Я твоя тень (СИ)

Воскресный день оказался насыщенным на события, поэтому, как только я покинул дом Огги, почувствовал себя уставшим и поехал прямиком в кампус с намерением завалиться в кровать, несмотря на то, что был ещё даже не вечер. Но моим планам не суждено было сбыться.
Такси довезло меня прямо к входу в общежитие. Я рассчитался картой, попрощался с водителем и вышел на свежий воздух, но вдруг от здания отделилась фигура и резко двинулась в мою сторону.
— Ты меня бросил посреди Нью-Йорка на произвол судьбы! Кто ты после этого? — ты прихватил меня под локоть и потянул за собой. Несмотря на кажущееся раздражение, на твоём лице сияла улыбка.
— Прости, но я думал, что это ты меня бросил, — возмутился я.
— Что ты? Когда это я тебя бросал? А вот ты вечно убегаешь от меня, как от чумного.
Я не хотел признавать этого, но то, что ты говорил, было правдой. И мне стало стыдно перед тобой.
— Я… я больше тебя не брошу.
— Спасибо, — похоже, тебя тронуло моё обещание. — Клянёшься?
— Да, обещаю.
Ты просиял ещё больше и похлопал меня по спине. Мы обошли общежитие и остановились в небольшом закутке, между задней частью здания и низким кирпичным строением — то ли складами, то ли трансформаторной будкой. Ты достал из кармана пачку сигарет.
— Ты ждал меня у общежития? — мне показалось это удивительным и одновременно трогательным. Вдруг бы я пришёл только через несколько часов?
— Ага, — ты кивнул, а потом вытащил две сигареты, одну из которых зажал губами, а вторую протянул мне. Я чисто машинально взял её.
В этот момент я заметил, какой у тебя замёрзший вид. Ты переминался с ноги на ногу и периодически подпрыгивал на месте. Наверное, ты прождал меня довольно долго. Я почувствовал себя виноватым в том, что ничего не сделал, чтобы ты не мёрз. Я протянул руку к твоей, чтобы проверить, насколько холодные твои пальцы, торчащие из неизменных чёрных митенок. Но ты отдёрнул руку.
— Почему ты никогда их не снимаешь? — спросил я, стараясь не обижаться на твой жест. Быть может, у него была иная причина, чем выражение неприязни ко мне.
— Тут нежарко, если ты не заметил, — ухмыльнулся ты, прикуривая сигарету зажигалкой.
— Не сейчас. Вообще?
Ты помолчал, взял своими ледяными пальцами мою свободную от сигареты руку и вложил в неё зажигалку.
— Это мой секрет. Кури, давай.
— А… понятно, — я постарался скрыть разочарование в голосе. Секрет? Конечно, я тут же загорелся идеей узнать его, но на то, что ты расскажешь его мне, рассчитывать не стоило.
Мне не хотелось отделяться, поэтому я поджёг сигарету и затянулся. Но тут же начал кашлять. Я ничего не смыслил в табаке, но запах показался мне всё равно необычным. Ты похлопал меня по спине. Сквозь завесу дыма я заметил, что ты улыбаешься.
— Не смешно, — проворчал я, на секунду перестав кашлять.
Когда я более-менее пришёл в себя, ты подошёл ко мне вплотную и стянул одну из митенок. То, что я когда-то принял за татуировку оказалось красным ожогом, занимавшем всю тыльную сторону ладони. Я разглядывал его всего пару секунд, а потом ты снова спрятал руку в перчатку.
— Что это? — задал я тупой вопрос.
— Мой секрет, — твои губы сложились в ровную линию, и понял, что ты не хочешь обсуждать это. Я подавил потребность начать допрос, ты ведь и так открыл мне то, о чём, уверен, знали не многие. Какое я имел право давить на тебя? — Ты же не расскажешь никому? Это важно для меня, не хочу, чтобы люди стали задавать неприятные вопросы.
Сражённый твоей откровенностью, я клятвенно заверил тебя, что эта тайна умрёт вместе со мной.
— А ты мне расскажешь свой секрет? — спросил ты, подойдя ко мне сбоку так, что дым, вылетавший из твоих лёгких, попадал мне в щёку.
Я повернул голову, и мои губы оказались на одном уровне с моими. Ты выдохнул дым мне прямо в рот.
— Какой? — спросил я, понизив голос до шёпота.
— Я же тебе нравлюсь? — ты стал говорить тоже очень тихо, при этом смотрел не в глаза, а намного ниже.
Я не был уверен, что понял, чего ты хочешь, но решил рискнуть. Вряд ли ты бы оттолкнул меня после такой доверительной беседы. Но, когда я наклонил голову и дотронулся своими губами до твоих губ, я всё равно напрягся, ожидая, что ты отстранишься.
 
