Я все еще должен (СИ)

— Ты не успеешь. — всё же остановил руку он.
— Уверен? — нахмурил я брови. — Как там тебя? Зыгфур? Зукдар? Не помню.
— Зыкхыр. — зло прошипел альв, сверля меня взглядом.
— Да-да, точно. Говорящий с духами Зыкхыр. — с него на меня и обратно переводили взгляды люалы, и непонятно чего было больше в этих глазах, опаски или интереса.
— Тебя не узнать, Эван. — поднял он руки, после того как я дёрнул стволом вверх, приказывая это сделать.
— У тебя получилось, «друг» мой. — предвкушающе улыбнулся я. — Ты проводишь нас в город.
— Не пойду..
— Мне плевать! — зло рыкнул я, вторая призрачная рука отделилась от левой. Показалось, что альв побледнел. — Это приказ! Шагай вперёд! Или по законам военного времени, за неподчинение, здесь и ляжешь.
— Но..
— Кто-то хочет оспорить? — покосился на шеренгу люалов, этот цирк был для них, а не альва. Ещё вздумают вмешаться, лишняя стрельба мне ни к чему. Насколько я понял, они привыкли подчиняться корпоратам во всём. — Кто старший после этого?
— Я. — вышел вперёд перепуганный деревенский мужик с одинокой лычкой на плече.
— За него останешься.
— Есть. — вытянулся он.
— Шагай, говорящий Зыкхыр..
Альв ненавидяще сверлил меня взглядом около минуты, пока мне надоело и я приподнял барлер с намереньем пристрелить его здесь, видимо, что-то мелькнуло в моих глазах. Зыкхыр осунулся, повернулся и обречённо пошёл вперёд, в сторону моста. Я ткнул лошадь в бока и направил вслед за ним.
— Что мне сказать, когда спросят, куда делался командир? — догнал меня голос растерянного мужика.
— Скажи, что он преступник. Теперь ты командир и это твои проблемы.
Мы молча преодолели длинный каменный мост, по которому я не раз хаживал в былые времена, прошли мимо пустой башни второй заставы. Когда-то здесь кипела жизнь, легионеры отдельного речного добросовестно несли службу, а сейчас скучает секста раздолбаев в убогой форме, спящие на посту.
— Отпусти, Эван. — заговорил альв. На него с интересом покосился Саша, но промолчал.
— Шагай, убогий. За что тебя только сослали в такую глушь.
— Из-за..
— Заткнись, мразь. Мне всё равно.
Некоторое время он топал молча, поднимая облачка пыли за собой.
— Это кто? — не выдержал Саша.
— Альв, под прикрытием. Настолько убогий, что его сослали сюда командовать кучкой отребья.
— Серьёзно? — приподнял бровь сын.
— Слышь, Зыгур, сними амулет, дай полюбоваться на твою красивую рожу.
Альв зло зыркнул на меня и не подумал даже что-то делать, продолжая топать вперёд. Напитал тело ци и призрачна пуля, выпущенная из барлера, отстрелила указательный палец на правой поднятой вверх руке. Зыкхыр, взвыв от боли, упал на колени, прижал ладонь к животу и принялся раскачиваться из стороны в сторону, баюкая покалеченную конечность и тихо скуля.
— Ты смотри и амулет при нём, слабенький, но есть. Я в центр целился.
— Тварь, сука, ненавижу… Всё из-за тебя… — полился поток отборных ругательств. Перед глазами альва начал медленно и рвано формироваться какой-то рисунок заклинания.
— Как в плохом кино..
Три беззвучных выстрела в спину альва поставили точку в этом цирке. Тело завалилось набок, несколько раз дёрнулось и затихло. Ещё раз выстрелил в голову и убрал барлер в кобуру, а прозрачную руку обратно в тело.
— Поехали, нам ещё далеко. — посмотрел на побледневшего сына. — Что такое?
— Ничего. — отвернулся парень и тронул лошадь, таращившуюся на окровавленный труп тупыми ничего не понимающими глазами.
— Это альв, Саша. — поравнялся с ним. — Они уничтожили нашу прошлую жизнь, наш мир и пришли сюда, сделать здесь то же самое. Стоило его пожалеть?
— А мы позорно сбежали… — выпалил подросток.
— Забыл в каком вы все были состоянии? — тронул его за плечо. Сын дёрнул им, сбрасывая мою руку.
— Не забыл. — огрызнулся он, отворачиваясь.
— Так чего ты? Сейчас мы не бежим. Делаем что можем.
— Да! Замечательно воюем. — демонстративно осмотрелся он, намекая на пустынность местности и труп альва на обочине. — Результативно.
— Ты реально неправ, Александр. Этим рейдом мы сделали больше, чем империя за несколько месяцев, если не год.
 
