Хамелеон по неволе (СИ)

Гости хозяев не очень-то собирались уходить. Было уже за полночь, а они всё веселились в саду, пили и танцевали.
— Когда же они угомонятся? — Спросила Мила подругу. Они уже закончили работу в кухне и теперь подглядывали за гостями из-под лестницы. — Я уже устала и спать хочу.
— Тогда пойдём. — Согласилась с ней Лиля. — Завтра у нас тяжёлый день. Хозяева уезжают отдыхать от праздника, а мы будем убираться во всём доме.
Она направилась в коридорчик к другой чёрной лестнице, ведущую в мансарду дома. Там находились три комнаты для обслуживающего персонала дома. В одной из них они и жили вместе с Милой.
— Ты идёшь или нет? — Услышала Мила голос подруги из коридорчика.
— Нет. Я ещё немного постою. Ты иди, я скоро поднимусь.
Мила осталась наблюдать за гостями по непонятной ей причине. Встреча с Янусом, таинственным парнем в чёрной одежде, взволновало её сердце и ей хотелось убедиться, что он действительно покинул сад семьи Бугровых, а не остался в нём.
— О, Господи, — прошептала она себе в ладошку, — о чем я думаю? Надеюсь, что он не вор, и я не ошиблась, говоря о нём Лильке, как о порядочном человеке. Тогда, зачем я здесь стою? — Она кивнула, как бы убеждая саму себя. — Надо уходить. Всё, я пошла.
Мила развернулась, что бы скрыться в коридорчике, как тут же наткнулась на мужчину. Им оказался Нил Бугров. Он тут же заключил её в объятия и утащил поглубже в темноту лестницы.
— Ты меня искала и ждала? — Прошептал он страстным шёпотом девушке в ухо.
Мила слегка передёрнула плечами и мотнула головой.
— Нет. Просто наблюдала за…красивыми гостями. А что нельзя?
— Можно. Смотри и мечтай о такой жизни, ведь только я тебе её могу дать. Соглашайся на моё предложение и заживёшь красивой жизнью.
Нил хотел поцеловать Милу, но она отпрянула от него так резко и сильно, что ударилась затылком о каменную лестницу. Она ойкнула, приложила ладонь к затылку и насупилась.
— Я же говорила вам, Нил Фролыч, что этого никогда не будет. Вы скоро женитесь и успокоитесь, наконец-то.
Лёгкий смех мужчины немного удивил её, и мужские руки вновь притянули её к телу хозяина.
— Милочка, разве это помеха настоящей любви. Я же люблю тебя, сильно люблю. Понимаешь? И ты меня полюбишь. Мы будем счастливы. Жена не стена, я её пододвину, и повезу тебя за границу. Хочешь увидеть Париж, Лондон, Мадрид…?
— Нет. — Резко оборвала Мила мужчину. — Не хочу, ничего не хочу, ни жидкости, ни лягушат. Понятно?
Она смотрела в лицо мужчине, который смотрел на неё с явным вожделением.
— Если вы меня сейчас не отпустите, то я закричу, и напугаю всех ваших гостей. — Пригрозила Мила и тут же почувствовала, как ослабли его руки. Через секунду он выпусти её из объятий.
— Хорошо. Поднимайся к себе, поговорим попозже, но сегодня же. Я приду к тебе часа в три, и постучу в дверь три раза. Смотри не усни. — Нил вышел из темноты лестницы, и Мила увидела его хмурое лицо. — Не откроешь, не прощу, накажу…
Она, конечно же, не открыла. Более того с удовольствием наблюдала за тем, как сонная Лиля пошла открывать дверь их комнаты на постукивание Нила. Она не слышала, о чём они говорили, но зато потом наслушалась от подруги возмущения.
— И зачем только разбудили? Мы итак знаем, что завтра прибудет служба уборки… Зачем же приходить ночью и ещё раз об этом предупреждать? — Сонный голос Лильки путался с её сонными мыслями. — Ах, Мила, запутаешься ты в мужчинах… Сначала Нил Фролыч, затем таинственной Янус. … Она всё же заслужила то, что заслужила… Ох. Мила, погоришь ты с этим…
Мила сделал вид, что не проснулась в тот момент, но сейчас, натирая пол на кухне, понимала, за что наказана.
— Я приму любое наказание, лишь бы ты от меня отстал. — Ворчала Мила, натирая пол. — Приму всё, что хочешь, только отстань…
В кухню вбежала Лиля. — Милка, беги на второй этаж. Эти служащие опять там что-то разбили. Я слышала странный звук, а мне надо получать чистое белье. Его сейчас должны привести из прачечной. — Руки девушки вскинулись вверх. — И когда только наша снежная королева расщедрится и примет на работу управляющего домом. Вот помяни моё слово, она опять нас обвинит в этой неприятности.
 