Ты не отверг меня.
В следующий миг я почувствовал, как ударяюсь спиной о стену трансформаторной будки. Ты прижал меня, навалившись всем телом, и подарил мне такой чувственный поцелуй, какого я даже представить себе не мог, не то, чтобы испытывать когда-либо в жизни.
Я не знал, сколько времени длился момент нашей с тобой близости. Может быть, пару мгновений или же несколько минут. Когда наши губы разъединились, мы оба тяжело дышали. Ты не отпускал меня, смотрел в упор, глаза в глаза, и я не мог понять, о чём ты думаешь. Ты опирался на стену, а я оказался в ловушке. Конечно, я легко мог оттолкнуть тебя или пролезть под руками, но вместо этого я тоже смотрел на тебя, боясь пошевелиться и испортить момент.
И тут совершенно некстати зазвонил мой мобильник, да ещё и, судя по мелодии, звонящим оказалась мама. Я даже вздрогнул от неожиданности. Ты нехотя отошёл в сторону, успев, правда, перед этим укусить меня за губу.
— Извини, — пробормотал я, отходя от шока, — но мне надо ответить.
Я не стал ждать твоего ответа и быстрым шагом двинулся в сторону общежития. Разговаривать с мамой при тебе мне показалось идеей крайне неприятной. Отойдя на достаточно большое расстояние, я нажал на кнопку, но в этот момент мама сбросила звонок. Я успел только подумать, с каких пор она так быстро теряет терпение, как замер на месте. Прямо передо мной выросла мама собственной персоной.
— О! Я тебе звоню, ищу тебя, а ты по подворотням шляешься! — мама сделала шаг в мою сторону и скривила нос. — Чем это пахнет? Вонь какая-то! Это от тебя, что ли? — я не успел попятиться назад, как мама уже втянула воздух возле меня. — Дым какой-то, чувствуешь?
Я изобразил, что принюхиваюсь, одновременно быстро-быстро перебирая в уме вероятные оправдания. Даже на каблуках мама была намного ниже меня, но мне казалось, что она застилает весть горизонт.
— Не знаю, — выдавил я из себя, изо всех сил стараясь, чтобы голос не дрожал. — Может, сигаретами? Я проходил мимо парней, там, — я махнул рукой в неопределенную сторону, втайне надеясь, что мама не заметила, откуда именно я появился.
— Нет-нет, — мамин голос звучал категорично, но спокойно. Лучше бы она злилась, потому что после вот таких фраз раньше всегда случались самые ужасные вещи. — Это не табачный дым. Марихуана?
— Что? — изумился я. — Не думаю. А как она пахнет?
Мне казалось, что я отвечаю спокойно и сдержанно, хотя сам чувствовал, как медленно, но верно землю уходит из-под ног.
— Так, пошли сейчас и выясним, — мама схватила меня железной хваткой чуть выше кисти и потянула точно туда, где мы с тобой курили, разговаривали и смеялись. Мне показалось, что ещё чуть-чуть и случится мой личный Армагеддон.
Я хотел было начать упираться пятками в землю, как я делал, когда был маленьким и не хотел идти с прогулки домой, но вокруг ходили люди и увидели бы эту сцену. Не хватало опозорить себя ещё сильнее. Завтра, наверняка, пойдут разговоры и перешёптывания в стенах общежития или даже университета, как тогда, когда ты подшутил надо мной на лекции. Пока ещё был шанс, я должен был уменьшить такую вероятность. Если завтра вообще наступит.
Мама дотащила меня до небольшого пространства за общежитием, откуда пролегали два пути: в наше с тобой укрытие и дорожка в сторону улицы Вашингтон-сквер.
— Куда дальше? — мам отпустила мою руку и оценивающим взглядом окинула оба направления.
 
— Я пришёл оттуда, — я показал рукой в сторону Вашингтон-сквер, моля всех богов, чтобы мама поверила мне.
Но мама была бы не мама, если бы доверяла каждому моему слову. Она решительным шагом двинулась туда, где ждал меня ты. Я в ужасе побежал за ней следом с единственной мыслью — не дать ей увидеть тебя. Может, схватить её и держать силой?