Рыба без головы. Апокалипсис (СИ)

— А…. Так вот куда все олигархи подевались. А я то думаю, почему тут стоят столько бесхозных коттеджей!
— Так ты тоже мародерствуешь? — спросил Павел.
— Ну почему сразу мародерствую? Так, разгребаю завалы бесхозного добра. Тут, в коттеджах, чего только не найти. И еду, в том числе. Вы, я вижу, тоже что-то нашли, — она покосилась на коробку в руках Трубинина.
— Вафли, — ответил тот, — хотя мы надеялись найти тушенку.
— Вафли тоже хорошо. У вас есть сладости, у меня есть чай. Айда ко мне. Поболтаем.
Павел нерешительно сделал шаг вперед.
— Да не бойся, не съем тебя.
Дюмон, в отличие от Трубинина, уверенно направился к гаражу и вошел вовнутрь.
— Да не сюда, туда, — засмеялась незнакомка, указывая на калитку рядом.
Во дворе было разбито несколько клумб, на которых росли оранжевые бархатцы и красные петуньи. Тропка между клумбами вела к синему крыльцу. Дальше — длинна прихожая, где стояла полка со множеством женских туфелек. Просторная гостиная, где на полу лежал ворсистый ковер, посередине журнальный столик. Еще в комнате нашлось несколько стульев, диван, на стене висла картина какого-то авангардиста — на ней был хаос из черных линий, углов и красных пятен.
— Сейчас, я чай поставлю, — сказала девушка и ушла на кухню.
— Меня зовут Света, — представилась она, когда вернулась.
Парни тоже представились.
Света села напротив них, положив нога на ногу и произнесла:
— Ну что, мальчики, целуйте мои ноги.
— Что?
— Вы не поняли? Я принцесса.
— Да она чокнутая! — воскликнул Павел, — пойдем отсюда, Армэль.
— Ладно, ладно, я пошутила, — засмеялась девушка, — вообще, забавно наблюдать, как на это мужчины реагируют. Один мальчик, когда я так пошутила, побежал прочь, аж пятки сверкали. Очень смешно было
— Мальчика, случайно, не Макс звали?
— Кажется, так. А вы что, с ним знакомы?
— Да, как-то видели они раз, спер из магазина компьютеры.
— Да, да, — сказала она, усиленно жестикулируя и хихикая, — это блоггер, который пишет дневник. Забавный паренек…
Света вскочила с кресла и стала очень оживленно описывать Максима и свою шутку над ним, при этом размахивая руками. Пока она говорила, вскипел чайник. Девушка разлила кипяток в сервиз и бросила туда чайные пакетики.
— Расскажи, что у вас тут в городе творится, — попросил Павел.
— А что твориться? Сам же видишь. Все куда-то свалили, правда, еды не оставили. Но зато золото можно из магазинов бесплатно стащить, — и он продемонстрировала свой кулон, потрогав его руками.
— Зачем тебе золото? — спросил Павел, — оно же не съедобное.
— Как зачем? Какая же я принцесса без золота…
— А какая ты принцесса без еды?
— Дык есть еда. Если поискать, то можно найти. В одном доме я икру красную нашла. В другом шоколадки, коньяк. Правда, шоколадки все съела, так что будем есть ваши вафли, уж не обессудьте.
— Много в городе людей? — спросил Павел.
— Судя по всему, нет, — ответила Света, — я встретила только Максима, вас, и еще пару каких-то придурков.
— Солдат не видела?
— Нет.
— А чем ты занимаешься целыми днями? Ищешь еду?
— Ага. Ну еще людей ищу. По городу езжу.
— Так у тебя есть машина?
— В гаражах при коттеджах полно машин.
— Слушай, — обратился Трубинин к Арэмлю, — мы можем и доехать до затора.
— А твой друг, я смотрю, не разговорчивый, — усмехнулась Света.
— А зачем нам ехать до затора? У нас же уже будет машина, — сказал Дюмон.
Оба встали.
— Так, а куда это вы собрались? — строго спросила девушка, — я вас еще не отпускала.
— Вообще-то не твое дело.
— Меня не хотите взять с собой?
— Что-то ты не внушаешь нам доверия, — ответил Павел.
— Да ладно! Я не чокнутая. Просто мало кто понимает мои шутки.
— Мы тоже не понимаем, — Трубинин сделал шаг к двери.
Армэль последовал за ним, но Света перегородила им дорогу.
— Не вынуждай нас делать грубости! — сказал Павел.
— Ой, да ладно! Валите! Придурки!
Выйдя из коттеджа, парни прошлись вдоль кирпичного забора. Остановились у гаражных ворот, осмотрели их. Они были закрыты.
 
