Полюби меня до завтра (СИ)
- Ну, да, - кивнула я. – Есть такое немного.
Проклятье! И чем я думала, когда считала, что эта интернет-популярность пройдет для меня абсолютно без последствий?
- Ты её читаешь, что ли? – удивился Женя.
- Да, - выдохнула я. – А почему нет? Это довольно популярная девушка… Наверное, девушка. Я понятия не имею, кто она такая.
- Вот и Вась-Вась понятия не имеет, - скривился Антонов.
- Так почему он тебе по её поводу звонил?
Я уже почти убедила себя в том, что Вась-Вась бросился познавать интернет и просто наткнулся на историю, которая напомнила ему о его собственной гениальной афере с парочкой, но следующая фраза в исполнении Жени убила меня наповал:
- Вась-Вась хочет активнее привлекать интернет-аудиторию, - Женя фыркнул, прекрасно зная, какого мнения Василий Васильевич был об интернет-аудитории. - Он уверен, что это будет сенсация, а наша передача просто порвет все рейтинги, если мы внезапно возьмем интервью у этой Жертвы.
- Интервью? – удивилась я. – Это списаться с нею надо?
- Нет, - отмахнулся Женя. – Ну, то есть, сначала списаться. А потом пригласить её в "Хит сезона", - он оперся плечом о стену и скривился. Выглядел Евгений откровенно растерянным.
Я впервые видела его таким.
- Вряд ли это возможно, - настороженно промолвила я. – Она… Анонимно действует.
- Вась-Вась не в курсе значения слова "анонимно", - скривился Женя. – Разве ты его не знаешь? Сказал "хочу", а все вокруг должны исполнять.
Я-то знала привычки начальства, уже раз стала их жертвой, но…
- В общем, наверное, у неё к аккаунту привязана какая-то почта, да? Или хоть какие-то контакты есть? Рекламодатели же с нею как-то связываются… У неё есть рекламодатели?
- Да, есть, - настороженно кивнула я.
- А рабочие контакты?
- И рабочие контакты тоже есть.
- Надо найти этот блог, - Женя нахмурился. – И написать ей… Не знаю, ну что, снимать видео ползанья на коленях, чтобы эту дамочку уговорить выйти с нами в прямой эфир? Вась-Вась совсем с ума сошел, честное слово! "Если эта девушка не выступит в эфире, то я вас уволю!" Придурок… У него, наверное, гости кончились, вот он решил тоже своё положение за наш счет исправить.
Я вздрогнула.
- Это отвратительно, - вздохнула я.
- Так ссылку дашь?
Я представила себе, что будет, когда Женя узнает, что это я. Подумала, что было б неплохо признаться прямо сейчас, пока он не нашел ещё тот блог, не прочел все посты, в которых я, пусть даже меняя детали, в красках описывала нашу жизнь, свои чувства. Понятия не имею, какого мнения после этого обо мне будет Антонов, но что-то мне подсказывало, что ничего хорошего о себе я точно не услышу. Вот плохое – пожалуйста, сколько угодно. Да он на дверь мне укажет и правильно сделает! И не то чтобы я не могла найти, где жить, но мне так не хотелось обижать Женю…
- Я… - хотелось выпалить, что я – это та самая жертва, что всё не то, чем кажется, но, увы, я струсила. Просто струсила. – Я сама с ней свяжусь. Может быть, даже уговорю её выступить.
- Маш, - нахмурился Женя, - ты же понимаешь, что если она откажет, то все наше карьерное продвижение будет под большим таким знаком вопроса.
Я склонила голову в согласном кивке.
- Конечно, Жень, - прошептала я. – Я всё прекрасно понимаю. Да ты не волнуйся, правда. Я её уговорю. Объясню ей всё. Она обязательно придет. Я… Знаешь, я уверена, что это в самом деле будет сенсация. Вась-Вась прав.
- Скажи ещё, что он по-человечески с нами поступает, - закатил глаза Антонов.
- Нет, этого говорить не буду, - улыбнулась я. – Но вот блогершу эту приведу. Гарантирую.
- Ты – идеальная женщина, - Женя аж засиял изнутри. – Вот правда. Других таких нет!
