Навечно в грёзах (СИ)

Намекает на то, что Вилан попросту кинул её на растерзание оркам? Что дождаться смерти Королевы эльфов в плену врага — и был этот «иной» план? И при этом всём Амайя выгораживает Вилана… Да, эта девчонка не перестаёт меня удивлять!
— Но, если за нами никто не идёт, почему орки согласились на обмен? Чем ты, как пленник, ценнее меня?
— Им необходимо существо моей крови. Поэтому, собственно, тебя и похитили: из-за малышки. И, так как Скай на тот момент ещё не появилась на свет, а я — вот он, готовенький, из плоти и крови, они и решились на рискованный манёвр — обмен.
С каждым сказанным мной словом лицо Амайи становилось всё удивлённей и удивлённей.
— Но зачем им твоя кровь? Неужели ты и оркам успел нагадить, да так, что они одержимы кровной местью? — Иронично заулыбалась. — Хотя, зная тебя, не удивлюсь.
— Звучит почти как комплимент… Но, нет! Им нужна не моя кровь, а Вилана. Кровь первородных демонов для специального охрененно сложного, мудрёного, загадочного и, хуй пойми, какого ещё обряда, который ослабит всех демонов этого мира разом.
Внимательно выслушав меня до конца, Амайя ненадолго подвисла в собственных мыслях, явно складывая все части пазла воедино, а после не стала расспрашивать подробности своих догадок, но просто констатировала:
— Вилана, значит. А говорил, друг, Король, товарищ… Хм… давно знаешь?
— Как узнал, за тобой сюда сорвался.
Убедившись, что её предположения верны, Амайя иронично-истерично расхохоталась, едва не разбудив Скай.
— Так, что это получается — Вилан дедушка нашей Скайлер?
— Он ей точно такой же родственничек, как и его жена Айлин.
Истеричный смех Ами резко прервался, и после её глухого «это верно» мы оба ненадолго замолчали.
Время перевалило за полдень. И, даже несмотря на это, в пещере только холодало; костёр, когда нас ищет весь Джаклард, — оставался непозволительной роскошью. Оттого нам приходилось сильнее кутать Скай в мой плащ и поочерёдно греть её личико своим дыханием и жаром моих ладоней.
С момента, как ангел вернул нам нашу дочь, Амайе едва удалось её покормить. Молока совсем не было. То ли ещё не пришло, то ли и не придёт вовсе, так как истощённая пленом мать сама жутко голодна. Требовательное урчание Амайиного желудка периодически раздавалось на всю пещеру. Позже, когда начнёт смеркаться и я стану менее заметным, обязательно попробую найти ей что-нибудь поесть. А пока что Скай приходилось довольствоваться лишь маминым мизинцем. Изрядно вымотанная Амайя крепко обнимала укутанную дочь и заботливо укачивала. И это было самое охренительное зрелище, что я видел! Из раздумий вывел тихий шёпот Ами:
— Я знала, что ты придёшь за нами, — в недоумении посмотрел на неё, — ты ведь мне обещал, что никогда не бросишь и всегда убережёшь.
А… она про это. Погладил любимую по мертвецки холодной и бледной щеке.
— Признаюсь, это было крайне сложно осуществимо, находясь за решёткой с заклинанием, пока беременная непомерно смелая Королева эльфов подорвалась на фронт. — Молчит. И явно не собирается отчитываться за содеянное. И, ладно бы, только собой рисковала! Но ребёнком! Ну, ничего, я ещё спрошу с неё за это. — Я столько наслышан о твоих подвигах. — Улыбнулась моим словам. — Один только Силкан прожужжал мне все уши во время полёта сюда. Он в подробностях рассказал и о спасительном щите на всё поле боя. О том, как ты исцеляла всех без разбора: демонов и эльфов. Рассказал и о том, как все присутствующие лично видели, как тебе было плохо и тяжело, но именно ты и сплотила всех воедино, вдохновила сражаться до победного! И теперь, несмотря на пылкую любовь демонического народа к Вилану, именно про отважную Королеву эльфов уже слагают легенды. — Амайя явно засмущалась, и бледные щёки залились румянцем. Ей это так не свойственно — смущаться… Значит, в бой с мечом наперевес — это легко, а выслушать заслуженную похвалу — мы стесняемся… Я намеренно продолжил. Коль нагеройствовала — пускай теперь слушает! — Также Силкан сказал, что ты смогла завоевать сердца демонического народа. Они зауважали тебя и, в отличии от прошлых лет, теперь действительно хотят с эльфами мира. Мол, у такой порядочной и отважной Королевы не может быть народ с гнильцой. — Тут смущённость её на щеках испарилась и на лице отразилась неподдельная гордость за свой народ. Моя отважная Амайя. Склонился и нежно зацеловал её во впалые щёки. — А ещё ты САМА убила Кхрорага! И ты даже не можешь себе представить, как я зол на тебя за это!
 
