Трюк (ЛП)

Я замираю, не донеся кофе до рта.
— Ты… ты позволил им сесть за руль моей машины? Ты стащил ключи?
Ноа морщится.
— Совсем забыл о твоем правиле насчет драгоценного «ламборджини». Да ладно, Мэтт, зато тебе не придется иметь дело с журналистами. Я подумал, так будет проще. Если они ее разобьют, я отдам тебе свой «бумер». — Ноа смеется, когда я таращу на него глаза. — Детка, серьезно. Все будет хорошо.
Его обращение заставляет нас обоих замереть, но Ноа приходит в себя раньше:
— Не волнуйся, я так называю всех, с кем трахаюсь. Это ничего не значит.
Ох.
— Потому что не помнишь их имен?
— Помню, конечно, Майк.
— Смешно.
— Нет, честно, ничего подобного. Просто, наверное, привык так обращаться.
— А я уж почувствовал себя особенным.
Ноа ставит кофе на тумбочку, переворачивается и накрывает меня своим телом.
— Ты и есть особенный. Я не каждому позволяю себя трахать. — Ноа опускает голову и зажимает губами мой сосок.
Не уверен, бесит меня его заявление или возбуждает. Он знает, что соски — это моя ахиллесова пята.
— Значит, я единственный, с кем ты не хочешь быть топом?
Я уже спрашивал его. Несколько раз. Он все время твердит, что не против быть снизу.
— Мне нравится то, что мы делаем. — Ноа приподнимается и целует в щеку, затем в челюсть, и, должен согласиться, мне тоже это очень нравится.
Может, не стоит жаловаться. Каждый раз Ноа будто подбирается к грани духовной близости, а затем отталкивает. Может, это его способ защитить себя?
Ноа забирает у меня стакан и отставляет в сторону, а я уже в предвкушении его дальнейших действий.
Ноа скользит вниз по моему телу, языком обводя пресс.
— М-м-м, ты весь потный.
— Могу сгонять в душ. — Я сдвигаюсь, но Ноа придавливает меня собой.
— Не надо. Мне нравится твой вкус.
Я стону и вскидываю бедра, пытаясь заставить его опуститься ниже, но дойти до приятной части процесса нам мешает внезапный звонок в дверь.
Мы оба разочарованно отшатываемся.
— Ты запер дверь? — спрашивает Ноа.
— Эм, нет. Ты сказал, что это не обязательно, а я назвал тебя сумасшедшим, потому что это Нью-Йорк.
— И, тем не менее, ты меня послушался?
— Ну да.
— Если это Мэддокс или Дэймон, они…
— Йоу, Ноа! — доносится в доме голос Дэймона.
— …просто зайдут.
— Все в порядке. Мне как раз нужно ополоснуться, — успокаиваю я.
— Не смей дрочить. Хочу прощального секса.
— Мы увидимся через две недели на этой благотворительной херне.
— После стольких оргазмов за эти пару дней, как по-твоему, легко будет пережить целых две недели воздержания?
Я поджимаю губы.
— Логично.
— Эй? — Теперь слышен голос Мэддокса.
— Я пойду, пока они не догадались, чем мы тут занимаемся. — Быстро чмокнув меня в губы, Ноа выходит из комнаты, а я валюсь обратно на кровать. Кажется, мне реально нужен душ.
И похолодней.
Тугие струи воды справляются с задачей по ослаблению эрекции, но потребности в Ноа не уменьшают.
Закончив мыться, прокрадываюсь в свою спальню, надеясь, что Мэддокс и Дэймон не заметят, как я сную по этажам в одном полотенце.
Когда я спускаюсь, Ноа нигде не видно, а эта парочка сосется на диване. Они, блядь, что, подростки? Хотя, мы с Ноа занимались бы тем же, не ввались эти двое к нам без предупреждения.
— Хм… привет? — неестественно высоким голосом выдаю я. — Всю неделю вместе, а все никак не насытитесь?
Дэймон и Мэддокс отскакивают друг от друга. Оба загорели до коричневато-красного оттенка.
— Вы хоть иногда пользовались солнцезащитным кремом? — интересуюсь я.
Мэддокс хмурится.
— Где Ноа?
Кажется, мой вопрос приводит Мэддокса в еще большее замешательство, но я не обращаю внимания.
— На кухне, — отвечает Дэймон.
— Добыл мне контракт?
Дэймон вскидывает голову:
— Серьезно, чувак? Я был в отпуске. Дай хотя бы неделю, чтобы вернуться к делам.
