Я все еще должен (СИ)

Попробовал дёрнуться, преодолевая странное оцепенение, парализовавшее тело. Пальцы намертво вцепились в борт лодки и ни в какую не желали отпускать насквозь пропитанные солью доски. Ладонь русалки почти коснулась моих волос, когда призрачные руки обхватили её голову и из них вырвались тёмные молнии. Хлопья энергии, всё, что осталось от лоа, стали медленно опускать на морское дно, постепенно уменьшаясь в размерах. Наконец-то смог оторваться от борта лодки, покосился на сына.
— Ты как?
— Нормально. — кивнул перепуганный подросток, намертво вцепившийся в мачту лодки. — Это была русалка?
— Наверное, видал какие у неё буфера? — вырвалось у меня, только потом сообразил, что ляпнул.
— Неа, борт закрывал. — мелькнуло сожаление в голосе немного покрасневшего Саши.
— Ладно, жди. Если что, пни.
Плюхнулся задницей на сырые доски лодки, поджал под себя ноги и сразу же выскочил в фазу, провалившись сквозь дно лодки. Несколько раз мигнул из стороны в сторону, пытаясь рассмотреть хоть что-то. Следов нигде не было, что нисколечко не удивило. В мозгу всплыли легенды о русалках и сиренах, которые сразу же отбросил, вероятнее всего, это морские девы. Славянские русалки имели две ноги, сирены — это женщины-полуптицы, тоже отпадает. Значит, утащившая Миуки лоа, может двигаться только в сторону моря, на глубину. Несколько раз переместился, отдаляясь от острова. Впереди мелькнул какой-то бесформенный тёмный силуэт. Мигнул, оказавшись рядом с ним. Морская дева, держащая в руках потерявшую сознание кицунэ, дёрнулась и тут же рассыпалась хлопьями энергии, которые медленно стали опускаться на дно. Договариваться нет ни времени, ни желания. Поймал, начавшую медленно тонуть, Миуки и стал быстро подниматься к солнцу. Вынырнул метрах в ста от лодки. Саша стоял, держась за мачту, и внимательно осматривался. Подхватив на руки, мокрую кицунэ побежал к дрейфующей лодке. Возле борта затормозил и бережно передал бессознательную девушку сыну, тут же открыл глаза в физическом теле.
— Переверни её, головой вниз, чтоб вода вылилась из лёгких. — бросил парню через плечо, опустил в воду вёсла и заработал ими на пределе сил. Казалось, ещё немного и мышцы начнут рваться от напряжения.
Лодка неуклюже развернулась и рванула к близкому кусочку суши. За спиной пыхтел Саша, кажется, пытался делать искусственное дыхание. Теперь островок стал быстро приближаться, нас больше никто не держал и не уводил в сторону, меняя курс. Нос лодки проскрипел по песку и камням берега, я почти успел выдохнуть, когда метрах в десяти позади вода вспенилась, как будто взорвалась огромная глубоководная мина и на поверхность моря выскочил громадный лоа. Он неуловимо был похож на убитых мной русалок, только был мужиком с зелёной бородой, каким-то безобразным обручем на патлатой голове и в руках сжимал нечто отдалённо напоминающее кривой трезубец. Центральный зуб этих вил был намного длиннее других, левый наполовину обломан и смотрел в сторону, а правый напоминал штопор, тоже не особо ровный. Древко было кривое и имело множество сучков, как будто создатель подобрал первую попавшуюся палку и смастерил это чудо, даже не озаботившись обработкой древесины. Уверен, совершенно любой крестьянин побрезговал бы взять это в свои мозолистые руки. Но в перепончатых лапах лоа оружие смотрелось достаточно грозно и вызывало серьёзные опасения. Особенно если учесть, что зубья были направлены на нас, а глаза морского духа пылали праведным огнём. Договариваться с ним было явно бесполезно.
— Беги. — успел крикнуть, вскочить на ноги и поставить перед собой сферу.
Мгновением позже на защиту обрушился огромный энергетический кнут, соскользнул со сферы, которая жалобно мигнула и тут же пропала. Попади он под другим углом и, возможно, мы все остались на этом берегу навсегда. Кнут начисто срезал практически весь левый борт лодки и глубоко рассёк песок под ней. Наша, уже ни на что не годная, посудина осела и наклонилась набок, морская вода тут же промочила мои ноги.
За моей спиной послышалось несколько глухих ударов и отчаянный крик Саши:
 
— Живи, мать твою!
