Феерическая Академия (СИ)

— Ныне покойного, — заметил Оберон, глядя на принца оценивающим взглядом.
— Ныне покойного, — исправилась Мелюзина, тут же продолжая. – В моде узкая талия! А для этого нам нужен корсэт! Новомодное изобретение!
Она прямо протянула это слово, делая акцент на «э». Принц внезапно покраснел, глаза его полезли из орбит, а рот открылся. Красивый корсет затянулся на нем, делая ему осиную талию. Глаз принца дрожал, из носа текла сопля, а он ловил воздух ртом, бешено вертя зрачками. Виноград с прически свесился на лицо, а я мысленно отщипнула ягодку и мысленно ее прожевала.
— Я – особа королевских кровей… Меня нельзя пытать! – процедил принц, глотая воздух.
— У вас нюхательные соли в декольте! – улыбнулась сухоньким губками старая фея. – Не переживайте! Все девушки вашего королевства так ходят…
— Снимите его с меня… Мои ребра… А…, - открыл рот принц, сдавленно умоляя, но на этот раз я была на стороне фей.
— А теперь переходим к самому любимому! – невозмутимо произнесла Мелюзина, а я заметила небольшую книжечку, в которую она подсматривала. – Туфельки! Помните! Чем чаще падает ваша крестница, тем больше вероятности, что в объятия принца.
Принц покачнулся, закатив глаза, а Оберон щелкнул пальцами, и в руке принца появился веер.
— Давай, вдувай в легкие воздух, — произнес король фей, а принц затряс рукой с веером.
— Туфельки-туфельки! – потирала руки Мелюзина. – Сейчас в моде очень высокий каблук…
Принца внезапно приподняло, а через мгновенье он раскорячился, согнув ноги и разведя коленки. Широко расставив ноги, его высочество пытался удержаться в полупрозрачных туфельках на огромной шпильке. «Швырк!» — послышалось в тот момент, когда одна его полусогнутая дрожащая нога сделала неловкое движение.
— Как видите, это все безумно нравится мужчинам! – закончила Мелюзина, довольно стряхивая искры с палочки. Перед нами стояла вычурная каракатица, интенсивно обмахивающаяся веером. Я смотрела Оберона, потом на принца. Глаза короля фей как бы намекали, что если он увидит нечто подобное в радиусе нескольких метров, добьет, чтобы не мучалось. Принц как раз умолял об этом, интенсивно обмахиваясь веером и периодически закатывая глаза. Он бросал умоляющие взгляды на Оберона, а видела, как в короле фей шевельнулось что-то похожее на мужскую солидарность.
— По… мо… ги… те, — икал принц, скребя каблуками пол. – Спа… си…
— Бо, — усмехнулся Оберон. – Спасибо за то, что не убили. Благодарность принимается.
— Итак, сейчас мы с вами отрепетируем заклинание, чтобы создать себе платье! Палочку держите вот так! Так как я показываю! Не забывайте про вырез для крыльев! Нежно-нежно, словно провожаете бабочку… Оп! Молодцы!
Даже у меня получилось! Честно, мне начинает это нравиться! Настроение поднялось, а я с воодушевлением переписывала с доски заклинания с пометкой какое для чего.
— Сегодня вечером будет бал! – гордо произнесла Мелюзина, словно это была ее заслуга. – И каждая из вас должна явиться в новом красивом платье, которое она наколдует! Будьте внимательны, когда произносите заклинания. Говорите четко и уверенно! У вас будет целый день, чтобы … Так, тише, девочки! Понимаю, что вы в восторге, но попрошу дослушать меня! … целый день… Так, на чем я остановилась? Ах да, целый день, чтобы потренироваться! На сегодня занятие окончено, а вечером мы посмотрим!
Я внимательно проверила заклинание, которое напоминало вязь закорлючек. На всякий случай я даже написала транскрипцию.
Феи вспорхнули, обсуждая модели и фасоны, принц попытался сделать шаг, но упал, воя, как стая оборотней, а я уже продвигалась к выходу.
— Почему ты такая бледная? – послышался голос за моей спиной, а я обернулась. Оберон возвышался надо мной, подозрительно вглядываясь в мое лицо.
— Все хорошо, — улыбнулась я. – Просто … Просто здесь освещение такое!
— Ложь. Ты как себя чувствуешь? – произнес король фей, нахмурившись. Его рука легла мне лоб, а я смотрела на него с непониманием. С чего это он вызвался заботиться о моем здоровье? – Мне не нравится твоя бледность. Говори, что случилось.
 
