И пришли семеро (СИ)

Таким образом мы умудрились пересечь весь зал, остановившись лишь когда уткнулись в стройные ножки Ламии. Последняя демонстративно отпихнула кинжал и выразительно посмотрела на меня. А вскоре подо мной забилась в оргазме сперва Стрикс, а после — Лилит. Закончив биться в экстазе, красавицы замерли окончательно.
— Спасибо тебе, самец, — поблагодарила меня Ламия, стоило мне развязать её. — Теперь я смогла воочию увидеть как извиваются под тобой эти высокомерные сучки. Ради такого не жалко и признать тебя моим господином.
Подойдя ко мне вплотную, Ламия закинула руки мне на шею прижалась всем телом, так, что я почувствовал как в расплющились о меня её аппетитные груди и ощутил её затвердевшие соски.
— Полагаю, для завершения испытания, ты должен поиметь и меня? — прошептала Ламия мне на ухо, поднеся губы так близко, что я смог почувствовать её горячее дыхание. — Может давай сделаем это в фонтане?
— А почему бы и нет? — согласился я, предоставив красавице инициативу.
Ламия призывно рассмеялась и направилась к фонтану, покачивая бёдрами. После чего она быстро избавилась от обрывков платья, чулков и сандалий, а затем, взяв меня за руку, вошла под струи воды.
Размеры чаши фонтана позволяли лежать, вытянувшись в полный рост. А прохладная вода приятно омывала моё разгорячённое тело.
— Господин, позволь мне очистить твой жезл? — прошептала Ламия, грациозно опустившись передо мной на колени. — Я не хочу, что бы жезл моего господина погружался в меня, неся на себе следы других сейдхе.
Ламия открыла ротик и неожиданно ловко и полностью наделась на мой член, мотнув намокшими русыми волосами. Я не удержался от стона удовольствия, удившись неожиданно умелым действиям красавицы — при первом нашем знакомстве она была неопытной девственницей.
— После нашей встречи я регулярно брала уроки у Ирины, — улыбнулась мне Ламия, заметив моё удивление и ненадолго прервав своё занятие. А потом добавила, явно не желая вызывать у меня ревность. — Я тренировалась на овощах. Толстых и длинных овощах…
Закончив объяснения, Ламия вернулась к прерванному занятию и быстро довела меня до оргазма, подставив под моё семя собственное личико.
— Мой господин, позволь мне самой принять в себя твой королевский жезл? — попросила Ламия, одним движением смыв семя со своего личика и, поднявшись, вновь положила руки мне на плечи, чуть надавив.
Я покорно лёг в воду, позволив Ламии оседлать меня и, насладившись на мой член, начать на нём активно подпрыгивать. При этом я мял аппетитные груди красавицы и любовался её полным блаженства личиком.
— Аххх, господин, а ведь я даже не знаю твоего имени, — простонала Ламия. — Скажи мне его, пусть я буду первой, кто обретёт это знание.
Запрокинув голову, красавица неожиданно забилась в экстазе, вжавшись в меня всем телом и положив свои ладони на мои, заставляя сильнее сжимать собственные груди.
— Константин, — представился я. И, вспомнив, добавил. — Но, скорее всего, Лилит узнала моё имя раньше.
— Аххх, Константин, — простонала Ламия, немного придя в себя и постепенно вновь наращивая темп. — Важно кто первым спросил, а не кто первым узнал!
На этот раз красавицу хватило совсем не надолго и вскоре она вновь забилась в экстазе, после чего бессильно упала мне на грудь.
— Господин, вы сделаете меня старшей наложницей? — прошептала Ламия.
— А это как? — поинтересовался я, перехватив свою собеседницу за талию и начав приподнимать и опускать её желанное тело, что б достичь оргазма и самому.
— Старшая наложница, это когда… — начала пояснять Ламия, но на неё не вовремя накатил последний оргазм, отчего она обмякла в моих руках и отключилась.
Ещё немного подвигав на себе бессильно обмякшую Ламию, я взял её на руки и отправился в комнату, где оставил свою одежду. Зачем я несу с собой поверженную сейдхе я не знал, но что-то подсказывало мне, что так надо.
Положив Ламию на пол, я не спеша оделся. В тот же миг в залу вошёл Оракул.
— Что, ж… — протянул он, задержавшись взглядом на лежащей у моих ног обнажённой Ламии и мельком посмотрев на распростёртую в отдалении Мормо. — Ты не только выполнил испытание, но и нашёл себе старшую наложницу.
 
