Детский взрослый мир (СИ)

Мэтью кивнул сам себе. Теперь точно пора покончить с этим. Слух приходил в норму. Парень осмотрелся вокруг. Рядом лежал труп. На его поясе была кобура с пистолетом. Мэт вытащил его и, присев за фонарный столб, принялся палить по врагам.
Он не понял в какой момент снова кончились пули и наступила тишина. Десятки трупов и раненых лежали на земле. Людей Роберта больше не осталось.
— Мэт, пойдем, нужно убираться отсюда, пока не нагрянули копы. Такое они точно не оставят без внимания.
Хатиман тянул парня за собой, а Мэт словно только сейчас увидел всю картину целиком. От количества крови желудок скрутило. Его затошнило, но парень держался изо всех сил.
— Все кто в состоянии! Собирайтесь, возьмите машины и уезжайте отсюда! — крикнул напоследок Хатиман. — Заночуйте в машинах, а завтра обратитесь по адресу, который значился в своде правил!
Мэтью вертел головой, в поисках друзей. Лин Хван плакала пытаясь удержать Якоба, который рвался в сторону санчасти. В затуманенном разуме не было знака «беги», он только хотел верить, что Эйдена там нет и он жив. Но это суровая криминальная жизнь, а не сказка. Мэт понимал что произошло. Эйден сам взорвал бомбу, что бы отвлечь охрану от Роберта. Он пожертвовал собой, чтобы остальные жили.
— Держи ключи. Заводи наш БМВ и выезжай из гаража, — Андер сунул в руку Мэта связку ключей. — Иди! Я приведу Якоба и Лин.
Мэтью смотрел в след убегающему старшему. Он прихрамывал, но не обращал и доли внимания на боль. Истинный старший и Мэт хотел быть подстать, поэтому поторопился в гараж. Он неумело выехал и остановился у ворот, выглядывая на горизонте друзей.
Солдаты тоже шевелились. Грузились в машины Роберта в таком количестве, какое только могла вынести машина. Одна за другой они разъезжались. Остальные бежали в сторону гаража.
Через пять минут Мэт увидел друзей. С ними были Тина и Данбар. Хендерсон покорно оставил место водителя и перепрыгнул на водительское. Андер не торопился садиться.
— Чего ты ждешь?! — удивился Мэтью.
— Когда последняя машина уедет, — ответил Андер.
Он достал из кармана зажигалку, провожая взглядом черный Мерседес. Лин Хван и Якоб тоже стояли на улице и не садились в машину. Только Тина и Данбар уместились сзади.
— Я сейчас вернусь, — сказал парень, исчезая за воротами гаража.
— Что он делает? — Мэтью посмотрел на стоявшую рядом Лин.
— То что в обязанностях старшего, — бесцветно сказала Лин. — «Если директор и другие вышестоящие силы будут мертвы, старший обязуется уничтожить здание именуемое как «Секретная Армия Наемных Убийц», во избежании каких-либо улик: документов, трупов и прочего, что может доказать существование незаконной армии».
Лин закончила рассказывать пункт, выученный назубок, а на территории послышался звук разбитого стекла. Едва слышно запахло дымом. Андер поджог особняк используя «коктейль Молотова». Как примитивно для этого случая. Но как важно.
Хатиман вернулся быстро. Все сели в машину и он выдавил педаль газа в пол. За спиной остались мертвые друзья, разбитые сердца и полыхающий особняк, служивший солдатам с самого детства домом.
Все закончилось. В машине стояла тишина, с неба крупными хлопьями сыпал снег, «дворники» метались по лобовому стеклу. Вправо. Влево. Темнело. Этот день останется в памяти до самой смерти, словно сделанный раскаленным металлом на нежной коже. Клеймо с надписью: «САНУ».
  
Эпилог
 
Мэтью сладко потянулся в потели и открыл глаза. На настенных часах был одиннадцатый час утра. Андера уже не было рядом, он всегда вставал очень рано. Два года прошло с тех пор как они покинули САНУ, а привычки остались.
Два года. Не так много, если исчислять длинною в жизнь, но Мэтью казалось что все двадцать лет. Им помогли бежать из страны. Фернандес прописал в кодексе адреса, по которым в случае чего должны были обратиться солдаты. Там им помогли с документами и деньгами. Фернандес оставил на счету своих старших круглую сумму, которую они имели право получить в случае кончины директора.
 
