Непослушание (ЛП)

— Да.
Это имело слишком много смысла для меня. Невзирая на наше намерение держаться в стороне друг от друга, мы с Хамидом плохо справлялись с этой работой. Кое-что ещё пока было под нашим контролем, но спарринги, поцелуи и прикосновения, общая кровать в отеле — всё это было наших рук дело. И именно из-за этого наша связь выросла до той точки, когда мы едва ли могли удержать руки прочь друг от друга, оставаясь наедине. Мысль о том, как он прикасается к другой женщине, вызывала во мне желание убить кого-нибудь. И он был таким покровительственным, что нуждался в моём присутствии, чтобы успокоить его взволнованного Мори.
Остаток дня я провела в попытках занять себя, но начала психовать, пока тикали часы. Понятия не имею, как Сара могла проводить тут день за днём, не выходя, и при этом не сходить с ума от скуки. Ко времени наступления ужина я уже на стены лезла, а от мысли, что впереди меня ждала целая ночь, я съёживалась. Сегодня Николас снял меня с патрулирования в качестве наказания за выкинутые трекеры и выключенный телефон. Я понимала, что заслужила это, но от этого мне лучше не стало.
Я не видела Хамида с той самой минуты, как он вышел из моей комнаты, но я чувствовала его присутствие, куда бы я не пошла в здании. Это было ещё одним признаком того как сильно выросла наша связь — не то, чтобы мне требовались какие-то доказательства этого.
А когда он не появился в период времени нашего спарринга, я посчитала, что его уже и ждать не стоит. Я сходила в свою комнату и переоделась. Я не смогу сегодня уснуть, если не проведу изнурительную тренировку.
Спортзал был пустой, когда я вошла, и мой взгляд тут же остановился на длинной коробке из тёмного дерева, лежавшей на силовой скамье. Я подошла к ней и провела пальцами по полированному дереву. Размер и форма коробки говорили о том, что там лежал меч, и я умирала от желания заглянуть внутрь.
Целую минуту я нерешительно жевала губу, и только потом любопытство взяло верх, и я подняла крышку.
— Ох, — выдохнула я от вида красивой катаны, лежавшей на подложке из жёлтого сатина.
Клинок был безупречный, и складывалось впечатление, что он был совершенно новый, словно им никогда не пользовались
Мои пальцы зудели от желания сомкнуться на эфесе и узнать, как меч будет ощущаться в моей руке. Последний раз, когда я так сильно жаждала прикоснуться к мечу, был день, когда я нашла свой старый меч в том оружейном схроне в Лос-Анджелесе.
— Давай же. Возьми его, — за моей спиной раздался голос Хамида.
Я резко развернулась и увидела, что он стоит в дверном проёме. Я была в таком эпическом восторге от меча, что не услышала и не почувствовала его появление.
Он кивнул в сторону коробки.
— Скажи, что думаешь.
Уговаривать меня не надо было. Я взялась за эфес и почтительно вынула меч из коробки. Он был легче, чем представлялось, и, казалось, был создан именно для меня. Я резанула воздух и провела серию ударов, чтобы прочувствовать его.
— Прекрасен, — пробормотала я, изучая меч и практически позабыв, что была не одна.
— Он был подарен мне малоизвестным кузнецом по имени Хироко Тао, когда я жил в Японии.
Я оторвала взгляд от меча и посмотрела на Хамида.
— Он твой?
Он подошёл ко мне.
— Был. Теперь он твой, если ты примешь его. Это не Мурамаса, но очень хороший меч и стоит тебя.
Я провела пальцами по гладкой поверхности лезвия.
— Он красивый.
Слова Хамида вдруг обрели для меня смысл, и я уставилась на него.
— Зачем тебе дарить его мне?
Он поднял руку и ласково провёл ею по моей щеке, послав уже знакомый жар по моему телу.
— Тебе, правда, надо спрашивать?
— Я... — я запнулась, не зная, что и ответить. Я опустила взгляд на меч, потому что его нежный взгляд полностью лишил меня дара речи. — Это самый невероятный подарок, какой мне кто-либо дарил.
Хамид опустил руку, но не отошёл от меня.
— Этот меч хранился у меня дома в Египте с той самой поры, как Хироко подарил его мне. Как-то раз Аммон спросил, почему я им никогда не пользовался, и я сказал, что он не родной в моей руке, словно он принадлежит кому-то другому. После того, как ты лишилась своего меча, защитив меня от Аларона, я понял, что этот меч был предназначен тебе.
 
