Феерическая Академия (СИ)

— Эм… — помялась я, глядя на волшебную палочку в своей руке. Вторую руку я прятала под плащом. Что-то мне местная медицина доверия не внушает, если честно. В голове задорную песенку пела волшебная фея, перед которой с открытым ртом сидела впечатлительная Золушка, еще не знающая о том, что ей предстоит натягивать на себя чужое белье и туфли.
— Пибэди-пабэди-ду! – выдала я, особо на успех не рассчитывая, но при этом не забывая взмахнуть палочкой. Сначала я не поняла, а через мгновенье прямо на парты упало что-то огромное, чешуйчатое, а на меня немигая посмотрел желтый глаз.
— Дракон!!! – заорали феи, бросаясь врассыпную.
— Ты что натворила! – заорала Мелюзина, пытаясь пустить в него искорки из своей палочки. –Это… Это запрещенное заклинание! Кто разрешал тебе использовать «пибэди-пабеди-ду»?
И правда? Кто разрешал? Все почему-то резко приуныли, всем видом показывая, что дракону не рады! Зато дракон был очень рад нам, и вовсе не считал «пибэди-пабэди – ду!», чем–то плохим. Видимо, это заклинание имело у него стойкую ассоциацию с кушать подано, поскольку, первой его мыслью было начать с легкой закуски.
Перекрытия дворца ломались, как яичная скорлупа, а пока еще ноги выносили меня за пределы новой драконьей столовой имени меня. Нет, ну могли бы сразу предупредить? Могли бы на стене написать: «Запрещенные заклинания! Знать и никогда не применять!».
— Спокойствие! – орал какой-то оптимист из стражи, влетая в коридор, по которому нас дружной стаей гнал огромный и зубастый ящер. – Что случилось?
Видимо, со зрением у стражника было совсем туго, поэтому дракон, пытающийся куснуть за сверкающую накидку рыжеволосую фею, ничуть его не смущал. Может, я что-то не знаю об этом замке, или дракон имеет инвентарный номер, но узнавать, где он у него написан, я буду исключительно после того, как потыкаю дракошу палочкой и буду уверена, что он мертв!
Я цеплялась за стены, видя, как феи оборачиваются маленькими светлячками, бросаясь врассыпную, а мне на встречу бежит стража. Мои крылья сделали несколько унылых взмахов, намекая на то, что рожденный ползать летает крайне редко.
— Ох! – слышались голоса, а слава убийцы драконов почему-то никого из них не прельщала. Может, у них драконы священные животные? И вместо того, чтобы отбивать несчастную жертву им желают приятного аппетита?
Я вжалась в стену, с ужасом глядя, как дракон – дизайнер смело и дерзко вносит свои коррективы в перепланировку дворца, руша стены и потолки. Огромный, темный ящер ревел так, словно где-то ему прищемили хвост и то, что под хвостом. Я юркнула в какую-то роскошную комнату, дверь которой была приоткрыта, и тут же бросилась к окну! Второй этаж – полет недолгий! Красивый витраж, пронизанный лучами волшебного света, не поддавался. Желтый глаз дракона заглянул в дверь, пока за ней слышались такие крики, словно первое, второе уже съедено, а меня оставили на десерт.
Да он вообще должен быть мне благодарен! Сидел бы в своей пещере, если бы не я! А тут такое разнообразие! Но благодарности дракон не испытывал, или испытывал, но не скромно не показывал.
Стекло поддалось, окно распахнулось, а я вскочила на узкий подоконник, глядя на розовые кусты аккурат под окнами. Что? Еще и ежевика?
Дракон расширял проход, а кто-то из фей пытался его остановить. Я видела несколько светлячков, летающих возле его пасти.
Дракон зажмурился, послышался глубокий вдох, а я мысленно понимала, что миллион алых роз из окна – не самая лучшая идея.
— А… — послышалось от сморщившегося дракона. Мысленно колеблясь и поглядывая вниз. Я прыгнула, чувствуя, как мои крылышки пытаются поднять меня в воздух. Меня швыряло и дергало из стороны в сторону, ноги телепались, а над головой пронесся столп пламени.
Крылья несли меня куда-то, но судя по тому, как меня мотало, сами не решили куда. А потом я почувствовала, как лихо падаю на траву. Сердце ушло в пятки, а я понимала, что далеко не улечу. Крылья почему-то поднимали меня все выше и выше, но я криками пыталась объяснить им, что категорически боюсь высоты!
 
