Я все еще должен (СИ)

— Саша, ты всё сделал правильно. Был готов защищать Миуки, если бы потребовалось. А когда необходимость отпала, не полез в драку. Ты всё сделал наилучшим образом.
— Правда? — внимательно, выискивая подвох, посмотрел на меня парень.
— Конечно. Подумай, как бы ты мешал, если безрассудно бросился на них.
— Угу.
— Саш, наверное, я чёрствый сухарь и редко говорю то, что должен. Я тобой горжусь и очень люблю. Ты, правда, большой молодец. И сейчас всё сделал правильно. Если можешь, делаешь. Не можешь — не мешаешь другим. Но в этой конструкции очень важно трезво оценивать свои силы.
Сын не ответил, но я чувствовал, что ему стало немного легче. Некоторое время шли молча, смотря как штормящее море вымещает свой гнев на берег. Слева над большими волнами висели несколько чаек, лениво взмахивая крыльями и высматривая возможную добычу. Вот одна спикировала вниз, плюхнулась в мутную воду, погрузившись наполовину, и тут же выскочила, тяжело стала набирать высоту. В клюве поблескивала серебристыми боками мелкая рыбёшка. Её товарки издали возмущённый крик и стали догонять более удачливую подругу.
— Пап, как ты это сделал? — нарушил молчание парень.
— Моё тонкое тело. Его можно использовать одновременно с физическим, но это очень сложно. Представь, что у тебя сейчас вырастут ещё две руки. Получится у тебя ими управлять так же ловко, как родными, левой и правой?
Александр только кивнул и продолжил шагать рядом, явно обдумывая полученную информацию. Довольно далеко впереди мелькнула кицунэ, тут же скрывшись в зарослях. Вытянул руку перед собой, ладонью вверх, из физических пальцев показались другие, полупрозрачные.
— Видишь?
— Просто рука. — пожал плечами сын.
— Теперь? — напитал тело ци.
— Ага. — удивлённо кивнул подросток. — Вижу.
Из физической руки постепенно поднималась её копия, но полупрозрачная. Вскоре из локтя росли два предплечья, кисти, ладони, пальцы. Одни были обычные, другие — призрачные. Сын смотрел, не отрывая глаз. Сжал кулак, из плоти, а полупрозрачными пальцами только вразнобой шевелил. Потом поменял, физическими стал шевелить, а призрачными показал козу. Раскрыл обе ладони и на обеих зажёг сферы, состоящие из моей ци. Погасил и вернул тонкое тело обратно.
— Здорово. — выдохнул парень. — А барлер? Он как?
— Помнишь, мы выяснили, что как себя ощущаешь так и выглядишь в тонком теле?
— Угу, ты тогда ещё балаклаву пошил для встреч с магистром. — кивнул сын.
— Тогда ещё подумал, если я ощущаю на поясе оружие, то оно должно быть при мне.
— Но так же не было?!
— Не было и сейчас нет. Почему не получается так с револьвером, я до сих пор не выяснил.
— А как тогда это? — показал, сложив пальцы пистолетиком, выстрел подросток.
— Сначала было вот так. — призрачная рука отделилась от физической, вытащила барлер из кобуры и навела оружие на скалу, торчащую из моря.
Стрелять не стал, переложил револьвер в левую руку. Полупрозрачная правая нырнула к пустой кобуре и достала из него призрачный барлер, навёл оружие на большую волну, поднимающуюся чуть левее нас, по ходу нашего неспешного движения. Барлер беззвучно дёрнулся, водную стену, готовую вот-вот обрушиться на берег, разорвала призрачная пуля, на доли секунды образовав дыру в водяной преграде. Вскоре вода сомкнулась и волна обрушилась всей массой на берег. Призрачный барлер вернулся в пустую кобуру и пропал. Рука, принадлежащая тонкому телу, вернула настоящий револьвер на место и тоже исчезла, слившись с правой из плоти и крови.
— Ахринеть. — проводил её большими глазами сын. — Как?
— До конца не понимаю, Сашка. Однажды просто достал его, в тот момент совершенно не думал, на полном автомате. Потом начал тренироваться, поймал определённый настрой и состояние, стало получаться. Знаю только, что надо истинно верить. На долю мгновения засомневаешься и ничего не получается. Ещё надо досконально знать своё оружие, вес, центр тяжести, шероховатости на ручке и так далее.
— Это поэтому тогда с ним так возился? Помнится, с этим барлером спал, ел и даже в туалет ходил, не выпуская из рук. — улыбнулся сын. — Мы с Женей решили, что ты сбрендил.
 
