Непослушание (ЛП)

Я опустила глаза на забрызганную кровью одежду.
— Я не отказалась бы от душа. И я хочу на обратном пути забрать свой мотоцикл.
Он поставил бутылку на бампер и притянул меня в объятия.
— Ты была поразительна сегодня.
Я кокетливо улыбнулась ему.
— Ты же ничего не видел.
Его глаза потемнели от желания.
— Да?
— Джордан, Хамид, — позвал нас Марио из своего пикапа. — Наш новый друг-гулак только что рассказал нам, где найти ещё две перевалочные базы. Похоже, нам придётся снова прокатиться.
Я посмотрела на Хамида, и азарт предстоящей охоты снова начал охватывать меня.
— Что скажешь? На этот раз я даже позволю тебе убить парочку.
— Если тебя это осчастливит, можешь убить их всех сама.
Он прижался в быстром поцелуе к моим губам.
Я мечтательно вздохнула.
— Какой же ты душка.
~ Конец ~
БОНУСНАЯ ГЛАВА
Тихий стук оторвал меня от отчётов, которые я читал, и я нахмурился, посмотрев на лестницу, ведущую в нашу спальню на втором этаже. Сара прилегла поспать после ужина, и если эти чёртовы импы разбудили её, они получат от меня нагоняй. Срок беременности уже подходил к концу, и по ночам она почти не спала. Беременность фейри длилась двенадцать месяцев, и последний триместр для Сары был самым сложным. Ей необходимо было отдохнуть.
Снова раздался шум. Я отложил планшет на диван и тихо поднялся по ступенькам, приготовившись выбросить мелких дружков из окна. Им это не навредит, но принесёт мне немного удовольствия.
Дверь в нашу спальню была открыта, и я шагнул внутрь. Взглядом осмотрел комнату в поисках источника звука. Но маленьких демонов нигде не было видно. Мой взгляд остановился на кровати, где я час назад оставил свою уставшую пару, и обнаружил, что кровать пустая.
Я вновь испытал укол страха, подумав, что Сара опять перенеслась бог знает куда, как это произошло в Рождество. Я быстро пришёл в чувства, осознав, что всё ещё чувствую её. Кроме того Эльдеорин наложил на неё чары, чтобы не допустить повторения перемещений во время беременности.
— Чёрт, — раздался её приглушённый голос.
Я прошёл к детской комнате, которую этим летом пристроил к нашей спальне, и увидел Сару. Она склонилась, пытаясь дотянуться до детской присыпки, лежавшей на полу. Её живот был слишком большой, чтобы позволить ей быть ловкой, и она даже не могла зацепиться пальцами за бутылку.
— Ты должна была отдыхать, — пожурил я, пересекая комнату.
Я поднял бутылку и поставил её на комод у пеленального столика. Затем обнял Сару и поцеловал её в макушку.
— Я не могу спать. У меня такое чувство, что я что-то забыла.
Она вздохнула и положила голову мне на грудь.
— Наши матери подготовили всё, в чём только может нуждаться новорождённый. Если кто-то из них пришлёт что-то ещё, мне придётся строить ещё одну пристройку к дому.
Сара зевнула.
— Ты прав. Я веду себя глупо. Беременность совсем запудрила мне мозги.
— Я люблю твои мозги и каждую частичку тебя.
Она запрокинула голову и состроила гримасу.
— Мой живот размером с кита. Я уже даже не могу дотянуться до пальцев ног.
Рассмеявшись, я осторожно подхватил её на руки и поцеловал её надутые губки.
— Ты никогда не была более красивой для меня.
— А что тебе остаётся говорить, — сказала она, когда я отнёс её обратно в кровать и накрыл одеялом.
Я начал вставать, но Сара схватила меня за руку и потянула к себе на кровать. Она легла на бок, и я обнял её со спины. В эти дни ей было удобно спать только в таком положении. Я положил руку поверх её руки и сплёл наши пальцы. Она вздохнула и ещё ближе прильнула ко мне.
— Если ты слишком устала, чтобы идти на ужин в бастион, мы можем остаться дома, — прошептал я в её волосы.
— И пропустить День Благодарения? Ни за что.
Я улыбнулся от её пылкого ответа. Сара любила праздники, быть в кругу семьи и друзей. День Благодарения и Рождество были тихими праздниками, пока она росла, и она была решительно настроена наверстать упущенное. Она бы провела в бастионе весь день, если бы я не настоял, что нам надо остаться дома до ужина. Иначе она бы вымотала себя и уснула бы ещё до подачи первого блюда.
 
