Детский взрослый мир (СИ)

— Ты что смущаешься? Как-то слабо верится.
Мэту понадобилось собраться, чтобы уверенно взглянуть в карие глаза. Полуголый Хатиман стоял перед ним.
— Когда такое было, чтобы я перед тобой смущался? — ответил младший.
Андеру нравилась эта игра. Он взял руки Мэта в свои и притянул его к себе, заставляя обнять. Горячая кожа обожгла ладони. Мэт стоял очень близко. Их губы едва не касались.
— Ты такой смешной сейчас, — прошептал Андер. — Стесняешься чего-то. Помнится мне, что первый раз в этой комнате ты был храбрее.
— На слабо берешь? Кто из нас ребенок?
— Ты, конечно.
Мэтью фыркнул и поцеловал Андера, прижимаясь к нему еще сильнее. Их прервал телефонный звонок. Мэтью достал телефон из кармана и ответил, прижимаясь лбом к твердой груди напротив.
— Да, Зак… я в САНУ.
Андер выпустил младшего из объятий и продолжил переодеваться. Он и правда чувствовал себя ребёнком, когда ревновал Мэта к Заку и старался не показывать этого. Потому что на встрече он видел как Закари смотрит на Мэта.
— Помирились… — продолжал говорить Мэт, горько усмехаясь.
Андер будто знал что Зак пытается переубедить Мэта. Он громко что-то толкует, но слов парень разобрать не мог. Молча разделся и скрылся за дверью ванной. Мэтью присел на кровать.
— Зак, ты же понимаешь, нет смысла объяснять мне кто такой Хатиман. Я знаю его на сто процентов больше.
— Прости, — осекся Данбар, — ты прав. Отцу позвонил Фернандес. Тебя пытались убить?
— Да, но все в порядке. Поэтому я и в САНУ.
— Это одна из причин, — не мог не напомнить Закари.
Мэтью улыбнулся. Так и есть. Это всего лишь одна из причин.
  
Глава 30
 
Глава 30. «И грянет гром»
Мэтью ждал Андера из душа. Когда старший вышел, парень лежал на его кровати и задумчиво пялился в потолок.
— Ты долго, — сказал Мэт, взглянув на Андера.
В мыслях он собрал много возражений в сторону Хатимана, но вслух не сказал. Андер стоял перед ним практически голый. Только на узких бедрах держалось белое полотенце. С волос капала вода, разбиваясь о покатые плечи, и капли стекали по татуировкам, исчезая под полотенцем.
— Ты смотришь на меня странно, — заметил старший.
— Как?
— Как будто я сделал что-то плохое.
Мэтью так и считал. Сначала он думал о том, что Хатиман издевается над ним специально, а потом переключился на другое. Он подумал как Лин трогала его, целовала, спала с ним. Так почему тогда он не может? На самом деле все до банального просто — первый раз. Парней у него никогда не было и он понятия не имел, как подступиться к этому вопросу. А Андер только и делал что изводил его.
— Делаешь прямо сейчас, — проворчал Мэт, усаживаясь на кровати.
— Что я такого сделал? — Андер с усмешкой вздернул бровь.
Он явно издевался, уже не скрывая. Взъерошивал волосы, смахивал капли с груди и нахально потягивался, словно огромный кот. Мэтью покачал головой, который раз убеждаясь, что рядом с ним Хатиман становится безобидным балующимся Андером. Мэту нравился такой Андер. Он вдруг почувствовал себя спокойно. В голове насмешливо прозвучали слова: «Что будет, то будет», и он, приподнявшись, дотянулся до старшего, повалил на кровать и поцеловал, страгивая с себя футболку.
***
— Какие люди и без охраны, — отсалютовал Якоб, когда они с Мэтом встретились в столовой возле холодильника с соками.
— С чего ты взял, что без охраны? — послышалась за спиной.
Якоб улыбнулся и повернулся к Андеру. Они обнялись, будто не виделись сотню лет. После смерти Сэма они боялись выпускать друг друга из вида на долго, а сегодня Якоб Андера еще не видел.
Народа было немного. Большая часть солдат уже поужинала и разбрелась по комнатам. Шла середина недели и все мечтали просто пораньше лечь спать. Из-за ситуации с убийствами Фернандес приказал усилить тренировки и теперь солдаты уставали вдвое больше.
— Ты же знал что мы вернулись, да?
Андер достал из холодильника две коробочки сока и поставил Мэту на поднос рядом с тарелкой с запеченной индейкой. Якоб кивнул.
 
