Рыба без головы. Апокалипсис (СИ)
Вот и аптека. Разбитые витрины, рассыпанные по полу медикаменты. Но бинты и антисептик быстро нашлись. Павел уселся на скамейку напротив. Мария осмотрела рану.
— Ерунда, просто царапина, — сказала она, смалывая плечо антисептиком.
— Скорее всего, стреляли дробью, проговорил Антон, — но только непонятно, почему. Мы же им ничего не сделали!
— Должно быть, они подумали, что мы мародеры, — предположила Маргарита.
— Мы и есть мародеры, — сказала Мария, наблюдая, как Армэль складывает в пакет бинты и лекарства.
А потом она расхохоталась, подошла к французу, отобрала у него пакет, выбросила оттуда половину содержимого и проговорила:
— Ох горе ты мое луковое, зачем же арбидол кладешь. Антибиотики надо, антибиотики.
Девушка ушла в подсобку. Через некоторое время она вернулась оттуда с лекарствами и сказала:
— Ну все, кажется, взяли то, что нужно. В путь?
— Подожди, еще телефоны надо взять, и аккумуляторы запасные, — напомнил Антон.
Они прошлись вдоль пустующего продуктового отдела, над которым красовалась вывеска «Магнит». Здесь было разграблено все, а стеллажи сломанные валялись на полу. Путники на секунду задержались, чтобы понять, что еду здесь не найти и грустно вздохнуть. Потом поднялись по лестнице на второй этаж, где и обнаружили салон сотовой связи. Он тоже был разграблен, витрины разбиты. Из всего товара тут оставалось только пара кнопочных телефонов и разные бесполезные аксессуары, половина которых валялась на полу.
— Вот это надо взять, сможет зарядить смартфон от машины, — сказала Антон, подбирая переходник.
— Да, похоже, больше и взять-то нечего, — проговорил Павел.
Они поднялись на третий этаж. Ничего интересного. Только отделы с одеждой да пара пустующих кафе, которые тоже были разграблены.
Путники спустились вниз и сели в машину.
— Здесь в километре больница, — сказала Антон, — как вы думаете, стоит туда заглянуть?
— Не думаю, — ответила Мария, — лекарств мы набрали в аптеке. На первое время хватит.
— Да, давай сразу на станцию, — проговорил Павел.
Сначала они ехали среди желтых трехэтажных домов. Потом пошли серые пятиэтажки. Город был опустевший. На дороге ни одной машины. Кое-где выбиты окна. Прохожие, если и попадались, то завидев машину, спешили спрятаться. Иногда попадались лежащие на тротуарах трупы.
— Что-то не нравится мне здесь, — пробормотал Павел.
— Не тебе одному, — сказала Маргарита.
Проехали разгромленную «Пятерочку», булочную, окна и двери которой были заколочены досками. Далее продуктовый магазин, так же с заколоченными окнами. Потом мост, трамвайные пути. Множество перекрестков. Потом пошли деревья, заводские постройки. Гаражи. Проехали бензоправку, но свернуть туда не рискнули.
— У нас бензина до станции хватит? — спросил Павел.
— Думаю, да, — ответил Антон.
Из-за деревьев показалась железная дорога. И по ней как раз шел поезд.
— Не поняла! — воскликнула Маргарита, — а что, РЖД функционирует? В постапокалипсисе?!
— Вот это странно, — сказала Павел.
Антон чуть притормозил.
— Нам точно надо на станцию? — спросил он, — если железная дорога работает, то станция наверняка охраняется.
В этот момент Трубинин заметил в тамбуре одного из вагонов курящего солдата. А потом увидел, что одно из окон открыто, и оттуда торчит ствол автомата.
— Похоже, это военные, — предположил Павел.
— Какого черта они тут делают?
— Без понятия…
— А я думаю, они приехали наводить в городе порядок, — сказала Маргарита.
— А почему именно в Орске? — спросил Антон.
— Граница с Казахстаном же, — ответил за нее Павел, — вполне возможно, что скоро сюда ринуться толпы беженцев.
И тут Антон полностью остановился.
— А меня вот что беспокоит, — сказал он, — кто мог дать солдатам приказ, если вся элита исчезла? Президент, правительство, генералы. Их нет!
