Я твоя тень (СИ)

На бумажке был указан какой-то адрес и время — 18.00.
  
Глава 21
 
День выдался морозный, в воздухе висела промозглая влажность, изо рта и носа вылетали густые молочного вида клубы пара. Прохожие, все до одного, выглядели заядлыми курильщиками.
Я попросил таксиста высадить меня за один квартал до нужного адреса, чтобы было время привести мысли в порядок. Что меня ждёт? Если не твой очередной розыгрыш, то, возможно, что-то похуже?
У меня даже и мысли не было, что я могу не прийти.
Я остановился на углу здания и сверился с бумажкой: как будто буквы могли сами собой поменяться местами.
Передо мной предстало длинное высотное здание с рядом разных заведений на первом этаже. Я читал все подряд названия, пока не дошёл до нужного.
Это оказался бар. Внутри было уютно, тепло и пахло взрослой жизнью. Народу было немного, наверное, ещё слишком рано для посиделок за барной стойкой в компании с собутыльником и рюмкой. Я снял перчатки, размотал шарф и расстегнул куртку. Посмотрел на часы — время 17.59. Никого похожего на тебя или твоих друзей не было видно. Я прошёл весь зал и сел за столик напротив входа, чтобы видеть, кто заходит. Вполне возможно, что придётся просидеть просто так здесь час-другой. Ладно, не так это и страшно, особых планов на этот вечер у меня всё равно не было.
Я снял шапку, куртку и бросил на сидение рядом. Что сейчас делает Джемма? Мы бы могли сидеть с ней здесь вместе. Я бы слушал её шутки про преподавателей и кивал, а она бы смеялась и безуспешно пыталась рассмешить меня — я бы только сдержанно улыбался.
За окном было темно, сложно разглядеть, кто проходил мимо. Может, ты или твои друзья. Я взял меню и попытался переключить внимание на список напитков, чтобы поменьше пялиться на входную дверь. Вдруг это поможет повысить шанс, что через неё пройдёшь ты?
Подошла официантка и спросила, что я буду пить. Я заказал кофе с молоком и сахаром. Минутная стрелка на часах тем временем приближалась к четверти круга. Пятнадцать минут — период, после которого опоздание превращается в отсутствие. Я вздохнул. Наверно, стоило ожидать такого исхода. Ничего, выпью кофе и пойду. Может, зайду куда-то ещё. Пока шёл от такси, видел симпатичный кафетерий.
Чуда не произошло. Я допил кофе, посмотрел ещё раз на часы — было без двадцати семь, и стал собираться. Отсчитал деньги за кофе плюс чаевые, надел куртку, завязал шарф. Я всё делал нарочито медленно, давая тебе время опомниться и появиться в баре, хотя и понимал, что это бессмысленно. Хотел бы прийти, давно был бы здесь.
Выйдя на морозный воздух, я огляделся, решая в какую сторону пойти: сразу в кафетерий или сделать крюк по улицам. Решил немного размяться и пошёл вдоль здания вперёд.
Когда я стоял на углу здания и сверялся с адресом, оно казалось мне таким длинным, будто тянется весь квартал. Но сейчас я как раз поравнялся с тёмным проулком, отделяющим одно строение от другого. В глубине виднелись человеческие силуэты. Непонятно, кому хочется лезть с освящённой улицы в темноту. Даже, если там преступники совершают свои незаконные злодеяния, им же всё равно нужен свет, если только они не вампиры или ещё какие-то создания ночи. Как ответ на мои мысли в переулке загорелся огонёк. Сигарета, подумал я и торопливо зашагал дальше.
— Эй!
Я обернулся, но никого не увидел. По спине пробежал неприятный холодок: голос раздался из переулка. Сейчас меня попросят прикурить, а потом… Я припустился бегом. Вряд ли хулиганы будут бегать за мной по городу, я же тут не один, к кому можно пристать.
Я рассчитывал остановиться через квартал-другой и пойти пешком, но внезапно осознал, что за мной, на самом деле, бегут. Я не оборачивался, но по звуку шагов понял, что преследователь один.
— Эй! Стой!
Я ускорился, представляя, что бегу дистанцию на соревнованиях за титул чемпиона университета. Это помогло меньше думать о том, есть ли у преследователя оружие и как близок он со спортом.
 
