Космострим (СИ)

— Не перебивай. Во-вторых, этот тип может засечь камеру. Хочешь межпланетного скандала? Неизвестно еще, чем это обернется! Я-то не буду переживать, если меня исключат из Академии. А тебе разве не жаль будет потерять профессию?
— Скучно тут. Нас даже на Френдз не пустят, — приуныл Ян. — Я думал, мы приземлимся по-настоящему, а они только катера туда отправят с пассажирами. А мы тут должны куковать как проклятые среди своих роботов.
— Так мы тут работаем, а не отдыхаем, как туристы, — посочувствовал другу Рэм.
На следующий день корабль почти опустел — все пассажиры отправились на планету Френдз с экскурсией по колонии. Рэм знал, что там есть на что посмотреть. Чудесная экзопланета очень напоминала Землю, особенно в субтропических широтах. Видеоролики с этой замечательной колонией постоянно набирали тысячи просмотров в любых аккаунтах. Добавить необычные растения и чуждые земному воображению животных, и рейтинги выкладывающих ролики взлетают до небес.
Конечно, за два века колонизации острота впечатлений от природы Френдз притупилась. Зато добавилось восхищение самой передовой архитектурой, которую вводили на этой планете. Рэм понимал, почему другу так хотелось побывать на этой планете. Он бы и сам не отказался. В следующий раз.
Сейчас они с Яном бродили по роскошным отсекам корабля, радуясь, что все уехали. В обычное время им приходилось почти все время сидеть в аппаратной стюардов, внимательно следя, чтобы не случилось неполадок с роботами. Сегодня из роботов на посту остался едва ли десяток.
Они шли и болтали о чем-то не очень важном, как вдруг остановились как вкопанные — им навстречу шел один из вамфимцев.
Он был в специальном черном комбинезоне без шлема, на виду оставалась лишь слегка вытянутая синяя голова. Она отдаленно напоминала человеческую, если бы не третий глаз на лбу и полное отсутствие волос. Нос и рот закрывал респиратор с тонким шлангом, перекинутым к баллону за спиной. Воздух корабля был недостаточно насыщен кислородом для этого существа. Высокий, почти на голову выше Рэма, тонкий инопланетянин передвигался плавно и медленно на четырех конечностях, похожих на ноги. Создавалось впечатление, что он не шел, а плыл. Верхние трехпалые конечности сжимали какой-то маленький прибор.
— Приветствую вас, — произнес он через динамики респиратора. — Вы стюарды?
— Да… — еле выговорил Рэм, засмотревшись на вамфимца. Первый раз в жизни он пожалел, что у него нет стрим-очков. Такое видео стоило записать хотя бы для себя. Впрочем, стоявший чуть позади Ян уже активировал свои стримки и нагло записывал разговор с пассажиром. — А что случилось?
— Мне нужна помощь, — спокойно продолжил инопланетянин, протягивая руку Рэму. На широкой ладони лежала микрокамера. — Вы знаете, что это?
— Знаю, — мгновенно пересохшими губами ответил практикант. — Это камера, такая штучка, она снимает все, если кому-то нужно…
— А знаете, как она оказалась в моей каюте?
— Нет, простите, — Рэм отчаянно старался не думать о том, кто мог устроить такую диверсию. Но обмануть вамфимца еще ни одному человеку не удавалось.
— Вы не знаете. Но думаете, что это сделал ваш друг, — пассажир обернулся к Яну, который от ужаса не мог вымолвить ни слова. — Да, это вы. Зачем? А, понимаю. Хотите поднять рейтинг. Это странное изобретение человечества. Камера снимала недолго, я быстро ее обнаружил — я чувствую любую работающую технику рядом с собой. Запись уничтожена, — он протянул прибор Яну.
— Почему? — горько воскликнул Ян, рассматривая мертвую камеру. Горе придало ему смелости, и он почти не заикался. — Вам же все равно, что о вас думают люди!
— Да. А так же мне все равно, что обо мне думают мои соотечественники, — немедленно ответил пассажир. — Наша раса лишена столь явно выраженного стадного инстинкта, который присущ людям. Такая глупость как личный рейтинг не может существовать на нашей планете.
— У нас это, к сожалению, имеет большое значение, — Рэм уже пришел в себя. Он видел, что вамфимец не проявляет агрессии, а то, что он заговорил с ними по собственной воле, было невероятно, и надо было пользоваться моментом. Уж это видео они получат. — Простите моего друга, в погоне за личной выгодой у него поехала крыша. В смысле, это такое выражение, которое обозначает…
 
