В глубинах космоса (СИ)
Когда фрегат вышел в обычное пространство весь экипаж пребывал на рабочих местах, готовый к любым, как казалось людям, неожиданностям. Чувство тревоги и скорой развязки не отпускало никого, разве что кроме Ингвара, для которого все выглядело не больше, чем приключением, приукрасившим его жизнь.
— Итак, — прервал тишину Наврич на капитанском мостике. Мед спустился к нему, уперев руки в бока, и наблюдая за экраном. — С помощью Авроры мы поняли, что это некая червоточечная станция «Край», — Зденек показал на снимки. — По крайней мере, именно такое можно узнать по местному автоответчику, — оператор так называл устройства, благодаря которым кораблями получалась необходимая информация с объекта. — Понятия не имею, что это за станция. Вернее, — штурман поспешил повернуться к Алексию, словно пытаясь оправдаться, — гипотетически ясно, что она делает. А вот что на практике…
— Еще что-нибудь?
— Часть сообщения не переводится нашими переводчиками, — Наврич похлопал пальцем у уха. — Текстовый вовсе не определяет язык. У меня есть мнение, что станция давно не используется, — после этого мужчина развел руками. — И, возможно, заброшена. Аврора не находит никаких совпадений в базах данных по названию или типажу этой штуки, — немного помолчав, Миша дополнил: — Навевает некоторые воспоминания, да?
— Много разных, — отмахнулся первый помощник. — Есть ли связь? — Мед повернул голову в сторону Соколовского.
— Нет. Ничего, кроме тишины.
— Сразу доложись мне, как разберешься.
Затем, помедлив, Мед подключился к громкой связи корабля. Ею редко пользовались, Вацлав всегда общался со всеми посредством имплантата. Так мог делать и Алексий, по какой-то причине решив поступить иначе. На капитанский мостик им были вызваны четверо: Дмитрий Филин, Ингвар Рагнарссон, Мария и Илья Юхельссон.
На карте ближайшего пространства они видели только две метки — корабля и станции. Навричем был распланирован путь, отмеченный пунктиром, а также иные обозначения, которые затребовал от него Алексий.
— Господа, как всегда буду прямолинеен: все идет гладко и мне это не нравится. Я бы сделал ставку на засаду, будь здесь какое-нибудь астероидное поле или, допустим, корабельное кладбище. Но, как вы можете наблюдать, вокруг ничего нет, — Мед держал руки за спиной. Как только договорил, он указал на станцию. Над картой появилось ее увеличенное изображение. — Кроме червоточечной станции. Мы ничего не нашли по ней и понятия не имеем, как она работает. Если что-то и ожидать, то только от нее. Илья все время, от начала и до конца операции, будет пребывать в арсенале. Мы начнем подлет со стороны доков. Если, конечно, мы все правильно определили. Мы будем принимать их всех сразу же по прилету. Никаких исключений, — Алексий уперся руками о стол, посмотрев на Юхельссона. — Я могу положиться на тебя или ты опять начнешь рассуждать о хорошем — плохом решении?
Артиллерист посмотрел на командира и в итоге кивнул ему в ответ.
— Нам не обязательно их уничтожать. Достаточно обездвижить и проблема решена. А там уж разберемся конкретней. Дальше, вы, — Мед указал на рыцарей Черного пламени. — Вам снова придется разделиться. Мария останется на защите корабля, и, — Алексий приподнял палец, — временно исполнит мои обязанности, в то время как Филя, я и Ингвар пойдем вглубь, — он встретился взглядом с Марией. — Мы вытащим его. Я лично его вытащу. Я пообещал его матери, а обещания нужно исполнять.
— И вдобавок тебе хочется действий, — сказала Мария.
— И вдобавок мне хочется действий, — согласился мужчина. — Мы попробуем получить внутреннюю планировку станции и от того уже будем плясать, — Алексий обвел всех взглядом. — Сегодня всё закончится. Либо Вац жив и мы его получим и мирно разойдемся. Либо он давно мертв, и засада нас ждет внутри. Фрейя будет стоить немало денег на черном рынке, как и, — он указал на каждого в отдельности, — все вы, если мы вдруг проиграем или струсим. Поэтому запомните одну простую вещь: этот корабль я отдавать не намерен. Если уж мне уготовано погибнуть, то я заберу его с собой.
