изъятии? — шокировано спросил Кварло, выпучившись на шатающегося полуголого пьяницу.
— Я его туда не назначал, — усмехнулся Стоун — Это его Ревсовет назначил.
Ревсовет или Революционный совет представлял собой совещательный орган, который был сформирован Стоуном и который выполнял различные мелкие поручения. Реальной власти совет не имел и состоял из восемнадцати человек, которые были набраны чуть ли не в случайном порядке. По шесть человек из каждого сословия: дворянство, купечество и крестьянство. Им было поручено поддерживать стабильность в городе и служить «гласом народа», члены обязаны были представлять интересы своего сословия. На деле же некомпетентные члены совета ничем кроме постоянных перепалок и фантазий не занимались. Стоун подумывал распустить совет, но он был необходим для поддержания иллюзии свободы и связи государства с народом.
Теперь уже бывшего начальника уволокли стражники, а купцу было даровано право беспошлинно торговать пурпурными красителями. Какое-никакое утешение, больше давать нельзя, так как урон его торговая компания понесла не такой значительный.
Приём продолжился, президент Стоун в течение часа выслушивал жалобы посетителей и поручал своим подчинённым их решить. Когда церемония закончилась и все разошлись, Стоун остался сидеть на троне, потирая виски и мучаясь от головной боли.
— Ваша терять время, сир Стоун. — К трону приближался узкоглазый низенький человечек в длинном халате из красного шёлка.
Рождер с раздражением посмотрел на него.
— Сиры в Вестеросе, а я не сир. Что вам нужно, Ли Чжуанцзы?
— Моя президент. — Азиат улыбнулся. — Помимо ещё одного договора дающего империи И-Ти право на беспошлинную торговлю чаем, моя привез сообщение от самого Императора.
— Ну и что ему нужно? Захватить очередной городишко? — Поморщился Роджер.
— Будьте добры соблюдать этикет, когда упоминаете Солнцеликого Императора, — оскорбился гость. — Императорское Величество обеспокоено тем, что вы слишком долго есть задержаться в Миэрине.
— Вы хотите, чтобы я разобрался с Астапором? Наверное, вы не в курсе, но это я и собираюсь сделать, — раздражённо процедил сквозь зубы Роджер.
— Нет, не Астапор. — Чжуанцзы помотал головой как болванчик. — Вестерос.
На несколько минут воцарилось молчание. Роджер размышлял. С одной стороны это был бы недальновидный шаг, который был продиктован страхом империи И-Ти перед растущим влиянием короля Джоффи и его аннексии Пентоса и Браавоса. Надо сперва закрепиться в Заливе Работорговцев и отточить механизм народовластнической системы управления здесь, а уже потом соваться в Вестерос.
Но, с другой стороны, Стоун безумно тосковал по Родине и уже физически не мог находиться в этой клоаке. Он знал, что в случае его вторжения в Вестерос, он будет всецело поддержан и-тийцами, поэтому есть немалый шанс, что у него всё получится. Шанс успеха вторжения в Семь Королевств подкреплялся супероружием, которое уже успел обозвать гром-палкой и огнеплюем.
— Хорошо, — сказал Стоун после раздумий. — Через две недели мы отправимся в Вестерос и вернём его.
Азиат почтенно поклонился, но поправил Роджера:
— Вы хотели сказать, завоюете его во славу Императора?
Ли Чжуанцзы направился к выходу, постоянно кланяясь.
Роджер понимал, что пока не время ссориться с империей И-Ти, но скоро они почувствуют гнев Стоуна на себе.
Через две недели со всего Миэрина было собрано продовольствие и хоть сколько-нибудь боеспособная армия. Корабли любезно предоставили и-тийцы, а моряками посадили местных миэринцев, знакомых с морем. Роджер оставил в городе полторы тысячи человек гарнизона и своего наместника из числа наиболее верных вольноотпущенников. Если дело выгорит, то у него всегда есть куда вернуться и где начать заново.
Ли Чжуанцзы плыл с ними. Он должен был следить за действиями Стоуна и сообщать о всём Императору. При этом он совершенно не скрывал, что является осведомителем.
Они отплыли достаточно далеко от Миэрина, когда Ли начал жаловаться, что на корабле не нашлось зелёного и-тийского чая.
— Это есть оскорбление Солнцеликого Императора! Я напишу ему! Вы будете отвечать за это! — надрывался он, находясь на палубе.
Стоуну это в конце концов надоело. В последнее время его соратники замечали, что его эмоциональное состояние становится крайне нестабильным и также участились вспышки гнева. Он подошёл к Ли, схватил его за длинную косу и припечатал об мачту. Чжуанцзы со стоном сполз с вниз, выхаркав нескольких зубов. Стоун схватил его за горло и поднял на уровень лица.