— Я знаю наиболее распространенные фразеологизмы вашей страны, — перебил его гость. — Ваш язык довольно примитивен, выучить его несложно. Я попрошу вас больше не пытаться следить за мной. Вторжение в личную жизнь без разрешения у нас не приветствуется, — он развернулся и быстро пошел-поплыл прочь.
— А что будет-то? — шепотом спросил Ян. — Ну, в смысле, если он не простит в следующий раз?
— Сильно хочешь узнать? — прошипел в ответ Рэм. — Я же предупреждал! Чтобы ты не смел к ним лезть!
Они еще долго ругались, вернувшись на свой пост. Но потом все-таки приступили к работе: пассажиры возвращались.
Прямая трансляция со стримок Яна попадала на Землю с небольшим опозданием — огромное расстояние между лайнером и планетой делало обычную связь невозможной. А связь с преломлением пространства имела свои минусы. Главный из которых — разница между передачей видео и получением его подписчиками. Поэтому о реакции на запись разговора с вамфимцем друзья узнали только через час. Рейтинг Яна поднимался на глазах, такой мгновенной популярности он не ожидал. Хотя в комментариях его многие осуждали за камеру, подписчики не уходили.
Разговор с вамфимцем, как ни странно, имел и другие последствия. Однажды поздно ночью, когда все пассажиры спали, а Рэм и Аркадий Романович были на посту, в их кабину вошел тот самый инопланетянин.
— Простите за поздний визит, — прозвучало из динамиков. Гость обращался исключительно к Рэму. — Я хотел спросить, мы летим к Веге?
— Да, — парень переглянулся с главным стюардом, заметив, что тот находится в таком же шоке, как и он сам при первом разговоре с вамфимцем.
— По дороге мы остановимся у Радужной звезды?
— Да, это план полета. Но мы не будем там останавливаться надолго, просто пролетим мимо. Все хотят посмотреть на протопланетное облако…
— Это ошибка, — спокойно сказал вамфимец. — Нам не надо туда.
— Почему? — спросил уже пришедший в себя Аркадий Романович.
— Нам туда не надо, — повторил гость и покинул кабину.
— Что это было? — переглянулись стюарды.
— Может, рассказать об этом капитану? — робко спросил Рэм.
— Что именно рассказать? — недоуменно пожал плечами Аркадий Романович. — Он же ничего не объяснил. Разве что доложить о странном пассажире. Нет, не думаю, что это важно. В конце концов, может, ему туда и не надо, а поменять курс корабля нелегко. Мы у Веги будем уже через несколько часов.
— Ладно, — ответил Рэм. Но чувство тревоги мучало его еще долго.
Когда руководитель практики отправил его спать, Рэм направился в каюту персонала. Но не для того, чтобы поспать. Спать не хотелось. Он направился к Яну. Друг спал наверху двухъярусной кровати. Рэм принялся его будить.
— Ян! Вставай. Быстрее!
— Чего? Рэм? Что случилось?
— Пойдем к вамфимцу.
— Чего? А, ты мне снишься. С какими-то бредовыми идеями, — он отвернулся к стене. — Дай поспать.
— Ян! — продолжал толкать его Рэм. — Я только что запросил у Лаврика информацию. У вамфимцев мозг более развит, чем у нас. Они не только телепаты, они могут предчувствовать будущее, это часть их эволюции! Когда погибли мои родители, на их корабле должны были лететь три вамфимца. И ни один не полетел!
— Ничего себе, — Ян уселся на постели, протирая глаза. — А твоим родителям они ничего не сказали?
 
— Ты же знаешь эту расу — они никому не помогают. То, что этот пассажир решил нас предупредить — очень необычно.
— Хорошо, мы предупредим наших, но что мы им скажем? У вамфимца предчувствие?
— Ну, хотя бы так. Может, достаточно быть просто осторожнее. Ведь если бы мы гарантированно попали в аварию, вамфимцы вообще не полетели бы, правда?