Тут Ами, приглушённо игриво расхохотавшись и с вызовом вздёрнув подбородок, спросила:
— А что, сам хотел его пришить, а я добралась первой?
— И это тоже! — Догадливая моя. — Но в первую очередь ты неоправданно рисковала нашим ребёнком!
Тон мой явно начал повышаться, да и проклятое эхо в пещере, и Скай голосисто захныкала. А Амайя принялась укачивать её интенсивней и злобно шипеть на меня сквозь зубы. Злобно, но тихо. Так, как могут только молодые родители.
— Оправданно, Рэнн! Оправданно! Все кто был там, на поле боя, все готовы были отдать свою жизнь ради победы. И наш ребёнок — не исключение.
Снова неосознанно ударила под дых.
— Все, кто были там… все, кроме меня…
Поняв, о чём это я, Амайя неуклюже, но всё же поднялась с меня. Я вскочил следом, дабы подстраховать одну чрезмерно уверенную в своих силах особу на случай, если та вдруг, обессилев, рухнет. А она уже на ходу, укачивая Скай, ехидно ответила:
— Ой, да ладно… Теперь ты будешь строить из себя обиженного мальчика, которого мамочка не выпустила из дому к друзьям поиграть в войнушку? — Мне едва удалось подавить в себе очередную вспышку гнева на эту бестию, а она, подойдя ко мне в упор и, дабы прекратить этот бессмысленный спор, подытожила как никогда верными словами. — Мы оба знали, что, выпусти я тебя из темницы, на фронт поехал бы кто-то один из нас! — Подойдя ещё ближе, иронично и даже где-то гаденько ухмыльнулась и прошептала мне в губы: — И, поскольку выбор был за мной…
С-с-сука! Сама решила за нас троих! Та-а-ак… это дело прошлое, мужик! Сейчас не время для ругани. Позже с неё за это спрошу! А после сама станет умолять, чтобы ещё спросил…
Выйдя из своих раздумий, гневно глянул на неё и заметил, что она явно устала. Едва сама ходить начала, а уже мечется по пещере, без перерыва укачивая плачущую Скай. Тихо подошёл к ним и бережно забрал дочь к себе на руки. Амайя же, в облегчении выдохнув, прямо там и присела отдыхать. А я постарался сбавить свой тон.
— Как бы там ни было — ты у меня молодец! Демоны всегда недолюбливали эльфов, но после этой войны, после твоих героических поступков… В общем, теперь ты навеки прославишься как самая отважная Королева эльфов.
Ами, устало вытерев испарину со лба, в неверии усмехнулась потрескавшимися губами.
— А я смотрю, ты сменил тактику. Решил подкатывать по-новому: лесть и комплименты?
Присел рядом с ней и зацеловал в щеки уворачивающуюся от моей отросшей щетины.
— Только, правда. Отныне только, правда.
Как только начало смеркаться, я, жадно обняв своих девочек и оставив им на всякий случай меч, отправился на поиски еды. До границы Тартаса лететь всю ночь. Холодную и голодную. А Амайя и малышка слишком слабы для подобного марш-броска, да ещё высоко в небе, где температура… В общем, помимо еды, мне бы и шкур достать откуда-то.
Из живности мне, как назло, ничего не попадалось. Проклятый Джаклард с его проклятыми тварями! К своим я вернулся с единственной и не менее исхудалой, чем сама Амайя, змеёй.
 
Но, несмотря на скромный улов, моя девочка обрадовалась как скромному ужину, так и вернувшемуся добытчику. И, пока я потрошил гадкое создание и обжаривал его во всполохах своего огня, в этих же всполохах я заметил огромное тёмное пятно, расползшееся по юбке Амайи. Пятно, о котором она и не собиралась мне рассказывать!
— У тебя кровотечение?
Затравленный взгляд на ребёнка, и тихо, так, что я едва расслышал: