Космострим (СИ)

Первая же контрольная в классе оказалась настолько элементарной, что Рэм решил задачи за пять минут.
Он оглянулся на остальных — остальные парни хмурились над заданиями, неуверенно тыкали стилетами в экраны обучающих компьютеров, стирали решения, снова тыкали. Только Ян, тоже решивший все довольно быстро, недоуменно смотрел на друга. Рэм поднял руку.
— Простите, а почему такая легкая контрольная? — спросил он учителя. — В том классе мы проходили такие задачи еще в прошлом году.
Все ученики класса тут же уставились на него недобрыми взглядами. Учитель вынырнул из своего экрана и удивленно посмотрел на мальчика.
— Ты уже все решил? Перебрось-ка мне… Да, точно, все верно, — проверил он файл с решением. — Ну, тогда займись другим вариантом.
Рэм расправился с другими задачками еще быстрее. И до конца урока обдумывал пришедшую ему в голову печальную мысль.
Вместо того, чтобы пойти на перемену, он подошел к учителю и задал интересующий его вопрос. Ответ его очень разочаровал. Как оказалось, в этом классе теоретическим предметам действительно обучали по сильно упрощенной программе.
— Разве ты не знал, что сюда попадают дети без особой тяги к наукам? Да, они тоже поступят в Академию, но в основном, на тренерские должности. Будут следить за состоянием будущих космонавтов на тренировках, разрабатывать обучающие курсы, чинить симуляторы. Ни математика, ни физика, ни программирование там не нужны. Зачем же их мучить сложностями?
— Но я-то хочу поступать на летное отделение! — с отчаянием воскликнул Рэм. — Мне нужны физика, программирование и стереометрия!
— Хм… Даже не знаю, как тебе помочь. Переведись назад в прежний класс.
— Ага, ждут меня там!
— К сожалению, в этом классе к таким экзаменам тебя не подготовят. Если только будешь заниматься сам.
— А это возможно?
— Я подумаю над этим вопросом.
Они решили, что Рэм и Ян будут заниматься по индивидуальным программам. В обучающие капсулы дома учитель им отправлял совсем не те ролики, которые просматривали (а, скорее всего, и не просматривали) остальные ученики. Уроки в классе теперь выглядели так: весь класс, кряхтя от натуги, решал пару задач, а учитель перебрасывал информационные файлы Рэму и Яну. Через несколько минут объяснял материал, разбирал с ними сложные формулы и необычные задачи, гонял по вопросам и давал огромные файлы домашних заданий.
Рэма также очень интересовала история освоения космоса. И учителю приходилось сбрасывать ему видеоролики по этому предмету, хотя он вообще не входил в программу класса. Но Рэм мог смотреть фильмы про космос часами, а потом еще и задавать учителю миллион вопросов. Главным из которых был — почему людям запретили покидать определенный сектор Галактики?
— Рэм, ты же смотрел фильмы, — немного раздраженно отвечал учитель. У него не было времени на любопытного ученика. В его обязанности входило курировать задания для сотни классов разного уровня. Он не всегда знал в лицо своих учеников, общаясь с ними большую часть времени онлайн. Но этого настырного юношу он запомнит надолго. — Четыре разумные расы Галактики, вышедшие в космос, считают нашу, пятую расу, очень агрессивной. Мы смогли выйти в космос до того, как нашу цивилизацию обнаружили вамфимцы. И хорошо, что нас не уничтожили, а все-таки позволили осваивать хоть какие-то звездные системы.
— Нас пытались уничтожить! Вамфимцы обстреливали Землю, пока мы их не сбили. И после этого они считают, что вправе нам что-то запрещать?
— Считают. И не только они. Аарниты, и комгорсы тоже. И спорить с ними пока бесполезно: их оружие мощнее нашего. Они позволили нам развиваться дальше, за что уже можно сказать спасибо. Вряд ли земляне в такой ситуации поступили бы так же.
— Это унизительно! Я стану военным летчиком и разберусь с ними. Ну, или хотя бы просто летчиком. И буду летать за пределы Периметра. Чихать я хотел на их правила! — горячился Рэм.
— Не хочется тебя разочаровывать, — грустно усмехался учитель, — но поверь: ты никогда не вылетишь за пределы человеческого сектора. Эта граница будет существовать еще очень долго.
 