О да. То-то ты мне скажешь, когда узнаешь, кто на самом деле Жертва служебного романа…
Глава шестнадцатая
На съемочной площадке было шумно. За прошедшие несколько месяцев мы переехали в новую, крутую студию, где можно было спокойно разговаривать с гостями, не опасаясь, что какая-то балка свалится тебе на голову, и обычно в пятницу я приходила сюда с радостной улыбкой на устах и наслаждалась предстоящими съемками. Сегодня же, понимая, что вынуждена буду совершить такой себе публичный каминг-аут, я была как на иголках. Женя тоже выглядел взволнованным, оператор носился, как сумасшедший, а сценарист, заранее заготовив стандартные таблички-предупреждения относительно рекламы, кажется, готовился к новой напряженной борьбе за три минуты рассказа о новаторском стиральном порошке и богатой, но нечистоплотной сети ресторанов. Прервать наши интервью всегда было трудно, и "Хит сезона" славился тем, что иногда мог пролететь и без рекламы, а его ведущим за это даже ничего не было.
Потом откусывали немного у следующего сериала, который укорачивали ровно на одну невероятно длинную заставку, и всех всё устраивало. Ну, и из эфира мы уходили чуть раньше, давно привыкнув к тому, что цельное интервью на пятьдесят минут воспринимается людьми лучше, чем двадцатиминутные огрызки с частыми перерывами, пусть даже по итогу у телевизора им придется сидеть дольше.
Мы ведь в прямом эфире, так немудрено и нить разговора потерять.
- Она придет? – взволнованно поинтересовался Женя, как будто я была последней его надеждой на спасение от увольнения. – Надо было, чтобы наш придурок, - так он ласково называл Вась-Вася, - хоть какую-то запасную гостью или гостя поискал!
- Придет, - твердо произнесла я.
На самом деле, "ей"-мне хотелось сбежать куда подальше и даже нос не показывать. И я могла это обеспечить. Спокойно вышла бы в кадр, сделала б вид, что у меня ничего не получилось… Но Вась-Вась, науськанный Валей, постоянно кудахчущей, что этот блог – лучшее, что она видела во всей сети, приносящей даже распечатки с отрывками текстов Жертвы, был свято уверен в том, что без блогерши наше шоу просто рухнет.
Нельзя упустить такой благодатный материал!
Тем более, вокруг неё столько секретов и тайн!
Он анонсировал приход Жертвы где только мог, потому, я знала, был готов уволить нас, если девушка всё-таки не придет в студию и откажется выйти в эфир. И на то, что у неё – у меня, черт возьми, у меня! – были определенные причины, плевать он хотел.
Если б я узнала об этом заранее… Честно – я б всё удалила и даже не подходила бы часами к мобильному телефону. Осталась бы в рамках иллюзии своего навязанного служебного романа и каждое утро просыпалась бы в объятиях Жени.
Что теперь будет? Я очень сомневалась в том, что меня ждало хорошее завершения приключения. Вот прямо очень сомневалась. Подозревала, что, скорее всего, Евгений ко мне больше даже подойти не пожелает, будет смотреть, как на врага народа, коллеги засмеют, а блог, может, просто прогорит, когда все поймут, какая скучная закомплексованная личность его вела.
Но лишить Женю карьеры? Нет.
Даже ради своего запасного аэродрома я на это пойти не могла.
Он же на меня положился. Не полез сам, не сам получил этот отказ. А что его ждет, если я всё-таки его подставлю? Вместо умопомрачительной карьеры ведущего и, возможно, даже актера, о чем он втайне, никому не признаваясь, мечтал, увольнение, в лучшем случае, по собственному желанию. И долгие месяцы поиска работы. И кто его успокаивать будет?
Мама, рассказывающая, что лучше б её сыночка пошел на балет и разбивал себе ноги, а не был вышвырнут с работы с разбитым сердцем?
Эта может.
- Минутная готовность! – услышала я голос оператора, способного выдернуть из любых, даже самых тяжелых и мрачных мыслей. – На изготовку! Женя, Маша, на исходные позиции!
Я попятилась.
- Мне… Женя, - решилась я, - ты начинай вести эфир, пожалуйста, сам, а я… Жертва придет, короче. Только… Ты ничему не удивляйся, ладно? И поспешных выводов не делай, хорошо?
- Хорошо, - пожал плечами он, хотя я не сомневалась в том, что выполнена эта просьба не будет. – Так скажи только, что…