Я видела, как полыхает крыло дворца, как из него разлетаются огоньки, сбиваясь в кучу, и как по саду спокойной походкой хозяина жизни идет Оберон. Стража едва сдерживала дракона, пытаясь зажать его среди руин.
Алый плащ стелился по тропинке, сминая нежные цветы, а Оберон невозмутимо шел сторону обезумевшего дракона, по пути уверенно вытаскивая меч из ножен одного из стражей. Широкие плечи обвивала траурная лента, а на груди в черной дымке материализовывался тот самый анатомический доспех, напоминающий обнаженные ребра.
Дракон, вместо того, чтобы проявить должное почтение, или, как и полагается, терпеливо подождать, пока к нему дойдет одинокая фигура, пафосно снаряжаясь на пути к славе, дернулся, поливая пламенем все, до чего мог дотянуться. Сверкающая паутина, стягивающая крылья, разлетелась по сторонам, а могучий взмах крыльев отмел стражу. Пригибаемые к земле воздушным потоком, они в большинстве своем легли. Дракон взмывал над головой Оберона, а я смотрела на алый плащ, поддавшийся натиску драконьего ветра. 
Невидимая сила поймала дракона на подлете к звездному небу цвета аметиста. Внезапно ящер замер, его крылья сложились, а в магическом свете сверкнула паутина, опутывающая его и бросающая на землю с такими грохотом, от которого остатки дворца едва ли не сложились коробочкой. Ударная волна отмела меня в кусты, с которыми я попыталась вежливо поздороваться. В глазах все двоилось и троилось, а мир слегка поплыл.
— Как. Ты. Посмел, — чеканил голос, от которого мурашки пробегали даже у стен. – Нарушить. Покой. Моего. Королевства?
— Не подходи ко мне, чудовище! — жутким голосом прохрипел дракон, пытаясь подняться, но едва видимые нити стягивали его.
Глава седьмая. Засосун, или никому не нужен феерический король? 
— И с чего это вдруг я стал чудовищем? – надменно произнес Оберон, глядя на хрипящего дракона и склонившись к нему. Стража стояла вдоль разрушенного крыла, а феи летали огоньками вокруг руин.
— С тех самых, тварь, — прохрипел поверженный дракон. – Как ты взял с пола упавшую корону… Я верно служил королю волшебной страны Лллуду, и тоже участвовал в той битве, но на его стороне…
— Я тебя помню, — надменно усмехнулся Оберон, рассматривая ветерана битвы, о которой я была не в курсе. – Ты был снизу… А еще я помню на тебе седло…
— Ты догадлив, паучий король, — рассмеялся дракон, словно подавился. На лице Оберона было написано столько всякого, что впору одалживать блокнот, дабы детально постичь местные ругательства. – Раскинул сети, и сидишь, как Паук… Ждешь, когда к тебе приведут следующую… И так бесконечно… Заметь, я не убил ни одну фею… Я просто хотел вырваться…
— Я бы заставил тебя восстанавливать замок, но у тебя же лапки, — передернуло Оберона.
— Твои феи превратились в ленивых мух, — прохрипел дракон, а его зубастая пасть оскалилась в подобии улыбки. – Если бы это произошло при Ллуде, то дворец был бы уже восстановлен! Ты слишком увлекся миром, чтобы видеть простую истину. Твои феи забыли, что такое настоящая магия!
— Ты имеешь в виду ту магию, которой Ллуд прислуживал людям? – надменно спросил Оберон, а его лицо напоминало посмертную маску.
— Мы все помним, как ты клялся, что никогда не пойдешь на это… Ты кричал, что тебе проще переступить грань жизни и смерти, воссоединившись со своим мертвым эскортом… И что теперь? Прошло несколько тысяч лет, а ты все еще жив… Это означает лишь то, что ты все же стал чудовищем, пауком, убийцей. Ну что ж, а у меня для тебя есть еще один подарок! Я скажу тебе, но ты не поверишь, – страшно рассмеялся дракон. – Последней будет та, с кем ныне связан. Король мой отомщен, а ты наказан!
 
— Убирайся из моих владений! – процедил надменный Оберон, а дракон смотрел на него страшным глазом. – Счастливого вымирания в мире людей!
Дракон освободился, взмахнул крыльями и взмыл куда-то под самый купол фиалкогого неба, растворившись среди магических звезд. Я лежала на траве не в силах пошевелиться. Черная паутина расползлась по рукам, ажурными перчатками окутывая мои пальцы.