Драма Мориарти: "Воля кукловода..." (СИ)

Вот теперь более понятно стало. “Чернь…” — пролетело в голове, немного высокомерно. — “Правда я тоже без ничего, ни клана, ни дома, ни важной фамилии. А впрочем, кто об этом знает? Морду тяпкой, повадки прекрасной гейши и все, стану дворянкой столбовой!” — тихо захихикала, эльф непонятливо поднял бровь. Но я ничего ему не сказала. “Рано разочаровываться, в принципе, я еще никуда выходить не хочу. Так что нафиг мне этот прынц сдался!” Внезапно входная дверь со скрипом распахнулась, прервав мои размышления, и нашему взору предстал…
— Здорово, Шаклен! — проревел на все заведение грубый баритон. Мы оглянулись, как и многие другие на новых гостей.
— Дюк? — ответили ему из-под барной стойки. — Точно. Вот принесла нелегкая… — уже тише вымолвил трактирщик, когда показался снаружи.
— А ты кого ожидал увидеть, старый хрыч? — уже более спокойное от двери. Мужик и еще парочка его спутников грозной поступью припустили к знакомому лицу, но по роже последнего было видно — они стоят в конце очереди, кого он хотел бы вообще видеть. Главарь выглядел заросшим, с прищуренными глазками и могучими плечами! Мой эльф, по сравнению с этой горой, изящная тонкая вазочка для одной розы! Остальные выглядели не лучше.
Когда они проходили возле нас, то первый чуть приубавил шаг, невзначай так осмотрел моего скрытного спутника, повернутого к огню, и мою личность с ног до головы. На последнем обзоре, скривился. “Ах, ты…!” В ответ на дерзость, я, сидя с ровной спиной, подняла горделиво подбородок и одарила его высокомерным, даже больше презренным взглядом, которым на всех смотрел дроу. “Ты лишь тля под моими ногами!” — читалось в моих глазах. Дюка перекосило, будто он сьел разом парочку кислящих лимонов. Все это было за доли каких-то секунд, мужик, побежденный в гляделках, более не оборачиваясь, поплелся дальше.
— Чего тебе надобно? — потирая полотенцем стакан, недовольно спросил хозяин таверны.
— Да вот, на охоте был. — начал пришедший издалека. — Дичь знатную подстрелил… — расплылся в довольной улыбке, всем видом показывая, что в этом деле он — мастер.
— Давай к сути переходи. Нужна комната иль выпить? — вот интересно, куда делась всё его щенячество и потакание? Перевела взгляд на Зеврана, тот, не обращая внимания на окружение, уже ковырял когти кончиком кинжала, иногда сверкающего алым отблеском.
— Это разбойники? — шепнула ему, пригнувшись к столу.
— С чего такой вывод? — удивился темный, говоря обычно. От своего занятия он даже не оторвался.
— Какие-то они дикие…
— Это потому что тот мужик взглянул на тебя, как на дряблую старушку? — бросил иронично эльф.
— Я не СТАРАЯ!!!! — вновь крикнула я, всплеснув руками и привлекая всеобщее внимание. Поняв, что куча глаз меня оценивает, насупилась, положила нога на ногу и сделала вид, что меня это не касается. “Черт, некрасиво как. И как темный затылком заметил наши переглядывания-то?” Дроу лишь хмыкнул. А остальные, закончив осмотр и не найдя ничего интересного для себя, вернулись к кружкам.
— Нет. Не разбойники. Охотники, не больше, не меньше. — заключил он, прождав, когда все людишки перестанут пялиться на меня. Зев хотел что-то дополнить, но его отвлек громкий баритон от барной стойки:
— Слыхал последнюю новость?
— О какой именно толкуешь?
— О той, что касается тебя! — растянул мужик рот до ушей в улыбке. — Проходил я мимо Лучевки, значится, выслеживал знатного такого индила(существо похожее на вепря, семейство свиньи)… — руками махнул довольно приличный круг. Опять хвастается…
— Ну? Заинтересовал, и как там моя родственница поживает? Ты же заходил к ней чаи погонять?
— В этом-то вся и суть! Крепись, друг мой. — обойдя стол, он сочувственно похлопал хозяина по плечу, от удара беднягу чуть ли не припечатало к обеденной мебели, не смотря на все его габариты. Я же, забыв обо всех своих проблемах, неотрывно следила за театральной постановкой, даже дроу то и дело кидал на них косые взгляды, не упуская деталей разговора.
— Что такое? Что случилось!? — обеспокоенно загалдел трактирщик, отодвинувшись подальше от эмоционального громилы.
 