Вскоре шаги отстали, а потом стихли и вовсе. Я остановился и посмотрел назад. На вид всё было спокойно. Немногочисленные прохожие шли каждый по своим делам, глядя себе под ноги и кутаясь в шарфы. Сбитое после бега дыхание никого из них не выдало. Куда же делся тот человек? Либо я уже давно от него оторвался, либо он спрятался за углом. Я перешёл улицу и по противоположной стороне направился назад.
Нет, я не стремился возобновить «соревнования», но любопытство тянуло меня выяснить, кто это был и где теперь. А, может, и не только любопытство.
До самого бара никто похожий на злоумышленника из переулка не появился. Хотя я не особо понимал, как он должен выглядеть, но был уверен, что почувствую. У входа в бар стоял какой-то парень. Я посмотрел на него, он — на меня, а потом он махнул мне рукой. Я на всякий случай посмотрел по сторонам, точно ли это мне, потом перешёл по светофору дорогу и подошёл к входу. Если это тот преследователь, не будет же он нападать на меня у всех на виду? Парень оказался Нильсом.
— Ни фига себе ты бегаешь, — по его неровному дыханию я догадался, что преследователем был Нильс.
Мне тут же стало стыдно. И что он теперь обо мне думает? Что я последний трус?
— Пошли, — Нильс поманил меня жестом и направился в бар.
В баре была всё та же уютная атмосфера, но я чувствовал себя иначе: я теперь был не один. А ещё — оказывается, ты не обманул меня. От осознания этого факта мне в голову ударила эйфория, и я тут же забыл про побег от Нильса. А он, тем временем, снял своё тёмно синее пальто, казавшееся в жёлтом свете бара, почти чёрным, и повесил на вешалку. Шапки у него не было. Я последовал его примеру.
— О, смотрю, у вас пополнение, — окликнул Нильса появившийся из-за барной стойки усатый мужчина.
— Ага, посмотрим ещё, — ответил Нильс и подошёл к двери, ведущей в подсобное помещение.
Мы прошли по узкому коридору, заставленному ящиками с алкоголем, мимо нескольких комнат, затем мой проводник спустился по не менее узкой лестнице в подвал. Ещё не оказавшись полностью внизу, я услышал звуки гитары и барабанов. Я буду играть в настоящей группе! В твоей группе! Я чуть не подпрыгнул от радости.
Как только мои ноги преодолели последнюю ступеньку, Нильс повернулся ко мне.
— Это бар моего друга, но это не значит, что можно вести себя, как душе угодно. Понимаешь?
Я кивнул, но Нильса это не удовлетворило, и мне пришлось выдавить из себя слово «да».
В коридорчике не было ни одной лампы, а свет шёл из комнаты, откуда доносились звуки. Нильс зашёл туда, а я, помедлив секунду на пороге, шагнул следом.
Здесь были все. Сёстры-близняшки ссорились за место за ударной установкой, Росс, вальяжно развалившись на продавленном диване, наигрывал что-то на гитаре, а ты с закрытыми глазами, ловко перепрыгивая через лабиринт проводов, ведущих от усилителей и инструментов, носился по комнате. На тебе были только драные джинсы и майка, через которую просвечивал рельеф мышц. Мне ужасно захотелось поймать тебя, прекращая твой странный танец, но я сдержался.
— Привет, — сказал я, но меня никто не услышал. Только Мона, проигравшая в этот момент в игре «отбери палочки», прищурившись, окинула меня презрительным взглядом.
Я понятия не имел, что мне делать, поэтому застыл у стены, едва перешагнув порог. Нильс добрался до дивана, где сидел Росс, и пихнул его в бок, одновременно кивая в мою сторону. Росс перестал играть, поднялся с дивана и подошёл ко мне, старательно маневрируя, чтобы не задеть тебя. Ему это почти удалось, но в конце ты всё-таки налетел на него, наступив на ногу.
 
— Офигел, блин! — ты очнулся от странного забытья и наигранно обиженным жестом толкнул Росса в бок, а потом заметил меня. — О, а я думал, ты не придёшь.
— Здорово, — Росс пихнул меня в бок так, что, если бы не стена за спиной, то я не уверен, что устоял бы на ногах. При этом он так радушно улыбался, что я не смог обидеться. — Я Росс. И добро пожаловать в Братские узы!