— Если она это сделает, то я уволюсь! — В сердцах воскликнула Мила. — С нас итак сняли часть заработка за прошлый месяц из-за этих служителей чистоты. — Она откинула прочь швабру. — Сейчас я устрою им разгон и не отпущу никуда до приезда хозяев. Пусть они сами с ними разбираются. У них, что… у всех кривые руки? Каждый раз что-то разбивают! Скоро в этом доме не останется ни одной тарелки, чашки, ложки…
— Хватит выдумывать, Мила, иди и разбирайся с ними, а не со мной. — Остановила её Лиля и быстро вышла из кухни.
Мила тоже последовала за ней, пылая от возмущения.
Том стоял в большой гостиной своего бывшего родного дома и осматривал её. С тех пор, как он видел её в последний раз, в помещении был сделан хороший ремонт, но мебель оставалась прежней, только отреставрированной. Он подошёл к одному из кресел и сел в него. На него нахлынули воспоминания о последнем вечере, проведённом в этом доме. Он вспомнил всю семью, деда-отца и табакерку, которую он получил из его рук.
Через минуту он быстро встал с кресла и произнёс. — Я здесь не ради воспоминаний. Мне надо попасть в бывшую комнату Степана Ивановича. А это третий этаж — мансарда.
Том попал в дом, благодаря своему дяди Эду Джонсу. Он в доскональности изучил с помощью своих шпионов распорядок дня всей семьи Бугровых. И день, когда вся семья уезжает из дома для того, что бы в нём была проведена уборка, был выбран Томом для проникновения в дом. Сначала он хотел воспользоваться потайным ходом, но потом дядя предложил ему проникнуть в дом почти официальное, то есть одним из работников фирмы по уборке домов. Теперь он свободно мог перемещаться по дому и кое-что искать.
Вдруг в соседней комнате послышался звук, как будто что-то разбили. Сначала он хотел сходить и посмотреть, что случилось, но потом подумал, что это привлечёт других работников, и у него будет момент пробраться в мансарду. Он подошёл к одной из электрических розеток и присел возле неё.
Почти в это же время, он услышал, что по коридору кто-то быстро идёт. Дверь в большую гостиную была открыта, и он увидел, как мимо неё быстро прошла девушка в чёрном фартуке. Она шла и возмущалась. Том не понял, что она говорила, но он увидел копну рыжих волос девушки и от неожиданности … сел на пол. В его голове возник образ девушки Милы, с которой он познакомился вчера вечером. Возможно, что эта была именно она. Он сидел на полу и пытался понять, с каких это пор рыжие женские волосы его сбивают с ног? Но ответа он не нашёл, потому что услышал бранные слова из другой комнаты. Ругалась Мила. Он быстро встал на ноги и направился туда.
Соседняя комната была небольшой столовой. В ней среди другой мебели были два старинных серванта, наполненные антикварной фарфоровой посудой. Один из сервантов был открыт. Рядом с ним стояли двое служащих фирмы, а у их ног валялась разбитая тарелка. Мила стояла напротив их и ругалась от души. Когда поток её бранных слов иссяк, она задала вопрос. — Зачем вы вообще открыли этот сервант?
— Мы его не открывали. — Нервным голосом ответил ей пожилой мужчина. — Мы вытирали пыль с него, используя стремянку. — Он указал рукой на стремянку, стоящую у стены. — Дверца сама вдруг открылась. Мы даже удивились.
Второй служащий тут же подтвердил слова друга. — Да, это точно. Мы пытались закрыть дверцу, но, кажется, что в ней сломался замок. А тарелка вдруг сама соскользнула с полки и упала. Зачем надо было ставить тарелку в полке на ребро, упирая её в стенку? Это же не устойчиво. Вот она и упала.
 
— Тебя забыли спросить, зачем! — Тут же парировала Мила, поставив руки на бока. — Ты ещё хозяевам задай этот вопрос! Вот, кто теперь будет платить за неё? Опять я? Да ни за что! Вы оба остаётесь в этом доме до приезда хозяев и сами будете с ними разбираться! Понятно? Я в прошлый месяц заплатила за разбитую вами посуда, так мне ещё и в этом месяце зарплату не выдадут? Нет, я такого не потерплю!