Их осталось четверо и они сделали то, что обязаны были — отправились путешествовать, в память о Сэмюэле, исполняя его мечту. Норвегия, Дания, Германия, Рим, Япония. Они останавливались на несколько месяцев в разных странах. В этот раз они осели в Рио-де-Жанейро. В этом году в начале февраля будет карнавал, на который Лин Хван мечтала попасть больше жизни. Она клялась что все пять дней будет веселиться и пить, в чем все сомневались. Лин не дружила с алкоголем никогда. Пара крепких коктейлей и она больше не управляема, плюс еще один и она спит.
В Рио они сняли небольшую виллу у моря на три спальни. Все комнаты были светлые, окна возвышались от потолка до пола. Всем им хотелось света и ярких красок. Старшие учились жить без черной одежды и строгих правил. Сейчас это стало обыденностью — цветная одежда, телефоны, бары и клубы по ночам, насыщенные будни проведённые в музеях, кино и экскурсиях. Они словно хотели нагнать все те упущенные годы, прожитые в САНУ.
В комнате Мэта и Андера было светло. В открытые окна задувал горячий ветер. Пахло свежестью и морем. Парень поднялся с кровати, еще раз потянулся, надел майку и шорты, чтобы Лин не возмущалась. Она всегда ругала парней, если они болтались по дому в неглиже. Это осталось от армейского воспитания и ничем это теперь не вытравишь.
Мэтью не торопился никуда. Он спокойно почистил зубы, умылся и только тогда решил спуститься в низ. Перед выходом из комнаты он с улыбкой посмотрел в зеркало. Андер обещал ему татуировку и теперь шея, грудь и ноги были покрыты чернилами.
Мэт примерно представлял какая картина его ждет. Лин готовит завтрак у плиты, много болтая. Последнее время девушка стала очень болтливой и занялась готовкой. Она посещала курсы шеф-поваров во всех странах, где они были. Якоб, должно быть, сидит с книгой и кофе за кухонным островком и время от времени перекидывается с подругой парой фраз, а Андер либо плавает, либо просто сидит на берегу с задумчивым выражением лица. Он постоянно о чем-то размышляет и Мэт хотел бы попасть в его голову, чтобы узнать хотя бы долю его мыслей.
Якоб, казалось, никогда не смирится со смертью Эйдена. За все время он ни разу не переспал с кем-то и не знакомился, всякий раз открыто говоря: «У меня есть парень». Он понимал, что это глупо, но ничего не мог с собой поделать. Когда чужие прикасались к нему, он готов был из кожи вон вылезти, лишь бы не чувствовать это.
Мэтью спускался с лестницы, листая ленту в инстаграм. На удивление было тихо и не слышно голоса Лин Хван. И от этой звенящей тишины, разбавленной только шумом моря и ветра, становилось не по себе. Сколько бы лет не прошло, внутри все еще жил страх за каждого близкого. Эти трое стали его семьей и потеряв их, Мэт точно сойдет с ума.
Парень убрал телефон в карман шортов и с осторожностью прошел до столовой. Он выглянул из-за угла и вздрогнул от неожиданности. Лин, Якоб и Андер стояли посреди столовой в дурацких картонных колпачках «Happy Birthday». Как только Мэт появился в их поле зрения, все трое запели всем известную поздравительную песенку. Девушка подошла к Мэтью и протянула ему торт, украшенный радужными полосками и цифрами «2» и «0».
— Сладкие двадцать лет! — улыбнулась Лин. — Неужели ты забыл о своем дне рождения?
— Я не смотрю на календарь уже давно, — виновато улыбнулся парень и задул свечи.
Лин засияла еще больше. С небрежным пучком на голове и в розовом костюме состоящим из топа и шортов она была похожа на довольного ребёнка.
 
— С днем рождения тебя, — снова повторила девушка и отошла, чтобы поставить торт.
Будь Мэтью сентиментальным, разрыдался бы на месте, но его, увы, давно уже не спровоцируешь на слезы. Он и правда забыл о собственном празднике, хотя и раньше не любил этот день.
Андер подкрался к парню и увлек в долгий поцелуй, пока Лин и Якоб резали торт и наливали пряный чай с бергамотом. Это был их странный совместный фетиш — пить чай с разными вкусами. Большее предпочтение отдавали все таки лимону.