— Да. — кивнул я.
— Хм… — задумался парень. — Получается стрелять из него бесконечно не можешь?
— Угу. Правильно уловил мысль, только шесть выстрелов, как в настоящем. Он и не отличается ничем от настоящего, просто прозрачный. Я так же могу его разобрать и перезарядить, но это не требуется. Если перезаряжу настоящий, то второй тоже будет готов к бою. Он как будто отражение.
— А зачем его возвращаешь в кобуру? Если не сделать этого, не получается достать?
— Получится, но сложнее. Видимо, в подсознании откладывается, что его потеряли или что-то типа. Потом приходится прилагать больше усилий. Не знаю, сложно объяснить, больше чувствуется сопротивление.
— А нож? Ты же и с ножом тренировался?
— Начинал, но толку от него нет никакого.
— Угу, ты прав. — покивал парень. — А автомат?
— Наверное, смогу, но после долгих-долгих тренировок с обычным, а потом уже с его отражением в тонком мире.
— А как мне научиться? — скис подросток.
— Тебе сначала надо научиться напитывать тело энергией, быстро и качественно. Иначе ничего не получится. Я могу им стрелять сколько угодно, но без ци оружие не взаимодействует с физическим миром. Так же, как я и ты в тонком теле. Потом выходить в фазу в любой обстановке. Только потом начинать тренироваться вытаскивать тонкое тело из физического, по частям. Сначала пальцы и дальше.
— Ты можешь полностью выйти и управлять обоими телами? — стал, как в копанный, подросток.
— Нет. — тоже остановился и оглянулся. — Только руки и начал ноги. Возможно, когда-нибудь смогу и полностью. Но мне немного страшно.
— Почему? Это… Это… — растерялся парень.
— Представляешь, ты видишь одновременно мир из разных мест и одновременно управляешь двумя телами.
— Мда, сложно, но… Невероятно круто! Это даже больше, чем просто круто!
— Ладно. Пошли. Тут пока руку научился вытаскивать, думал голова лопнет, а ты о дополнительном теле.
— А, если тебе перестанет быть нужно физическая оболочка? — задумчиво пробормотал парень и потопал дальше. — Кем можно стать? Тонкое тело и сознание в нём! Лоа? Бог?
— Шагай уже. — улыбнулся и дал ему лёгкий подзатыльник, мелькнувшей призрачной рукой.
— Великие духи! — потёр затылок Саша, косясь на мою правую, спокойно покачивающуюся вдоль тела. — Я тоже так хочу! Кому продать душу?
— Слушай, внимательно! — взревел я.
Подросток повис в моих призрачных руках, вытянутых на всю длину. Я держал парня за грудки, ткань лёгкой рубашки натянулась и жалобно трещала, в любой момент готовая сдаться. Его ноги безвольно болтались на уровне моих колен. Ладони парня судорожно вцепились в мои полупрозрачные руки, мышцы вздулись, тщетно пытаясь освободиться. Медленно опустил до уровня своего лица, Саша всё ещё не доставал ногами до песка, на котором мы стояли. Подросток замер, с ужасом уставившись в мои горящие глаза.
— Душа самое важное, что есть у человека! Продашь её, продашь себя! — чеканя каждое слово, прошипел ему в лицо. — И назад пути уже не будет.
— Я пошутил. — проблеял побледневший подросток.
— Таким не шутят, Александр. Запомни хорошенько!
— Я понял. — прохрипел он.
— Надеюсь.
Убрал ци, призрачные руки пропали. Сын уже не видел, как я возвращал их обратно в тело. Возможно, пора его вытаскивать в астрал. Саша обязательно шлёпнулся на задницу, если бы мои физические руки не подхватили, придержав его за подмышки. Мягко опустил сына на песок. Он потёр шею, с опаской косясь на меня.
 
— Прости, пап. Я правда пошутил. Не переживай, это в нашем прошлом мире душа была чем-то непонятным и несущественным.
— Она и там была важнейшей частью любого человека, просто люди не знали этого. Чувствовали, верили, но достоверно не знали. Здесь же ты можешь не только ощутить её значение, но и увидеть, и даже потрогать.