— А зачем она нужна?
— Организовывать всех остальных наложниц, — усмехнулся Оракул. — А так же выполнять функции главного советника.
В залу вошли несколько привлекательных женщин-бездушных в длинных серых платьях и с инкрустированными серебром кристаллами во лбу. Часть из них подхватила поверженных красавиц и деловито куда-то понесла. Остальные остались, принявшись делать уборку, скрывая следы недавнего сражения. Я рванулся, было, отобрать Ламию у уносящих её бездушных, но был остановлен Оракулом.
— Позволь им делать своё дело. Твоих проигравших противниц надо подготовить к последующей церемонии. Ты совсем скоро вновь их увидишь во дворце императора.
Когда одна из бездушных проходила мимо, я заметил, как в её волосах мелькнуло острое ушко.
— Это тоже сейдхе? — удивился я.
— Ну да, — согласился Оракул. — запретить сейдхе поднимать руку на себе подобных мне удалось только когда нация оказалась на пороге полного уничтожения. А до этого считалось особым шиком сделать из поверженного противника бездушного прислужника.
Когда бездушные в серых платьях унесли Мормо и Ламию, мы с Оракулом вышли на улицу и направились к императорскому дворцу.
Внутри, как и снаружи, он был огромен, богато украшен и содержался в идеальном порядке. В его обширных коридорах то и дело встречались железные люди, открывающие двери при нашем приближении. Несколько раз в коридорах промелькнули бездушные сейдхе, занимающиеся какой-то хозяйственной деятельностью.
Наконец мы вошли в огромный зал, в дальнем конце которого было возвышение со стоящим на нём золотым троном. По обе стороны от него замерла пара бездушных светловолосых сейдхе. В отличие от остальных слуг, эти были одеты в короткие алые с позолотой платьица и высокие сапожки. Камни у них во лбах были искусно замаскированы под диадемы.
— Теперь это твой дворец и твой трон, — сказал Оракул, кивнув в сторону возвышения. — Садись, привыкай. Сейчас слуги принесут полагающиеся тебе по статусу регалии. И твоих подданных.
Я не стал спорить и уселся на оказавшийся неожиданно удобным трон.
— А это кто и зачем они здесь? — поинтересовался я, кивнув на неподвижно стоящих бездушных в алых платьях.
— Слугам не положено имён, — ответил Оракул. — Когда-то это были сёстры-принцессы, которые жили в этом городе и планировали заговор против императора. Их разоблачили, казнили и превратили в бездушных…
Ненадолго замолчав, Оракул жестом приказал одной из бездушных приблизиться, после чего повернул её лицом её мне, продемонстрировав что она без трусиков, а на её гладко выбритом лобке красуется замысловатая татуировка с парой маленьких желтоватых кристаллов.
— Как ты наверное знаешь, обычные слуги выходят из строя, переспав с человеком или сейдхе, — пояснил Оракул, отпустив служанку. Та, как ни в чём не бывало, вернулась на своё место у трона. — Эти же специально созданы именно для постельных утех.
— И кто ими пользовался?
— Никто, — грустно улыбнулся Оракул. — Сейдхе оттого и стали вымирающим народом, что предпочитали истреблять себе подобных, а не размножаться. Вскоре ты поймёшь особенности их отношений друг с другом.
Вскоре Оракул переместился по правую руку от трона, служанки в алых платьях куда-то вышли, зато зал вошли семеро уже знакомых мне сейдхе. На этот раз красавицы были в закрытых, но богато украшенных платьях и со множеством украшений. Их взгляды, направленные на меня и Оракула, были полны почтения. Войдя, сейдхе встали полукругом возле трона.
 
— Испытание завершилось и воля богов теперь нам очевидна. Принимаете ли вы её? — спросил Оракул, по-прежнему стоя по правую руку от меня.
— Да, о Оракул! — склонили головы сейдхе.
Стоило отзвучать их словам, как в зал вернулась пара служанок в алых платьях. Одна из них несла жезл, богато инкрустированный драгоценными камнями, а вторая — богато украшенные жезл и чашу.