Я молчала, понимая, что неприятности подкрались незаметно. Не хватало, чтобы голодный желудок не вовремя мяукнул.
— Я приказываю тебе, — процедил Оберон, слегка прищурив глаза цвета спекшейся крови. – Отвечать на поставленный вопрос! Что случилось? Если ты мне прямо сейчас не скажешь, у тебя будут большие неприятности! Я не собираюсь играть в игры. Говори, как есть!
— Все в порядке, — ответила я, стараясь выглядеть бодрее и веселее. – С чего ты взял?
— Заметь, я повторяю свой вопрос третий раз. На четвертый я обычно теряю терпение. Или я собираю всех в зале, и каждый мне отчитывается, когда в последний раз разговаривал с тобой и что сказал, либо ты говоришь мне сама, — бросил Оберон, пока я пыталась придумать что-то более-менее правдоподобное. Про мышей что-то говорить пока не хотелось.
— Молчишь? Хорошо. Я выясню причину, — произнес Оберон, давая мне уйти. Я вышла, видя, как неподалеку мелькнула Мелюзина, деловито кутаясь в шаль. Моль на пенсии! То что мне нужно! Нужно спросить ее по поводу мышей!
— Простите, — улыбнулась я, обращаясь к старушке. – А вы не могли бы мне помочь… У меня в комнате…
Я понизила голос до шепота, осматриваясь по сторонам.
— Мыши, — прошептала я, снова мило улыбаясь. – Говорящие мыши… И мне нужно как-то от них избавиться… Я искренне надеюсь, что это останется между нами…
— Почему ты не сказала Оберону? – возмутилась старушка, глядя на меня строго, а ее клумба на голове расцвела двумя новыми цветами.
— Да вот не хотела беспокоить, — снова приторно улыбнулась я, умоляя ее пройти со мной. Я вела ее по коридору, мысленно прощаясь с мышами и птичками. Моя дверь была закрыта.
— Вы, главное, только не пугайтесь! – предупредила я, распахивая дверь и… Никого не было! Не было мышей, не было птиц, а Мелюзина, которая держала палочку наготове, подозрительно осмотрелась.
— Никого нет, Лилит, — произнесла она, направляясь к выходу. Я еще раз пристально осмотрелась, открывая дверь в ванную. Тишина. Странно!
— Я пойду, мне только что светлячок сказал, что всем нужно собраться в главном зале, — прокряхтела Мелюзина, расправив серые облезлые крылья и поправив очки на носу.
Немного растерянная, слегка озадаченная, я вышла из комнаты, провожая серенькую фигурку по коридору и придерживая распахнутую дверь.
— Она ушла? – послышались писклявые голоса, а мне на секунду показалось, что в комнату переехала детсадовская группа с утренней зарядкой.
— Постойте! – крикнула я, бросаясь по коридору и таща старушку-фею обратно. – Вон они! Мыши!
И снова в комнате царила тишина, гармония и какая-то умиротворенная благодать. Я бросилась переворачивать стол, вытряхивать содержимое кровати, но… Никого! Только что на своей подушке я видела мышь в платье! А на спинке сидел мыш в колпачке! Я вышла из комнаты, чувствуя, что если это видимые только мне мыши, все намного серьезней, чем я думала.
— Никого нет, – Мелюзина посмотрела на меня, а потом снова заглянула в комнату. А я прижала палец к рту, прикрывая дверь и громко топая на месте. Старенькая фея смотрела на меня так, словно припоминала заклинания от сумасшествия.
Я резко распахнула дверь, а там никого не было! Вот как они чувствуют?
— Мне уже пора! – строго напомнила старенькая фея, пока я прищурилась на сброшенные подушки. – А вам пора не играть в игры, а задуматься о платье! Бал скоро, а вы еще не готовы!
Она не с первого раза, но превратилась в старенькую муху, летя по коридору. Стоило ей исчезнуть, как мыши радостно высыпали в центр комнаты. Мой глаз подмигивал каждой мышке, а над потолком на люстре в виде роскошной цветочной сосульки с магическими огнями, защебетали птички.
 
— Я вас ненавижу! – процедила я, с грохотом захлопывая дверь.
— Наша фея, наша фея, обмануть нас не сумеет, пусть надежду не лелеет, не злиться, не краснеет… — запели они, пока я пыталась перечитать листок с заклинаниями.