— Ладно. — Я захожу на кухню, где Ноа пытается сварганить паршивый кофе в мудреной кофе-машине.
Ему нравится эта бурда, а я предпочитаю смотаться в кофейню за настоящим кофе.
 
— Полагаю, на тебя не готовить? — спрашивает Ноа.
— Нет, спасибо. Помощь нужна?
— Можешь пока поговорить с Дэймоном о ваших делах.
— Не, они там лижутся на твоем диване. Не хочется на это смотреть. Лучше притворюсь, что помогаю тебе с кофе. — Я подтягиваюсь и сажусь на кухонную стойку.
— Тут вообще-то едят, знаешь ли, — замечает Ноа.
Я вскидываю бровь — мы оба знаем, что вчера, когда Ноа перегнулся через эту самую стойку, а я его самозабвенно трахал, нам было совсем не до еды. Оказалось, что Ноа очень сексуально распаковывает контейнеры с китайской едой. А еще мне хотелось заткнуть его комментарии насчет того, как скучно выглядит мой коричневый рис и курица на пару.
— Не смотри на меня так, иначе сейчас мы повторим, — заявляет Ноа. — И мне все равно, кто сидит там в гостиной.
— Если решим повторить, то сохранить это в секрете точно не удастся.
Обжигающий взгляд Ноа чуть не заставляет меня наплевать на риск быть обнаруженными Дэймоном или Мэддоксом. Но ровно до того момента, когда Мэддокс заходит на кухню и мы вынужденно разрываем зрительный контакт.
— Кофе готов? — любопытствует Мэддокс.
— Ага, — отзывается Ноа, пододвигая ему чашку.
Затем берет две другие и идет в гостиную. Я уже собираюсь спрыгнуть со стойки и последовать за ним, но Мэддокс останавливает, упершись рукой мне в грудь.
— Тебе помочь? — спрашиваю я.
— Сколько ты продержался, прежде чем его трахнуть? — шепчет Мэддокс.
Мое лицо вытягивается.
— А?
— Ну, учитывая, что ты дефилировал в одном полотенце, мне пришлось наброситься на Дэймона, чтобы он тебя не заметил. Все бы ничего, если бы ты шел от ванной к своей спальне, но могу поклясться, что видел, как ты спускаешься с третьего этажа. Далее, первое, о чем ты спросил, было наше путешествие, а второе — Ноа. И тогда я понял, чем вы тут занимались.
— Но как?
— Я приехал на твоей машине и все ждал вопросов о том, не поцарапал ли я ее.
— А ты поцарапал? — Я пытаюсь скрыть панику в голосе.
— Нет, но все равно ждал вопроса. Ну, давай, колись. Сколько продержался?
Не уверен, стоит ли говорить правду.
— Три дня.
Мэддокс смеется.
— Я разочарован. Три дня? Три? Это же Ноа!
Я соскальзываю со стойки.
— А что с ним не так? И не смей проболтаться своему парню, мы с Ноа вроде как должны были оставаться в профессиональных рамках.
— Упс. Случайно поскользнулся, очнулся в его заднице, да? Вот как было?
Игнорируя его хохот, я возвращаюсь в гостиную и плюхаюсь в кресло.
— Должен сказать, я впечатлен, — подает Дэймон голос с дивана.
— Впечатлен?
— Ага, что ты еще не убил Ноа.
— Ну, было нелегко, — говорю я.
Мэддокс фыркает у меня за спиной.
— Вы идете с нами сегодня вечером? — спрашивает он.
— Сегодня вечером? — в унисон отзываемся мы с Ноа.
— Ага, в тот спорт-бар на Пятой авеню. Будут все наши. Я думал, Арон тебе написал. — Тон Дэймона пытливый и обвинительный одновременно, и мне становится любопытно, настолько ли секретными были отношения Ноа и Арона.
Ноа говорил, что они были друзьями, но я не знал, что они являются ими до сих пор и тусуются в одной компании. Это все усложняет.
— Ах да, это, — говорит Ноа, будто тоже был приглашен.
А я думаю, не был.
— Может, и пойду. Мэтт сегодня возвращается в Фили.
— А если Мэтту задержаться на денек и пойти с тобой? — спрашивает Мэддокс, и снова у меня такое чувство, что он тоже в курсе истории Ноа и Арона.
Возможно, теперь, зная, что между нами… Мэддокс считает мое присутствие желательным. Почему-то. Не уверен. По контракту Ноа обязан держать член в штанах, но я мало что смогу поделать, если он все же захочет переспать со своим бывшим.