Начался надсадный кашель и судорожные попытки вдохнуть воздух, видимо, Миуки решила прислушаться к требованию подростка.
— Мой сын крут. — прошептал, едва улыбаясь, не имея возможности оглянуться.
Поднял руки, соединил пальцы в усиливающем жесте и опять создал сферу. Вовремя. Правая рука лоа заканчивала размах и через мгновение поставленная защита опять приняла на себя мощь громадного энергетического кнута. Показалось, что меня вколотили в песок на десяток сантиметров, но в этот раз сфера устояла. Техника морского духа рассыпалась искрами, яростно зашипевшими от соприкосновения с водой.
— Бл. ь, я чуть не обосрался. — услышал из-за спины голос сына, после чего парень, тяжело пыхтя, уронил что-то тяжёлое. — Пап, не возись долго.
— Угу. Грёбанный Посейдон, ты ли это? — зло прошипел себе под нос, вытаскивая призрачные руки из тела.
На морде морского лоа отразилось удивление, потом рожу исказила злость. Он поудобнее перехватил свой убогий трезубец и направил остриём на меня. Тем временем руки, принадлежащие моему тонкому телу, сложили два усиливающих жеста и из них в злющего лоа ударила тёмная толстая молния. Лоа попытался отмахнуться, как от чего-то несущественного, но ладонь прошило насквозь, дальше молния врезалась в плечо, мужика развернуло. Из тела вырвало кусок, который на глазах стал рассыпаться на мелкие хлопья. Лоа с недоумением уставился на свою искалеченную руку. Она на глазах стала восстанавливаться, так же, как и повреждённое плечо, но это явно не доставляло приятных ощущений духу.
Перестал подпитывать защиту, лоа пока явно не думает атаковать, четыре моих руки растопырили пальцы в усиливающем жесте, соприкоснулись запястьями и кисти разошлись в разные стороны. Из четырёх ладоней вырвались молнии и, переплетаясь, понеслись к лоа. Мужик за мгновение до удара исчез. Появился намного правее, перед его лицом стал формироваться и быстро напитываться контур какого-то заклинания. Было далеко, но я попробовал сдёрнуть один из неизвестных символов, он задрожал, но не поддался. Плетение стало не так быстро формироваться и я снова попробовал выдернуть уже другой символ, опять безрезультатно. Лоа был намного сильнее всех магов, которых мне доводилось встречать. Плетение уже было почти готово, когда я опять с четырёх рук атаковал застывшего мужика, видимо, удержание такой концентрации даже для него даром не прошло и он остался на месте, в его грудь влетела почти чёрная молния. Что он готовил, узнал бы буквально через мгновение, но было не суждено. Моя молния прошила его насквозь, а я на всякий случай выдернул один из символов в готовом рисунке заклинания, плетение распалось. Мужика отшвырнуло, он тяжело плюхнулся в воду, подняв тучу брызг и большую волну, начавшую расходиться в стороны, немного побарахтался и исчез с поверхности моря, нырнул на глубину. Вероятнее всего, выжил, слишком сильный, но потрепало его хорошо, видимо, решил отступить, не доводить дело до конца с оказавшейся слишком зубатой жертвой. Чего он вообще так взъелся, осталось загадкой.
Довольно быстро к берегу приближалась поднятая лоа большая волна. Пришлось поторапливаться, выбираться из затопленной лодки на берег и бежать к Саше, который стоял под первыми деревьями, вплотную подступившими к песчаному неширокому пляжу. Поравнявшись с ними, подхватил едва пришедшую в себя кицунэ и потащил вглубь островка, крикнув сыну следовать за нами. За нашими спинами бушевала вода, докатившаяся до берега. Миуки что-то нечленораздельно мычала, стучала по моей руке кулачками и брыкалась ногами. К середине островка шла ощутимая возвышенность, волна не была настолько большой, чтобы затопить весь этот небольшой клочок суши. Вскоре бросил девушку на мягкую траву и рухнул рядом, через несколько секунд к нам присоединился Саша. Вода уже начала отступать, оставляя за собой видимые последствия наводнения, мусор, грязь, морских обитателей, которых притащила с собой, поломанные кусты и небольшие деревья. Нам повезло, что нас не привалило чем-то тяжёлым во время бегства от стихии. Лежали, тяжело дыша, и втроём смотрели сквозь кроны деревьев в голубое безоблачное небо.