— Интересно, как Света взламывает дома, — проговорил Павел, — может быть, она не такая уж сумасшедшая и мы зря ее с собой не взяли?
— У нее много времени, она вполне могла что-то придумать. В отличие от нас.
— Вполне возможно, что где-то мы и открытый гараж найдем, — сказал Павел, — пошли.
Они зашагали вдоль ограды. С опаской прошли возле того места, где на другой стороне улицы была АЗС. Тут забор резко поверчивал в сторону от дороги. Парни продолжали идти вдоль него, пока не нашли открытую калику. Арэмль хотел уже зайти внутрь, но Павел сказал:
— Стой! Разве тот инцидент с продавщицами ничем нас не научил?
Сам Трубинин осторожно заглянул внутрь и крикнул:
— Эй! Есть тут кто?
В ответ молчание. Тогда он, постоянно оглядываясь, вошел внутрь и оказался во дворе, где была асфальтовая дорожка и пара скамеек. А еще там веранда. На веранде стоял круглый стол, на котором стояла пара грязных бокалов и початая бутылка вина. А вот вход в дом оказался закрыт. Судя по всему, изнутри.
— Похоже, хозяева «растворились», — предположил Арэмль, — может, попробуем через окна?
— Нам не надо в дом, нам нужен гараж, — ответил Павел.
Он прошел вдоль веранды и заметил еще одну калитку, которая вела в сад. Через сад парни попали в гараж. Там они нашли черный Range Rover. Армэль раскурочил приборную панель, и, как только он соединил какие-то проводки, двигатель заработал. Парни поехали, не посчитав даже нужным закрыть за собой ворота.
— Что, домой? — спросил Армэль.
— Нам же уголь нужен. Давай по дороге заедем в какой-нибудь магазин.
И тут из-за угла вылетела красная машина и врезалась им в бок. Range Rover закрутило и отбросила на фонарный столб. Сработала подушка безопасности. Через минуту, громко ругаясь, Павел вылез из машины и, обойдя е, помог выбраться Армэлю. На лице француза было несколько кровоточащих ссадин.
— С тобой все в порядке? — спросил Трубинин.
— Кажется, да. А что с ними? — он указал рукой на разбившийся красный автомобиль в несколько десятках метров от них.
— Давай узнаем.
Виновницей аварии оказалась та самая Света в красном платье. Она без сознания лежала на кресле с запрокинутой головой и была вся в крови. Девушка не шевелилась.
— Вот дура! — воскликнул Павел и пощупал ей пульс, — кажется, жива.
Потом он кивнул Армэлю:
— Помоги отнести ее в нашу машину.
— Ты уверен, что это разумно? — спросил тот.
— В смысле?
— Ты сам говорил, что она сумасшедшая, и ты не хочешь иметь с ней ничего общего. А сейчас хочешь вести ее в наше логово.
— Но не бросать же ее тут умирать!
— А может, просто отвезем ее в больницу?
— А ты видел тут работающие больницы?
— Но в Казахстане же мы видели докторов, которые до последнего верны клятве Гиппократа.
— Не знаю, — покачал головой Павел, — пока мы ищем врача, она может и умереть. Давай покажем ее Марии, может быть, она знает что делать.
— И все таки, не уверен, что другие обрадуются, если мы привезем им постореннего, — проговорил Армэль, когда они тащили бесчувственно тело девушки.
— Да плевать. Главное, что мы поступим по человечески.
По дороге они все же заехали в больницу. Она представляла собой печальное зрелище: сорванные с петель ворота, которые валялись рядом, в здании разбитые окна, в коридоре беспорядок: мусор на полу, обломки мебели, раскрытые кабинеты, опрокинутый стенд с пробирками. А врачами тут даже и не пахло.
— Ладно, не будем терять время, — сказал Трубинин.
Они вернулись в машину, где без чувств на заднем сидении лежала Светлана. Девушка, похоже уже начала приходить в себя. Она тихо стонала и пыталась приподняться.
 
— Лежи, — суровым голосом велел Павел и сам сел за руль.
— Куда вы меня везете? — спросила девушка.