— Я встретил Лин. Она курила с охранниками. Сказала что вы оба тут. С чего бы это она начала так много курить, ума не приложу, — саркастично произнес парень, намекая на отношения с Мэтью и расставание.
Все трое сели за одним столом. Мэту было непривычно, но Андер настоял. Он сказал что никакие правила Мэта не касаются, потому что он больше не солдат САНУ. Только вот другие об этом не знали и поглядывали в их сторону кто-то с удивлением, а кто-то с завистью. Солдаты давно приметили что этот младший с первых дней начал общаться со старшими, к которым никто не смел подобраться близко, проживая здесь даже больше двух лет.
Бабби и Эйдена уже не было. Лин тоже уже поужинала. Парни слишком долго не могли выбраться из постели и объятий друг друга, а Якоб пристрастился к библиотеке. Он пропадал там все свободное время. Последние дни он чувствовал себя одиноким в полном доме людей. Андер всегда был занят, Сэмюэля больше нет, а с Эйденом они так и не вернулись к прежнему общению. Разговаривают, делают вид, что все хорошо и они по-прежнему друзья, но тех совместных вечеров и ночных кинопросмотров больше нет. И Эйден чувствует себя виноватым, но ничего поделать не может. Всякий раз когда он пытается поговорить, Якоб делает вид что очень занят книгой.
— Андер, я же тебе говорил не оставлять на нем отпечатки. Это же просто жуть, — Якоб покачал головой.
На шее Мэта багровели укусы и засосы, плавно переходящие на ключицы. Якоб смотрел на довольных друзей и ему становилось легче. Вокруг него снова расцветала жизнь, правда не его. После ужина он пошел в библиотеку. Она была небольшая и уютная. Обычно Якоб брал очередную книгу, выключал везде свет, оставив только торшер возле кожаного дивана и читал, вытянувшись на том же диване во весь рост. Парень читал даже самые банальные любовные романы, второсортные боевики и обучающую литературу, только бы не думать о реальной жизни.
В коридоре совсем стало тихо. Якоб отвлекся от книги и посмотрел на настенные часы. В сумраке он едва смог разглядеть стрелки. Было около половины одиннадцатого. Парень снова переключился на чтение.
Входная дверь со скрипом открылась и снова закрылась. В САНУ в такое время в библиотеку никто не пойдет, если только в поисках его самого. Якоб сел, пытаясь наклониться в сторону, чтобы заглянуть за высокую полку, перекрывающую обзор на дверь.
— Андер? — позвал Якоб.
В ответ послышались еще пара тихих шагов. На пол легла тень силуэта, а потом и ее хозяин.
— Не совсем. Точнее, совсем нет.
Это был Эйден. Он дружелюбно помахал рукой, чувствуя себя при этом максимально неудобно. Во взгляде Якоба Эйден прочитал, что видеть его он не хочет. Но младший решил поговорить во что бы то ни стало. Он сел рядом.
— Что читаешь?
— «Три товарища».
На сомом деле Якоб перечитывал эту книгу на третий раз. С первого раза ему понравился сюжет, со второго от рыдал как девчонка в тот момент, когда убили Ленца, потому что перед его глазами стоял похожий на него Сэмюэль. Такой же добрый и смешной. А сегодня ему просто захотелось погрузиться в этот мир еще раз.
Якоб думал иногда, что было бы не плохо поймать убийцу Сэма и отомстить ему, так же как было в романе, но в жизни все намного сложнее. Отомстить сложнее, сохранить дружбу сложнее, любить сложнее, жить сложнее. Одно большое сложно переносим с собой изо дня в день. То-то к старости нет сил держать спину прямо.
— Слушай, нам когда-то придется поговорить, — начал Эйден. — Я не хочу терять дни и… Боже, да убери ты книгу, я о серьезных вещах тебе говорю!
 
Эйден выдернул книгу из рук Якоба, бросил ее на пол и для надёжности взял старшего за руку, чтобы он не смог сбежать. Но Якоб и не собирался. Он спокойно сидел и ждал продолжения.
— Я не хочу терять дни, потому что мы не просто люди плывущие по течению. Мы — солдаты в наемной армии и на нас охотится неизвестный мужик. Я не хочу сказать тебе что люблю тебя на смертном одре, как дамочка из замыленной оперы. И тебе тоже пора уже засунуть свою гордость куда-нибудь поглубже, потому что если я завтра умру, то ты будешь плакать. Будешь-будешь, не отрицай.