— Но по уставу же кто-то должен принять командование, — сказал Павел, — Да и вообще, почему тебя это заботит в том время, когда мы с утра ничего не ели, а все магазины разграблены.
— Подожди. Кто-то тут ратовал за планирование. За проактивные действия. А чтобы что-то планировать, нам нужно примерно предсказать, как будут развиваться события.
— Может, сначала стоит еду найти? — вмешалась в разговор Маргарита.
— Кстати, насчет еды, — сказал Антон, — если на станции военные, то туда лучше не соваться.
— И где ты тогда предлагаешь искать еду?
— Можно попробовать найти продовольственные склады, до которых пока еще не добрались мародеры. А еще лучше пойти служить в ряды вооруженных сил Российской Федерации. Если она еще осталась, конечно же.
Павел недовольно сморщил носик.
— А что такого? — удивленно проговорил Антон, — нас будут кормить, одевать. Дадут койко-место в казарме. Девочки, — он кивнул в сторону Марии и Маргариты, которые вместе с Армэлем сидели на заднем сидении, — могут работать санитарками.
— А ты в курсе, что на войне могут убить? — спросил Павел.
— А здесь так не могут убить? — ехидно спросил Антон, — ты видел сколько трупов на улице валяется?
— Вообще-то я пацифист!
Антон захохотал:
— Вы слышали? Пацифист он… И как ты со своими пацифистскими замашками в постапокалипсисе выживать собрался?
Павел ничего не ответил, а лишь недобро посмотрел на Антона.
— А вообще, идея, конечно, здравая, — сказала Маргарита, — только вот как ты себе это представляешь? Мы подходим такие к солдатам и говорим: «Хотим служить в вооруженных силах»? Так что ли?
— Ну, по идее, тут где-то должен быть военкомат…
— А по-моему, это не очень хорошая идея, — сказала Павел, — но не потому что я пацифист, а потому, что действительно, к военным лучше не подходить. Мало ли, кто они такие. Может, это дезертиры, подавшиеся в мародеры, и нас тут же убьют.
— Целый вагон дезертиров? — усмехнулся Зубатов.
— А почему бы и нет? Если в стране бардак, то и в армии, скорее всего, бардак. А это значит, будут массовые дезертирства… А что насчет военкомата… ты попробуй найди его. Да и работает ли военкомат? А еще у нас при себе нет никаких документов. Как ты помнишь, они остались в рюкзаках, которые отобрали мародеры. Так что, в лучшем случае, нас просто арестуют.
— Ну и что ты тогда предлагаешь?
— Надо найти бесхозный коттедж. Смотри. Мы знаем, что элиту выпилили. Другие, скорее всего, не знают. Так что мародеры, туда, возможно, побояться сунуться, думая, что дом охраняется. Возможно даже, в коттеджах есть еда.
— Не очень хорошая идея, — возразила Маргарита, — у богатых могли быть слуги, телохранители. Они первые, кто завладеет бесхозным домом. И наверняка у них есть оружие.
— И я тоже думаю, что коттедж — не лучшая идея окопаться. Но на один день мы можем там окопаться. Не более. Вот смотрите, слуги и телохранители, захватив еду, пойдут, скорее всего, искать себе другое убежище, — сказал Антон, — да не факт, что у богатых в загородных домах постоянно дежурят слуги, может быть, они их сдают на охрану, например. Так что, мы либо застанем пустой дом, либо найдем продукты. Короче, попытаться стоит. Как я уже говорил, хотя бы переночевать там одну ночь, если повезет поесть и двинуться дальше.
— Дальше — это куда? — спросил Мария.
— В сельскую местность, разумеется, — ответил Зубатов, — в городе, как вы видите, нечего ловить.
— А почему ты считаешь, что коттедж — не лучшая идея окопаться? — задал вопрос Трубинин.
— Потому, что в нем, как правило, много окон. И они большие. Его неудобно будет защищать в случае нападения мародеров. Будет просто проблематично выставить дозорных на каждое окно, плюс входные двери.
— Ну да, это логично. Но одну ночь мы там можем переночевать, пока мародеры совсем страх не потеряли. А потом видно будет.
— Тогда что, едем искать коттедж? — задал риторический вопрос Антон.
Никто не возражал.
[1] Cela signifie danger — Это значит опасность?