Я накрыла рукой грудь.
— Я... у меня нет слов.
— Что явно впервые, — подшутил он. — Я должен был чаще дарить тебе оружие.
Я бросила на него сердитый взгляд, но в нём не было никакой злости. Хамид улыбнулся в ответ, выглядя чересчур довольным собой.
— Не хочешь испробовать свой новый меч в деле? — спросил он.
— Патруль? — предположила я, питая надежду.
Он усмехнулся, и пошёл в другую часть зала за мечом для себя.
— Хорошая попытка. Но сегодня тебе придётся довольствоваться только тренировкой со мной.
— Хорошо, — пробубнила я, и по мне пронёсся волнующий трепет.
Я могла бы прикинуться расстроенной, но ничто не приносило мне такого удовольствия как спарринги с ним.
Я улыбнулась. Ну, возможно, было ещё кое-что. И судя по страстным поцелуям, которые у нас с ним были, я понимала, что он будет ненасытным и опытным любовником. Всё внутри меня затрепетало от предвкушения.
И теперь я прекрасно осознавала ещё одну истину — кое-что, что я пыталась отрицать последние несколько дней. Мы с Хамидом перешли черту не возврата. Пути назад не было. Связь разорвать уже было невозможно. И он тоже это знал, и именно это он пытался сказать мне сегодня утром в моей комнате. Я просто слишком боялась признать это.
Моё сердце замерло в груди, либо от возбуждения, либо от страха, я не знала наверняка. Я пока что не была готова сделать последний шаг. Мне надо было ещё немного времени, чтобы свыкнуться с мыслью о том, что у меня есть пара. Хамид. Навсегда.
Я сделала глубокий вдох и заставила себя сосредоточиться на спарринге, потому как мне нельзя было думать ни о чём таком в данную минуту, иначе моя голова просто взорвётся.
Но позже? Да, позже, я наверняка окажусь на грани нервного срыва.
ГЛАВА 16 
Следующие три дня были тихими в сравнении со всем тем, что произошло на прошлой неделе. Я вернулась к патрулированию и урокам самообороны во вракке, а Хамид большую часть своего времени проводил с командой Совета и в конференц-звонках. Со времени нашей стычки с Алароном в Таллахасси, он буквально пропал с радаров, и все были на взводе, ожидая его следующий удар.
Мы с Хамидом находили время тренироваться каждую ночь, и эти тренировки были главным событием моего дня. Мы держали руки и губы при себе, но, казалось, сила предвкушения между нами росла с каждым уходящим днём. И хотя никто из нас не заводил разговор о наших отношениях, мы оба знали, что он назрел, и я считала, что Хамид давал мне время, которое требовалось мне, подготовиться к нему.
Мы с Бет по очереди вели уроки во вракке, но сегодня мы решили выйти парой, чтобы продемонстрировать несколько приёмов фехтования. Это стало особым поощрением для наших учеников, которые отлично прогрессировали в своей подготовке, да я и сама с нетерпением ждала этого. Я пристегнула к мотоциклу сумку с деревянными мечами, и не могла дождаться момента, когда увижу лица Лима и Джала, когда раздам им их оружие.
Мы припарковали свои мотоциклы рядом друг с другом на парковке, и я нахмурилась, опустив подножку. Вракк обычно кипел активностью в это время дня, а сейчас на парковке было всего две машины и ни одного человека на виду. Я никогда не видела, чтобы здесь было так тихо.
 
— Думаешь, закрылись? — спросила Бет, подойдя ко мне.
Я уставилась на здание.
— Вракки никогда не закрываются.
Вракки были демонической версией "Волмарта" и были открыты сутки напролёт в течение всего года. Должно было произойти нечто очень серьёзное, чтобы один из них закрылся.
Мы подошли к главному входу, и я дёрнула ручку. Заперто. Что-то однозначно было не так. Моё шестое чувство предупреждало о неладном.