Под нашими соединёнными руками задвигался малыш, и Сара слегка сместилась.
— Она сегодня беспокойная.
— Тебе неудобно?
— Всё отлично, пока ты меня так обнимаешь.
Удовлетворение наполнило меня. Я обнимал двух самых близких мне людей, которых я любил больше своей собственной жизни. Слушая, как дыхание Сары становилось ровным, я подумал об отчётах, которые должен был бы изучить, но быстро откинул эту идею. Не было ничего важнее самочувствия Сары, и прямо сейчас она нуждалась в отдыхе.
Двумя часами позже я нежно разбудил свою спящую пару и сказал ей, что нам пора собираться. Я помог ей встать, и менее чем через десять минут она была одета и готова выходить.
Хуго и Вульф подняли головы. Они спали на улице, на крыльце. Они завиляли хвостами, но не стали прыгать и бежать к Саре, как обычно. Церберы вели себя сдержанно с тех самых пор, как мы вернулись домой в сентябре, и мне стало интересно, могли ли они чувствовать, что она не была достаточно сильна для игры с ними сейчас. Если уж на то пошло, они стали даже более покровительственными к ней, редко покидали крыльцо, когда она была в доме.
Я подошёл к Саре, решив взять её на руки и отнести к машине, но она отмахнулась.
— Прогулка мне поможет, — она глубоко вдохнула холодный воздух. — Хмм. Скоро пойдёт снег. Послезавтра.
— Насколько сильный?
Я уже привык к её предсказаниям погоды. Она никогда не ошибалась.
— Просто кратковременный снегопад, но, похоже, снега этой зимой будет много.
Улыбнувшись, я взял её за руку и помог спуститься по ступенькам.
— Я прослежу, чтобы нам хватило дров.
В сопровождении церберов, мы прошли вдоль тропинки у озера, ведущей к поляне, на который был припаркован внедорожник. Когда мы обогнули озеро, отражение на его зеркальной поверхности привлекло моё внимание к маленькой конструкции с куполом на дальней стороне озера. Фейри называли её родильней, и Эльдеорин установил её несколько дней назад, приготовившись к родам Сары. Когда придёт время, только Саре и фейри будет позволено быть внутри родильни, поскольку на неё наложили особые чары для родов.
Каждый раз, когда я думал о том, что не буду с Сарой во время появления нашего ребёнка на свет, у меня сводило живот. По словам Эльдеорина, она не сможет контролировать свою силу и силу малышки, поэтому мне придётся довольствоваться тем, что я буду находиться снаружи до тех пор, пока не станет безопасно войти внутрь.
Поездка до главного здания бастиона была короткой, и нас ждала приветственная вечеринка уже на ступеньках. Я ещё даже толком припарковаться не успел, как мама с Мадлен уже появились у пассажирской двери, приготовившись помогать Саре выйти из машины. Сара не любила, когда с ней кто-то нянчился, но она мило улыбнулась и позволила им помочь ей.
Отношения Сары с её матерью стали гораздо лучше за последний год. Когда Сара обнаружила, что беременна, Мадлен поддержала её и предложила помощь и совет, что могла дать только мать. Она усердно работала над тем, чтобы возместить потерянные годы и унять ту боль, что она причинила дочери. А Сара, чья способность любить и прощать была безгранична, открыла своё сердце матери, которая отсутствовала большую часть её жизни. Они не были столь близки, как я со своей матерью, но я знал, что рано или поздно они обретут эту близость.
 
Я последовал за ними в главное фойе, которое было украшено в честь праздника. Из столовой доносились музыка и смех и, войдя туда, я отыскал Сару, которую уже окружили Нейт, Тристан, Крис, Бет и наши родители. Остальные жители бастиона разошлись по залу и разговаривали.
— Выглядишь уставшей. Ты высыпаешься? — поинтересовался Нейт.