— Экая вещь, дружище… Я так к ней и не зашел.
— Почему?
— А НЕКУДА было заходить!!! — прогремело под крышей хлипкого домика. — Нет дома! Сгинул в преисподне!
— Что-о-о!? Что ты за ересь несешь? Как это сгинул!? — не веря, рыкнул трактирщик. Когда же он глянул на кивающих спутников, подтвердивших сказанные слова, то понял, Дюк не шутил. На глазах его лицо приобрело сначала цвет моркови, а затем чистого мела. Запаниковал.
— Что там, что там случилось? — проблеял он слабо. Мне даже пришлось приложить усилия, чтобы все расслышать, ибо их разговор стал смешиваться с общим шумом таверны. Люди, узнав, что говорят о некой Лучевке, подняли гомон и принялись перекидываться с соседями новыми сплетнями. Из всего этого мусора я уловила лишь то, что кого-то закопали в снегу… Странно.
— Тут можно долго описывать, но я кратко постараюсь. — мужик почесал затылок, собираясь с мыслями.
— Черт, что ты тянешь!?
— Ай, ладно, будь, что будет. Хата сожжена до тла! Будто в нее огненный шар запустили! По галдению зевак, она просто на воздух взлетела! Ты б это видел…
Толстячок лихорадочно схватился за сердце и медленно начал сползать вниз, но ему не дали уйти ниже уровня буфета, за шиворот вернув обратно.
— Эй, крепись, кому сказал! Это еще не конец. Дальше веселей.
— Куда еще веселей-то? — пискнул он жалобно.
— Тетки твоей, не было в хате! В деревню хаживала. Но эт ее как-то не спасло. Говорят, что как только она увидела густой дым со стороны леса, пустилась в обратку с визжанием. Всех перепугала. Народ толпой сбежался на улицу. Вот они-то и были свидетелями того, как Дарена Яковлевна от своей поспешности и от старости костей оступилась и-и-и-и… — Шаклен уставился на него умоляющими глазами, чтобы тот прекратил рассказывать эти ужасы, но тщетно, Дюк неумолимо продолжал:
— Улетела она в близ располагающуюся канаву, утонув по уши в сугробе!
– *Хлоп* О-ох! — трактирщик все же рухнул на пол, закатив глаза. Того гляди удар хватит.
— И что? Выжила? — спросил кто-то из зевак справа от громилы.
— Да нет! Подохла! С концами и на месте! Никакие варева не помогли.
Я медленно повернулась к Зеврану, паникуя. Тело начало потряхивать ознобом.
— Это же из-за нас…
— Хм? — будто не понимая ситуации, откликнулся эльф. — Что из-за нас, мелкая?
— Она умерла.
— Ничуть.
— Но…
— Заткнись. — он грубо меня перебил, прекратив крутить нож на столе. — Твои дерганья меня раздражают. Бабка сдохла по своей вине. Дом сгорел из-за курицы. При чем здесь мы? Не бойся. Нашу компашку никто не видел, да и если б было иначе, то я б все уладил. — жесткая усмешка исказила его губы, которые слегка виднелись в тени капюшона. Эльф так его и не снял, хоть и привлекал внимание.
— Хорошо. — сдавленно пискнула я и сжалась на стуле, чтоб больше не сердить Зеврана. “Конечно, я хотела бабке как-нибудь изящно отплатить, но тут не с того ни с сего взлетел на воздух ее дом, причем по чистому дурдому. Дело случайности. Но кто ж знал, что и она коньки откинет, вслед за домом?” — мне даже стало ее слегка жалко… Внезапно:
— Verrda… Эй, хозяин!? Твои девки там приснули иль с мужиками развлекаться изволят посреди работы!? ГДЕ мой эль!!!??? — посидев еще пару минут, взревел темный, приподнявшись. Его властный и ледяной тон перекрыл и остудил всех находившихся в таверне. Наступила гробовая тишина. Я же от неожиданности дернулась в сторону, чуть не упав с казенной мебели. Он так и остался на ногах, скрестив у груди руки. Ожидал.
 
Скулящий до этого времени и горевавший о почившей тетушки хозяин резко запнулся, заслышав недовольство одного из постояльцев, подобрался и выскочил на кухню. Спустя полминуты оттуда с криками вылетела наша подавальщица с подносом, заставленным едой, и неохотно направилась к нам. Вслед за ней поспешил и Шаклен вперевалочку. Сначала быстро, а потом все медленней… На полпути решил остановиться и понаблюдать, вдруг его помощь и не понадобиться? Но не тут-то было. Когда девица заставляла наш стол тарелками, дроу всем корпусом развернулся к толстячку и указательным пальцем попросил его в добровольно-принудительном порядке подойти. Последнего прошиб пот. Словно подбитый шакал, он нерешительно поплелся вперед. Будущая мать тоже не горела желанием находиться рядом, отчего попыталась по тихому испариться, но…