— Это все, конечно, супер красиво, — усмехнулся Илья, скрестив руки на груди. — Но ты не забыл, что у нас нет самоподрыва?
— Да уж не переживай, я найду правильный подход к этому делу. Всем спасибо, все свободны.
Метка Фрейи на карте постепенно приближалась к станции. Медленно плыла в пустом пространстве и ни с того ни с сего Алексию стало не по себе. Неприятный холодок пробежал по телу от осознания себя внутри этой точки. Он представил, что именно так видят их в адмиралтействе, и фыркнул, припомнив, что так было всегда.
— Алексий, датчики дальнего действия уловили сигнатуру, принадлежащую кораблю неизвестного класса. Приготовиться к контакту, — внезапно сказал Наврич, обернувшись на кресле.
— Выводи на экран, — махнул ему рукой Алексий, а остальным, еще не вышедшим, крикнул: — Полная боевая готовность!
За свою жизнь все они успели повидать всякое странное и необъяснимое. Успели побывать в разных трудностях и преодолеть их. Увиденное теперь не шло ни в какое сравнение с прошедшими событиями. И, как считал Мед, если бы они увидели армаду неизвестных кораблей или, скажем, внезапно появившийся астероид прямо перед ними, то имелось хотя бы представление о правильных действиях. Здесь же, на много километров перед ними, проносился не иначе, как левиафан, появившийся словно из ниоткуда — буквально за считанные секунды став видимым — и отправлявшийся в никуда.
— Стоп машина! — крикнул Алексий, хотя не планировал говорить вообще.
— Есть стоп машина! — ответил Тарадон по каналу связи.
Очевидно, что корабль сразу же не остановился.
— Свести всю энергию фрегата к минимуму, — было следующим указом.
Многие отсеки оказались обесточены. Свет постепенно гас, пока люди не оказались на аварийном генераторе. Продолжали работать только терминалы капитанского мостика. А чудище все плыло, перегородив своим сиянием станцию.
— Девятьсот километров, — тихо сказал Зденек.
— Что? — нагнулся Алексий к нему.
— Я рассчитал его радиус. Где-то девятьсот километров, — Миша покачал головой и, опершись локтем о стол, прикрыл рот, все еще не веря ни глазам, ни показателям.
Мед вновь посмотрел на экран, всякие мысли крутились в голове. Как и Наврич, он не верил в происходящее. Больше всего он сейчас переживал, что это существо внезапно могло напасть на них. В голове мужчина наскоро придумал план, простой в своем исполнении, и заключающийся в обычном бегстве. Уже сейчас гиперпространственный модуль должен был зарядиться больше, чем наполовину. Когда же появился второй змей — Алексий мог поклясться, что видел голову гиганта — первый помощник внезапно успокоился. Нахмурившись, он сказал:
— Эй, а не из-за станции ли мы это видим? Посмотри, — Мед провел пальцем у экрана. — Смотри, они идут вдоль. Неужели они взаимодействуют с этой штукой?
— Или же это со станции взаимодействуют на нас, — предположил Наврич, пожав плечами.
— Да ну?
— Ты можешь представить нечто подобное?
Мужчина в ответ помолчал, внимательно рассматривая тело чудища. Все-таки в воздействие на приборы верилось больше. Чего уж и говорить, они и станцию такого рода видели впервые. А судя по тому, что в Архиве нет внятной информации, то ожидать можно было что угодно.
— Вряд ли. Но сейчас для меня главное, чтобы на самой станции никакой чертовщины не оказалось.
Ему хотелось отдать приказ на дальнейший полет и в тоже время требовалось дождаться, когда два змея исчезнут. И то, и другое грозило риском. Мед редко медлил с решением в подобных случаях, но сейчас он оказался в растерянности, все не в силах понять, как будет правильней.
— Полный вперед, — сказал Алексий громко. Пальцем махнув у экрана, он добавил: — Проложи курс в облет.
* * *
Работала ли эта станция вообще? Сколько бы они ни шли, Марк видел только покинутые каюты, рубки и залы, пребывающие в полумраке. Энергия, которую подала команда Фокс, освещала лишь коридор да пару мест, видимо, необходимых для каких-то нужд. Судя по всему, это место оставили в покое с какого-то момента: нигде не замечалось следов погрома, а оставлено все так, как если бы однажды собирались сюда вернуться.