— Мы! — горько усмехнулся подросток. — Мы все раздельно, нас нет! — выпалил парень, выплёскивая из себя боль, долго терзающую душу. — Мама где-то там. Женя на другом конце империи медленно умирает. Мы тут, плетёмся неизвестно куда! Стреляем… убиваем… Бежим… Я хочу домой!
— Тихо-тихо, Сашка. — неумело принялся успокаивать истерящего подростка. — Мы плетёмся в горы узнать, как вылечить Женьку. Узнаем, сделаем, встретим маму..
— Слабо верится.
— Женьку вылечим! Я обещал, сделаю.
— Вы всё равно не будете вместе… — после недолгого молчания сказал он, смотря куда-то вдаль пустыми глазами. — Уже никогда не будет, как раньше.
— Не будет, Саш. — не стал врать я, задумчиво постукивая пальцем по нагретому на солнце автомату. — Я как бы мёртв, сын. Так сложилось, никто не виноват.
— Ты вот. — развернулся и ткнул меня в плечо кулаком он.
— Угу. — задумчиво кивнул, покачнувшись. — И да, и нет. Тот я мёртв. Прости, сын..
Некоторое время ехали молча. Насупленный Александр смотрел вперёд. Мне тоже было о чём подумать. Дорога стелилась под копытами неспешно плетущихся лошадок, то поднимаясь на холм, то спускаясь в ложбину. Как будто ползём не по вражеской территории, а гуляем по парку возле дома.
— Раньше ты не мог… — наконец нарушил тишину он. — Сейчас ты очень сильный. Вернёшь старую жизнь, до всего этого?
— Ты слишком высокого мнения обо мне. Это надо быть на порядки более сильной сущностью, Александр. Я всего лишь человек.
— Богом. — тихо пробормотал он. — Они существуют?
— Не видел. — улыбнулся, протянул руку и хлопнул его по каске. — Обязательно тебе расскажу, если увижу.
Сын не ответил, о чём-то задумавшись.
Вечером появилась жизнерадостная Миуки с пойманным зайцем и разогнала тоскливое настроение. Они с Сашей быстро сварганили настоящий праздничный ужин и без умолку трещали о ничего не значащей ерунде до поздней ночи, постоянно по-доброму подшучивая надо мной. Я неумело отбивался от их подначек и тихо радовался, что сейчас они такие, смеющиеся и, вроде бы, весёлые.
Через два дня проехали мимо поворота на Тикрун. Ожидаемого мной блокпоста не было. По моим предположениям, начинался самый опасный участок дороги. Между лесом и городом, ставшим негласной столицей Прилесья, должны были сновать целые караваны снабжения, но пока ничего такого не наблюдалось. Дорога была явно езженая, но сейчас пустынная. В Тикрун заглядывать не было никакой необходимости, провиантом исправно снабжала кицунэ, да и лишний раз светиться было глупо. Хоть меня и мало кто знал, но всякое могло случиться. Ночью проскочили опасную развилку и к обеду, так никого и не встретив, были уже далеко.
Следующие девять дней тащились к Стаду, четвёртому крупному городу Прилесья. Эта дорога была намного более использована, чем отрезок между Тикруном и Гравком. Не проходило и часа, чтобы кто-то не попадался навстречу или не обогнал на резвой лошадке, куда-то спеша. Сначала были всё время настороже, но через день привыкли, что нас боятся и стараются побыстрее убраться с нашего пути. Я всё время опасался, что мы пересечёмся с реальной группой корпоратов, но повезло. Наверное, они все были задействованы на территории империи, а не отсиживались в тылу. Альвов больше не встречалось. К концу пути обнаглели настолько, что заночевали в придорожном трактире. Его хозяин был настолько любезен, что попотчевал разносолами, уложил в лучшую комнату и даже денег за постой не взял.
 
В Стад так же решили не заезжать, не было желания испытывать удачу. Обогнули город по широкой дуге, потратив на это чуть ли не весь день, и ближе к горам отпустили лошадок на волю. Взвалили рюкзаки и потопали к виднеющимся вдали высоченным снежным шапкам.
— Надеюсь, туда лезть не придётся? — пробурчал Саша. — Как этих кочующих с места на место лис вообще искать?