— Посмотрим, — насупился Рэм.
Он болезненно переносил мысль о том, что человечество, хоть и вышло за пределы Солнечной системы, но, по сути, находилось в подчиненном положении по отношению к другим разумным расам. Комгорсы, которые заселяли тот же рукав Галактики, что и земляне, вообще отказывались от какого-либо сотрудничества. Они выделили человечеству небольшой сектор Галактики и запретили покидать Периметр под угрозой полного уничтожения.
Вамфимцы хотя бы шли на контакт. Эти темно-синие существа гуманоидного типа даже иногда прилетали на Землю в качестве наблюдателей. Они чувствовали некую ответственность за развитие земной цивилизации. Ведь именно их патрульный звездолет был сбит в космосе. Тогда-то люди и поняли принцип работы гиперпространственного двигателя. Но в вопросах космической экспансии людей вамфимцы были полностью на стороне комгорсов и дальше Периметра летать тоже не советовали.
Никому из людей не нравилось, что им диктуют условия, но поделать ничего было нельзя. Рэма это раздражало, и он часто возмущался этим в присутствии учителя. Впрочем, этот ученик приносил и положительные эмоции: юноша с удовольствием брался за сложные проекты, которые приносили хорошую премию его руководителю.
Как-то раз во дворе школы к Рэму подошел староста Терентий с друзьями. Выражение лиц у них при этом было очень неприветливым.
— Ты это, ботаном заделался, что ли? — сплюнул он на землю, потирая кулаки. — Ты ничего не перепутал? Как можно себя вести, как нет… Уважать одноклассников кто будет?
— Что ты имеешь в виду? — удивился Рэм. — Я не собираюсь тупить на уроках только потому, что вам не нужно развивать мозг. У меня другие планы… — он не успел договорить, как Терентий схватил его за грудки.
— Слушай сюда! — прорычал он ему в лицо. — Нам лишние контрольные тут не нужны. Если такой умный — вали обратно в класс для компьютерных пидоров, понял?
Рэм понял, что сейчас его будут бить, и уже приготовился к драке, но тут вперед выскочил перепуганный Ян.
— Он все понял! — выкрикнул друг. — Только я не понял! Вы чего хотите-то? Мы же не на тренеров будем поступать, нам теория нужна! Рэм на летчика хочет, а я еще не решил, может, тоже туда. Или на механическое, к стюардам. А чтоб туда поступить, знаете, какие баллы нужны? Вот что нам делать-то?
— Да клал я на то, что вам делать, — отпустил Рэма Терентий. — Сказал, хорош выпендриваться. А то нам преподы начинают всякую домашку совать, да контрольные увеличили с вами за компанию. Ты, что ли, их за нас делать будешь?
— А если буду? — спросил Рэм.
— В смысле?
— Ну, если я буду помогать вам с контрольными? Мне нужно как можно больше практики, а ваши задачи для меня не проблема.
— Я знаю, как пересылать файлы втайне от учителя, — поддержал друга Ян.
— А домашка? — тут же спросил один из дружков Терентия.
— Совесть имейте! Домашкой сами занимайтесь, у всех инфосеть имеется, — отказался от такой перспективы Рэм. Если решить множество контрольных за один урок — своеобразный вызов способностям, и даже интересно, то делать домашку для всего класса походило на рабство.
— Хм… — призадумался староста. — Это надо перетереть.
Думали они недолго. В конце концов, пришли к взаимовыгодному сотрудничеству. В течение года Рэм решал все варианты всех контрольных, усваивая знания на все сто процентов. Успеваемость в классе невероятно повысилась. Если учителя и догадывались о мошеннических схемах ребят, то закрывали на это глаза. Рэм и Ян хоть и не завели друзей в классе, но и врагов у них тут больше не было.
 
На окончание школы и Рэм, и Ян уверенно шли на отличные аттестаты. И на последней линейке школы они стояли в рядах медалистов школы. У Рэма была серебряная медаль, у Яна бронзовая. Они поднимались на сцену, торжествуя: медали давали хорошее преимущество при поступлении в Академию.